Башни Латераны 3
Шрифт:
Мертвецы стояли неподвижно. Ждали. Сорок три пары пустых глаз смотрели на живых, и в этих глазах не было ничего — ни угрозы, ни обещания, только бесконечная пустота.
Агнесса посмотрела на своих людей измотанных, израненных, едва стоящих на ногах. На Сестер, которые выглядели не лучше.
— Хорошо, — сказала Преподобная Мать: — я принимаю твое предложение, некромант. Ты и твои… создания — идете впереди. С вами — сестра Бенедикта, она имеет естественный иммунитет против ментальной магии, она — наш ключ к Северину. За вами — идем мы. Клянусь именем Господа Триединого что мы не ударим тебе в спину. До момента пока мы не
— Как скажете, Мамочка…
Глава 21
Спуск в недра Скальной Чаши занял меньше времени, чем Лео ожидал. Мертвецы шли впереди — молча, размеренно. Длинные пики пришлось оставить наверху, в руках у них были боевые молоты и шестоперы, примерно с десяток алебард. Сорок три мертвеца в доспехах и с оружием, освещенные магическими огоньками, подвешенными Сестрами впереди. Серьезная сила. Тогда, в монастырских руинах он смог поднять всего четверых, но этого хватило чтобы вырезать несколько десятков «Тигров Тарга», на короткой дистанции мертвецы более эффективны в бою. Вот только когда они выгорят окончательно, то просто упадут там же где стояли, окончательно иссохнув и обратившись в прах. Но для того, чтобы нанести удар в сердце Северина их должно хватить.
Лео мог бы просто отправить их вниз — с приказом убить все живое, и они бы выполнили эту команду, и никакая Пелена Майи не помешала бы мертвым исполнить свою работу. Мертвые не испытывают иллюзий. Но там внизу — были его товарищи. Весельчак и балагур Альвизе, который так раздражал своим легкомысленным отношением к жизни. «Ослепительная» Беатриче, которая… раздражала одним своим существованием. Так что ему тоже нужен этот союз с Инквизицией. По-хорошему сразу после того, как они разберутся с Северином — нужно будет развернуть мертвецов и убить их всех. Потом — подняться наверх и убить охрану, которую оставили сторожить лошадей. И только потом — возвращаться домой. Зачем ему проблемы с Инквизицией? Зачем ему его портрет на желтых листочках с надписью «Разыскивается известный некромант»? Отдать команду и эти люди не выстоят. Они и так уже на грани, а у Сестер нет энергии… а уж если нанести удар внезапно, то у них и вовсе шансов не будет.
Но сперва нужно спасти Альвизе и Беатриче. Между собой они часто шутили о том, что если возникнет такая ситуация, то никто никогда спасать не будет, а только порадуется что гонорар делить не надо будет… но он знал, что и Альвизе и Беатриче не бросили бы его в беде и рискнули бы жизнями, чтобы его выручить. Знал… или хотел в это верить. На верную смерть, конечно, никто бы не пошел, но если бы имелся малейший шанс — то Альвизе обязательно вписался бы. А Беатриче… эта и вовсе отчаянная. Идиотка.
Лео шёл сразу за строем мертвецов, рядом с Бенедиктой. Та молчала всю дорогу — с того момента, как Агнесса приняла его условия. Не смотрела на него, не смотрела на мёртвых солдат, просто шла, глядя перед собой пустыми глазами. Он не знал, о чём она думает. Не был уверен, что хочет знать. В конце концов они союзники только на время.
Коридор уходил вниз пологой спиралью, и с каждым поворотом воздух становился теплее, гуще, пропитанный чем-то сладковатым — ладан? благовония? что-то ещё? Лео ожидал ловушек. Ожидал засад.
Ничего. Пусто. Тихо. Только эхо шагов и потрескивание факелов.
— Слишком тихо, — пробормотал кто-то из солдат позади. Лео был с ним согласен. Слишком тихо. Слишком легко. После того ада наверху — эта пустота казалась неправильной, как затишье перед бурей, которая никак не хотела разражаться. Коридор закончился внезапно — распахнулся в огромную пещеру.
Пещера была круглой, идеально круглой, словно её выточил гигантский резец. Стены уходили вверх и терялись в темноте — факелы не доставали до потолка, если тот вообще существовал. По периметру стояли колонны из того же стекловидного камня, покрытые символами, которые Лео не узнавал — не руны, не глифы, что-то древнее, что-то неправильное, от чего болели глаза, если смотреть слишком долго.
В центре пещеры возвышался алтарь. Простой каменный блок, ничего особенного — но на нём лежала Беатриче. Лео узнал её сразу — светлые волосы разметались по камню, бледное лицо, закрытые глаза. Она выглядела спящей, мирной, словно прилегла отдохнуть и вот-вот проснётся. На ней было простое белое платье вместо дорожной одежды, в которой он видел её в последний раз, и босые ноги казались совсем детскими, беззащитными.
Рядом с алтарём сидел отец Северин. Просто сидел — на каменном полу, скрестив ноги, сложив руки на коленях. Глаза закрыты, лицо спокойное, почти умиротворённое. Он не шевельнулся, когда мертвецы вошли в пещеру. Не шевельнулся, когда за ними потянулись живые — солдаты с копьями, Сёстры Дознания, сама Мать Агнесса, вздымающая перед собой светящийся символ Триады.
Лео усилием воли удержал мертвецов от атаки.
— Северин! — голос Агнессы прокатился по пещере, отражаясь от стен. — Именем Святой Инквизиции и властью, данной мне Патриархом…
— Я знаю, — перебил её Северин, не открывая глаз. Голос был тихим, усталым, но в нём не было страха. — Я ждал вас. Не так скоро, признаться, но… — он слегка пожал плечами, — … это уже не имеет значения.
Мертвецы замерли полукругом, молчаливые, с оружием наготове — но некого было атаковать. Только старик на полу и девушка на алтаре.
Что-то было не так. Снова Пелена Майи? Он метнул быстрый взгляд на Сестру Бенедикту, что стояла рядом,
— Нет. — она покачала головой, поняв его с полувзгляда: — никакой ментальной магии я не чувствую. Это реальность. Такая, какая есть.
Лео огляделся по сторонам, сканируя пещеру взглядом. Колонны. Символы. Алтарь. Беатриче. Северин. Проверить самому? Но для этого придется магический круг чертить… и где все остальные? Где Альвизе?
— Где остальные? — спросил он, и собственный голос показался ему чужим. — Альвизе Конте, урожденный де Маркетти, ты с ним контракт заключал, скотина. Где он?
Северин открыл глаза. Посмотрел на Лео — долгим, тяжёлым взглядом, в котором было что-то похожее на жалость.
— Все, кто уверовал в Новый Приход Древних — остались наверху. — сказал он: — чтобы никто не помешал обряду.
Наверху. Лео вспомнил демонов. Тела, сшитые из паломников. Одержимых, которые бросались на строй с голыми руками. Он сражался. Убивал. Не смотрел в лица, потому что какой смысл смотреть в лицо тому, кого убиваешь?
Один из одержимых. Один из демонов. Один из тех, кого он…