Баллада о Лорелее
Шрифт:
С одной стороны, в доводах сержанта содержался определенный резон. Нанести упреждающий удар, ослабив противника ровно наполовину. Ни один стратег от такого не откажется в канун решающего сражения. Но можно взглянуть на ситуацию и с другой стороны… До сих пор нет абсолютно никакой уверенности в том, что нападение на «Феникс» вообще имеет место. А пугающие маневры двух крохотных суденышек — не более, чем досадное совпадение и игра воображения. И в этом случае приказ на включение маршевых двигателей неминуемо приведет к гибели ни в чем не повинных людей.
Алекс не знал, готов ли он принять
И опять же… Если подозрения все-таки справедливы, то промедление вполне может привести к тому, что эта самая жизнь окажется не настолько длинной, как хотелось бы. Дилемма, черт бы ее побрал…
Наконец, он принял решение, проклиная в глубине души свою судьбу, которая поставила его перед необходимостью делать подобный выбор.
— Слушай мою команду, — сказал он. — Всем немедленно надеть скафандры и быть готовыми к отражению атаки. Сержант! Займите позицию в пассажирском салоне. Дим! По моему приказу запускаешь маршевые двигатели. Капитан Хокинс! Перед началом маневра задраить все внутренние переборки. Выполняй!
— Сэр! Один вопрос, сэр!
— Слушаю вас, сержант.
— Какие будут распоряжения насчет заключенного?
— Насчет заключенного… — повторил Алекс и задумчиво посмотрел в сторону капитана Хокинса. Тот уже вполне взял себя в руки, по всей видимости, полностью смирившись с неизбежным. При этом ненависти по отношению к негодяю МакДаку в его взгляде ничуть не убавилось. — Капитан! Мне нужно полностью изолированное помещение. Безопасное, насколько это возможно в нашей ситуации. Ваши предложения?
— Противорадиационная камера, — сквозь зубы процедил Хокинс.
Алекс задрал брови и в недоумении посмотрел сначала на капитана, а затем перевел взгляд в сторону сержанта. Ни на одном корабле из тех, на которых ему приходилось летать, никогда не встречалось ничего даже отдаленно похожего на какие-то особые камеры.
— Капитан прав, — подтвердил сержант. — Противорадиационные камеры на кораблях давно уже не устанавливают, однако, на старых моделях они до сих пор кое-где встречаются. Бронированный корпус, многослойная изоляция… думаю, то, что надо. Сэр!
— Хорошо. Наденьте на заключенного наручники и немедленно переведите его в эту вашу камеру… Что-то еще?
— Сэр! При всем уважении, сэр… — сержант слегка запнулся, но тут же продолжил: — Полагаю, вы поступите весьма разумно, если займете место в камере рядом с Каттнером. Ради успешного выполнения миссии и обеспечения вашей безопасности. Сэр!
Алекс окинул сержанта внимательным взглядом. Он прекрасно понял, что его подчиненный на самом деле имел в виду. В случае столкновения с абордажной командой противника толку от Алекса, скорее всего, не будет никакого. А вот хлопот его присутствие на поле боя может доставить очень и очень немало. Хочешь не хочешь, но сержанту и его бойцам придется не столько сражаться с противником, сколько заботиться о целостности его драгоценной шкуры…
— Возможно, именно так я и поступлю, — сказал Алекс. — Все, довольно! Приказ отдан, жду доклада о выполнении.
Сержант повернулся и быстрым шагом покинул рубку. Алекс бросил последний взгляд на
— Подожди… — неожиданно остановил его капитан Хокинс. Алекс обернулся. — Ты действительно готов пойти на убийство? А вдруг там ни в чем не повинные люди, ты об этом подумал?
Подумал, еще как подумал. Не дай бог тебе принимать подобные решения.
— Есть какие-то конкретные предложения? — хмуро осведомился он.
— Да, есть. Почему бы не связаться с ними и не прояснить ситуацию до конца? Может, я чего-то не понимаю, но ты по какой-то необъяснимой для меня причине даже не попытался этого сделать. Наверное, проще убить их, чем попробовать разобраться во всем по-хорошему?
Ошибаешься, подумал Алекс. Ничуть не проще. Просто я абсолютно уверен в полном отсутствии хоть какого-нибудь результата. Если это те, о ком я думаю, — а это именно так и есть, — то ни на какие переговоры они совершенно точно не пойдут. Зачем договариваться с заведомо более слабым противником, когда и так можно безнаказанно взять все, что требуется, не тратя времени на никому не нужные разговоры. Да и светиться на камеру лишний раз ни к чему.
— Что ж, пробуйте, я не возражаю, — он скептически пожал плечами. — Только не слишком огорчайтесь в случае, если вам никто не ответит.
— Начинай, Дим, — сказал капитан Хокинс. — Может, нам еще удастся спасти несколько невинных душ от этого троглодита.
Дмитрий бросил косой взгляд на Алекса, быстро пробежался пальцами по клавиатуре, а затем громко и отчетливо произнес:
— Грузопассажирский транспортник «Феникс» вызывает неизвестные корабли. Фиксируем опасное сближение… повторяю, опасное сближение. Возможно причинение ущерба в момент включения маршевых двигателей. Опасное сближение… Ответьте… вызывает транспортник «Феникс»…
Несколько секунд истекли практически в полной тишине. Лишь слышалось легкое шуршание несущей частоты.
— Вот так, — констатировал Алекс. — У вас еще остались какие-то сомнения?
Капитан Хокинс ответил угрюмым молчанием.
— …на связи транспортник «Феникс». Опасное сближение… — продолжал взывать Дмитрий.
Хокинс безнадежно махнул рукой, уселся в капитанское кресло и отвернулся, чтобы не лицезреть ненавистную физиономию подлеца МакДака.
— Смотрите! — внезапно крикнул Дмитрий, прервав на полуслове бесполезные попытки вызвать таинственных попутчиков на диалог. — Смотрите! Что они делают…
Экран радара со всей несомненностью свидетельствовал о том, что незнакомцы, наконец, решились на конкретные действия, явно не сулившие экипажу «Феникса» ничего хорошего. Корабль, следовавший в кильватере транспортника, внезапно выдал целую серию импульсов маневровыми двигателями и за несколько мгновений сократил расстояние до самого минимума, зависнув буквально в нескольких метрах от молчащих черных дюз корабля, по-видимому, совершенно не опасаясь весьма вероятного удара ядерным пламенем. Словно пребывал в абсолютной уверенности, что ничего подобного наверняка не последует. А его напарник, до сего момента благоразумно державшийся на весьма приличном удалении от маневрирующего «Феникса», вдруг круто изменил траекторию и быстро пошел на сближение.