Бас

Скотт Кайли

— Вот это уже лучше, — сказала она. — Режешь правду-матку. Думаю, в конце концов, из тебя выйдет очень хороший психиатр.

— Психолог!

— Неважно, — она пожала плечами. — Можешь называть это любыми мудрёными терминами из колледжа, но ты не скажешь мне ничего, что я уже не слышала раньше.

— Сэм влюблён в тебя, тупую, недостойную суку, — зарычала я.

Её лицо побледнело.

— Что?

— Если бы ты не была такой бестолковой

и самовлюбленной, ты бы заметила это ещё несколько лет назад.

— Тужься, — сказала Энн, сжимая мою руку.

— Ну же, дорогая, — сказал Бен. — Ты справишься.

Доктор Пир и Эми ожидали между моими раздвинутыми ногами каких-либо изменений. Все в этой сраной комнате завели одну и ту же песню: тужься.

Марта, видимо, уже оправилась от удивления и делала всё возможное, чтобы мозолить мне глаза.

— Хватит придуриваться, Лиз. Вытолкни уже этого ребёнка из себя. Живо.

— Я пытаюсь!

— Пытайся лучше, лентяйка! Тужься! — закричала она прямо мне в лицо. — Ну же!

— А-а-а! — Моя бедная невинная вагина открылась чудовищно, невероятно, неестественно широко. А затем плюх, и остальная часть моего ребёнка выскользнула прямо на руки доктора Пир. Мгновение спустя недовольный, слабый плач наполнил комнату, крошечный ребёнок замотал кулачками.

Мой ребёнок. Ух ты.

Я откинулась на спину от облегчения, просто пытаясь отдышаться. Энн заплакала. Бен наблюдал за нашим новорождённым ребёнком с нескрываемым восторгом. Марта ехидно улыбнулась мне. Корова.

— Знала, что тебе просто нужна была правильная мотивация, — сказала она, рассматривая свой идеальный маникюр. — Ненависть, подпитываемая гневом, сделала своё дело.

— Бестолковая, — пропела я ей насколько мне позволяло полное отсутствие энергии. Мы обе улыбнулись. Даже не знаю, почему.

Педиатр быстро осмотрела нашего ребёнка в то время, как плацента поспешно вышла из меня, и обо всём позаботились. Вот это да. Больше никогда. Никогда в жизни. Наверное.

— Дамы, представляю вам Гибсона Сандербёрд Роллинс-Николсона. — Бен осторожно передал мне моего завёрнутого в пелёнку, орущего ребёнка.

— Привет, малыш. Всё хорошо. — Боже мой. Внутреннее тепло, чистая любовь наполнила меня до краёв. Он притих, пронзительный крик превращался в едва слышный плач. Крошечный носик и ротик, и два маленьких голубых глаза уставились на меня. Копна тёмно-русых волос. — Взгляни на себя. Ты прекрасен.

— Он и правда прекрасен, — сказал Бен, позволяя Гибсону обернуть крошечным пальцем вокруг своего.

—

Это «он», — сказала я, несколько опешив. — Вау.

— Мне было интересно, когда ты поймёшь это.

— А я была так уверена, что ты будешь девочкой. — Я покачала головой.

— Он идеален. — Энн смотрела на него с абсолютным обожанием.

Как ни странно, Марта так же смотрела на него. Я даже не представляла, что увижу её лицо таким мягким и поражённым.

— Мы назовём его в честь твоей любимой бас-гитары? — спросила я.

— Если ты не возражаешь. — Бен наклонился, запечатлев поцелуй на моём лбу. — Ты — умница, дорогая. Ты была на высоте.

— Извини, что вела себя так отвратительно.

Он рассмеялся.

— Ничего страшного.

— Гибсон Сандербёрд Роллинс-Николсон. — Я погладила пальцем его мягкую, сладкую щёчку. — Тебя любят.

— Точнее не скажешь, — сказала Энн, сжимая моё плечо. — Мы дадим вам двоим побыть наедине.

— Верно. До скорого. Милый ребёнок. — Марта последовала за сестрой, её брови опустились, а лицо стало задумчивым.

Хороший врач и медсестра также скрылись. Спасибо тебе, Боже, за эту тишину. Если подумать, то после всех этих месяцев слежки за своей речью, всё, что он услышал, приходя в этот мир, было ненормативной лексикой. Ну и пусть. Где-то находишь, где-то теряешь.

— Я люблю тебя, — сказал Бен, уткнувшись носом в моё лицо.

— Я тоже тебя люблю. — Я повернулась, целуя кончик его носа. — Теперь мы — семья.

Он улыбнулся.

— Лиззи, ты стала моей семьёй с того самого дня, когда я встретил тебя. Мой лучший друг. Моя любимая. И сможешь ли ты теперь официально стать моей женой?

Гибсон начал плакать, маленькая головка пыталась повернуться и так и этак в поисках чего-то, что можно пососать. Боже, он был великолепным. Таким красивым.

— Вот. — Бен помог мне переместить его, распахнув вырез на моей рубашке, открывая доступ к моей груди. — Думаю, мне придётся делиться этим некоторое время.

— Благородная жертва.

Одной рукой поглаживая сына по спине, а другой заправляя мои растрёпанные волосы, Бен уставился на меня.

— Ты не ответила на мой вопрос. Ты выйдешь за меня?

Я улыбнулась сквозь слёзы счастья.

— О, да. С радостью.

Заметки

[

<-1

]

(прим.ред.Hooters — торговая марка двух американских частных ресторанов с полуобнажёнными официантками)