Бархатная клятва
Шрифт:
Пока Джон отдыхал и отъедался, Джудит работала. Она приказала нагрузить несколько фургонов зерном и консервированными продуктами, чтобы доставить их в лагерь. В еще одну повозку сложили ее одежду: самые красивые платья из бархата, шелка, парчи, кашемира, а также большой, отделанный железом ларец с драгоценностями.
Когда Джон пробормотал что-то о любви женщин к показухе, Джудит устроила ему нагоняй.
— Уолтер Демари волочится за женщинами, которых считает красивыми. Ты хочешь, чтобы я появилась перед ним в домотканом платье? Он скажет, что передумал, и тоже бросит меня в колодец. Он, должно быть,
Джон несколько секунд смотрел на нее, потом отвернулся. Он не знал, восхищаться ею или сердиться на себя за то, что у него не хватило сообразительности додуматься до такой простой вещи.
Под напускной храбростью Джудит скрывала страх. Однако как она ни старалась, ей так и не удалось придумать какой-нибудь другой план.
Всю ночь она лежала без сна и размышляла. Демари не прислал никакого письма. Возможно, он уже убил Гевина и Элен, и самопожертвование Джудит ни к чему не приведет.
Она провела руками по животу, заранее зная, что он еще плоский и упругий. Теперь она уже не сомневалась, что носит под сердцем ребенка Гевина. Может, малыш является косвенной причиной того, что она решила спасти мужа?
Когда поднялось солнце, Джудит неторопливо надела удобное шерстяное платье. Она была на удивление спокойна, словно уже подошла к тому пределу, из-за которого нет возврата. Она спустилась в маленькую церковь, чтобы помолиться. Она будет просить Господа за всех них — за мужа, за мать и за еще нерожденное дитя.
Уолтер Демари сидел за деревянным столом в большом зале замка своего отца. Когда-то стол украшала искусная резьба, изображавшая сказочных животных, но со временем почти у всех этих чудовищ отбились головы. Уолтер рассеянно пнул курицу, которая клюнула его в короткие, тощие ноги. Он изучал лежавший перед ним пергамент и не смотрел по сторонам. Отец отказался оставить ему что-либо еще, кроме этой жалкой заброшенной башни. Уолтер подавил разраставшееся в нем чувство обиды и сосредоточился на том, что ему предстоит. Когда он обвенчается с наследницей земель Риведунов, отец уже не сможет обращаться с ним так, словно он — пустое место.
Позади Уолтера стоял Артур Смайтон, которого тот считал своим другом. Артур помогал Уолтеру на всех этапах этой авантюры, соглашаясь с тем, что именно Уолтеру, а не Гевину Монттомери, должна была принадлежать богатая наследница. Желая отплатить Артуру за его преданность, Уолтер назначил его своим старшим вассалом. Именно Артуру удалось захватить лорда Гевина.
— Артур, — жаловался Демари, — я не знаю, как составить письмо. А что, если она не приедет? Зачем ей рисковать, если она действительно ненавидит своего мужа?
Артур никак не показал, что и, его одолевают сомнения.
— Разве вы забыли о старухе, которую мы держим у себя? Ведь она мать девчонки, не так ли?
— Да, — ответил Демари и опять склонился к пергаменту. Не так-то просто было написать о том, что он просил. Он хотел жениться на леди Джудит в обмен на свободу для ее мужа и матери.
Артур еще на несколько мгновений задержался позади стула
Ему не понадобилось много времени, чтобы узнать о ссорах между молодоженами. Артур, обычный рыцарь в гарнизоне Демари, встретил со стороны своего хозяина небывалую готовность слушать его нашептывания о возможности развода и повторного брака. Его совершенно не интересовала сама девчонка, но земли Риведунов стоили того, чтобы за них бороться. Уолтер не хотел нападать на Роберта Риведуна, но Артур знал, что Риведун ни перед чем не остановится ради того, чтобы его дочь оставалась женой Монтгомери. Убить старика, впустившего их, как давних знакомых, в свой замок, не составило труда. Его жена Элен покорно последовала за ними, и Артур расхохотался, узнав в ней хорошо выдрессированную женщину. За это он преклонялся перед Риведуном.
— Мой господин, — объявил обеспокоенный слуга, — там посетители.
— Посетители? — переспросил Уолтер, поднимая затуманенный взгляд.
— Да, мой господин. Это леди Джудит Монтгомери, окруженная рыцарями.
Уолтер подскочил, перевернув при этом стол, и бросился за слугой.
Артур на ходу схватил его за руку.
— Умоляю вас, мой господин, осторожнее. Возможно, это ловушка.
Глаза Уолтера горели огнем.
— Какая это может быть ловушка? Они не будут сражаться и подвергать даму опасности.
— Может, сама дама… Уолтер отскочил от него.
— Ты слишком далеко зашел. Берегись, иначе окажешься в подвале вместе с лордом Гевином.
Он вихрем вылетел из старой башни, скользя по циновкам из ветхой соломы. Предупреждение Артура запало ему в душу, и он взбежал по узкой лестнице на верхушку стены, чтобы удостовериться, что внизу его действительно ждет леди Джудит.
Он безошибочно определил, что это она. Золотисто-каштановые волосы, струившиеся по спине, нельзя было спутать ни с чьими другими.
— Она, — восторженно прошептал он и, буквально скатившись по лестнице, в мгновение ока оказался возле главных ворот. — Открывай! — заорал он привратнику. — И поторопись! — Окованные железом ворота медленно поползли вверх. Уолтера снедало нетерпение.
— Мой господин, — раздался рядом голос Артура, — вы не можете позволить ей провести внутрь ее людей. Там более сотни человек. Нас могут атаковать изнутри.
Дружинник принялся открывать ворота, которые, словно возмущенные тем, что их потревожили, громко заскрежетали. Уолтер опустил глаза. Он понимал, что Артур прав, и все же не был уверен, что именно надо предпринять.