Барраяр
Шрифт:
Машина остановилась перед парадным входом на южной – современной – стороне дворца, и Иллиан провел чету Форкосиганов мимо еще одной группы охранников наверх по широкой каменной лестнице. Они поднимались медленно, подлаживаясь под неуверенные шаги лейтенанта Куделки. «Неужели здесь нет даже лифта? – раздраженно подумала Корделия. – А в противоположном крыле этого каменного лабиринта, в комнате с окнами на северный парк, на гигантской старинной кровати ждет своего смертного часа измученный болезнью седой как лунь старик…»
Они вошли в просторный зал второго этажа, устланный коврами и увешанный картинами.
Форкосиган и Негри обменялись краткими приветствиями, как люди, знающие друг друга уже столько лет, что все вежливые фразы давно спрессовались в некий символический возглас.
– Это – мисс Друшикко. – Негри не столько представил, сколько обозначил незнакомку, небрежно махнув рукой в ее сторону.
– И кто такая мисс Друшикко? – с веселым отчаянием спросила Корделия. Похоже, что здесь все, кроме нее, знают все заранее.
– Я – служащая внутренних покоев, миледи, – отозвалась девушка, сделав нечто вроде реверанса.
– А кому вы служите? Не считая покоев.
– Принцессе Карин, миледи. Это – моя официальная должность. В списках капитана Негри я числюсь телохранителем первого класса.
Трудно было сказать, какое из двух званий вызывало у нее большую гордость, но Корделии показалось, что скорее второе.
– Я уверена, капитан не ошибся в оценке вашей квалификации.
Это вызвало улыбку.
– Спасибо, миледи. Я стараюсь.
Повинуясь приглашающему жесту капитана Негри, все проследовали за ним в длинную залитую солнцем комнату, многочисленные окна которой выходили на юг. Глядя на разностильную мебель, Корделия гадала, что это – бесценный антиквариат или потрепанное старье. На затянутом желтым шелком диванчике в дальнем конце комнаты сидела та, чью безопасность охраняла мускулистая мисс Друшикко.
Вдовствующая принцесса Карин оказалась худой женщиной c задумчивым сосредоточенным взглядом. На вид ей можно было дать лет тридцать. Скромное серое платье, никаких украшений – единственной данью моде была высокая замысловатая прическа. Темноволосый мальчик лет четырех, будущий император Барраяра, с серьезным видом втолковывал что-то игрушечному стегозавру размером с кошку, а тот отвечал ему забавной скороговоркой. Принцесса велела сыну встать, выключить игрушку и сесть рядом. Малыш беспрекословно взобрался на диван и замер, продолжая крепко сжимать усаженного на колени кибернетического зверя. Корделия с удовольствием отметила, что маленький
Негри официально представил Корделию августейшим особам. Корделия не знала, следует ли ей поклониться, сделать реверанс или отдать честь – и в конце концов просто слегка наклонила голову. Внук Эзара Форбарры уставился на нее пугливо и настороженно, и Корделия улыбнулась, надеясь, что улыбка получится дружелюбно успокаивающей.
Форкосиган опустился на колено (только Корделии было видно, как он сглотнул) и спросил:
– Вы знаете, кто я, принц Грегор?
Мальчик немного отпрянул, прижался к матери и вопросительно посмотрел на нее. Та ободряюще кивнула. Лишь после этого прозвучал тонкий детский голосок:
– Вы – лорд Эйрел Форкосиган.
Форкосиган старался говорить как можно мягче, изо всех сил сдерживая свою бьющую через край энергию.
– Ваш дедушка попросил меня быть при вас регентом. Кто-нибудь объяснил вам, что это значит?
Грегор молча покачал головой. Приподняв бровь, Форкосиган бросил на Негри взгляд, в котором читался легкий упрек. Но на лице капитана не дрогнул ни один мускул.
– Это значит, что я буду исполнять обязанности вашего дедушки, пока вы не достигнете совершеннолетия – двадцати лет. Вместо вашего дедушки я буду заботиться о вас и вашей маме, прослежу, чтобы вы получили достойное образование и воспитание, которое даст вам возможность исполнить возложенную на вас миссию не хуже, чем это делал ваш дедушка. Чтобы вы стали хорошим правителем.
Знает ли этот мальчуган, что такое правитель? Форкосиган избегал говорить «вместо вашего отца» – он старался вообще не упоминать о кронпринце Зерге, поняла Корделия. Зерг того и гляди вообще исчезнет из истории Барраяра – исчезнет так же бесследно, как он распылился во время космического боя.
– Ну а пока, – продолжал Форкосиган, – ваша работа – хорошо учиться и слушаться вашу маму. Вы справитесь с этим, не правда ли?
Грегор заморгал.
– Я думаю, у вас прекрасно получится. – Тут Форкосиган решительно кивнул мальчику – точно так же, как он кивал своим подчиненным-офицерам, и встал.
«У тебя тоже все прекрасно получится, Эйрел», – подумала Корделия.
– Раз уж вы здесь, сэр, – заговорил Негри, выдержав паузу на случай, если регент захочет сказать что-нибудь еще, – хорошо бы вам зайти в штаб. Мне хотелось бы показать вам два-три доклада. Последнее сообщение из Даркоя свидетельствует о том, что граф Форлакайл был уже мертв, когда резиденция загорелась, а это бросает новый свет – или тень – на данное дело. И еще надо решить вопрос о реорганизации Министерства политвоспитания…
– Да нет, о его расформировании, – буркнул Форкосиган.
– Возможно. И, как всегда, саботаж на Комарре…
– Понял. Пошли. Корделия… э-э…
– Может быть, леди Форкосиган хочет задержаться и немного поговорить? – вежливо спросила принцесса Карин.
Форкосиган благодарно посмотрел на нее:
– Благодарю вас, ваше высочество.
Проводив взглядом удалившихся офицеров, Карин чуть-чуть расслабилась.
– Вот и хорошо. Мне хотелось побыть с вами вдвоем.
Грегор соскользнул с дивана и вернулся к своей игре. А мисс Друшикко пристально посмотрела на закрывшуюся за мужчинами дверь.