Баламут 4
Шрифт:
— Так вот почему вы такие замотанные! — врубился Император.
— Ну да! — криво усмехнулась Даша. — Информации они перелопатили — не пожелаешь даже врагу. Кроме того, каждый божий день добавляют к уже имеющейся базе новые пласты знаний и… не спят. Вообще!
Он оглядел всех «замотанных» еще раз, демонстративно склонил голову знак уважения перед нашей работоспособностью, заявил, что этого не забудет, а затем додумался до напрашивавшегося вывода:
— Так, раз вы меня вызвали, значит, не впустую, верно?
Борисыч устало потер лицо и утвердительно кивнул:
— Да, государь, выкладывались они не зря. Но очень быстро поняли, что технологические карты производства первых поколений
Тут Долгорукий потребовал подробностей и, конечно же, получил. От развеселившейся матушки:
— Слав, дочь главы рода Та Кальм была неизлечимо больна по меркам мира, в котором магии нет и не предвидится! Мы наведались в спальню к этой особе, Хельга поставила ее на ноги и основательно подпитала Жизнью, а через сутки Ратибор встретился с ее отцом, счастливым до безобразия, дал ощутить переизбыток Жизни на себе-любимом, подарил пяток артефактов Разума и объяснил перспективы сотрудничества с родом магов, способных не только исцелять, но и омолаживать!
Создавая эту легенду, мы были уверены, что Долгорукий завалит нас вопросами о ходе переговоров, поэтому сварганили нарезку из кусков записей реальных бесед с Раймсом. Но она не понадобилась — выслушав этот кусок объяснений, самодержец понимающе усмехнулся, заявил, что с таких крючков добровольно не снимаются, затем посерьезнел и поинтересовался, чем этот род может быть полезен для решения проблемы с корхами. При этом смотрел на деда, поэтому тот развел руками и взглядом переключил его внимание на меня. Пришлось отвечать, мешая правду и ложь в строгом соответствии с легендой:
— Государь, к сожалению, до решения проблемы с корхами еще далеко — оказавшись на Той Стороне, шеллемская техника выходит из строя как бы не быстрее нашей. Тем не менее, союз с родом Та Кальм может дать нам время и спасти миллионы жизней.
— Каким образом?
— В данный момент у главы рода Та Кальм не так много оснований слепо верить нам на слово, тем не менее, я уже могу обменять некоторое количество мощных артефактов с целительскими заклинаниями на один-единственный несколько устаревший космический корабль, по функционалу приблизительно соответствующий нашим тяжелым ударным крейсерам. Если вывесить такую машину на геостационарную орбиту над центром Империи и прикупить пару сотен шеллемских разведывательных спутников, то максимум через четыре минуты после открытия Червоточины в любой точке России в нее прилетит что-нибудь очень веселенькое. Но, как обычно, есть нюансы. Первый — это перемещение Огромного Корабля между мирами. Но, по утверждениям наших «умников», техно-магическая возможность решить эту проблему появится в течение суток. С экипажем профессионалов тоже решим — найдем в Марделле ветеранов, доживающих последние годы, пообещаем исцеление в обмен на службу нашему роду и все такое.
Долгорукий врубился в суть третьего «нюанса» еще до того, как я договорил, и помрачнел:
— Вопрос с легализацией я в любом случае возьму на себя. Вы, главное, дайте хоть какие-то исходные данные вроде размеров крейсера, характеристик площадки, с которой он должен будет взлететь, и так далее. А о таких мелочах, как хай, который поднимется после его зависания над территорией Империи, даже
Озвученный им вопрос относился к категории «политических», и на него ответил дед:
— Этот — да: меня не устраивает его чисто технологическая «заточка», так что на этой машине будут испытываться магические системы защиты, вооружения и маскировки, созданные на основе моих личных наработок. Тем не менее, без шеллемских боевых машин и технологий вы не останетесь: как только Та Кальм-старший помолодеет лет на двадцать-тридцать и осознает, насколько выгоден заключенный союз, мы развернемся во всю ширь и начнем тащить на Землю все, что сочтем нужным. И еще: все технологические карты, которые мы уже позаимствовали или еще позаимствуем в других мирах, будут переводиться под вас, ибо заниматься производством чего бы то ни было мне не интересно.
Словосочетание «в других мирах», выделенное интонацией, заставило государя подобраться, а следующее — «для вас» — уйти в свои мысли. Правда зависал он от силы полминуты. Затем задумчиво посмотрел на матушку, пару мгновений гипнотизировал взглядом меня и… озвучил чертовски интересное решение:
— Игра в одни ворота меня не устраивает. Поэтому в «горячий» период, то есть, до принципиального решения вопроса с корхами, я буду принимать любую помощь, не задумываясь, а потом заключу договор о сотрудничестве, одинаково выгодный обеим сторонам. Впрочем, начиная с сегодняшнего дня любые ваши запросы будут удовлетворяться в полном объеме, вне какой-либо очереди и бесплатно. Порукой тому мое слово… А теперь предлагаю перейти к конкретике…
И небольшой бонус — «головастик»)
…Последний акт спектакля отыгрался не хуже первых — после того, как «высокие договаривающиеся стороны» пришли к консенсусу по абсолютно всем ключевым вопросам, Императору вдруг захотелось пообщаться с нашим шеллемским союзником. То, что такое желание обязательно появится, заранее предсказала Даша, так что я без лишних слов пошел навстречу венценосному гостю. Первым делом влез в программку, позволяющую переводить время Замка в рюендское и выяснил, что в поместье Та Кальмов поздняя ночь. Затем попросил Шахову открыть «зеркало» в гостиную Авьен и подождал, пока она настроит «рюкзак». После появления плоскости сопряжения убедился, что по ту сторону находится нужное помещение, продавил «пленочку» и негромко постучал в дверь спальни.
Заспанная и страшно растрепанная шеллемка в пижаме непривычного кроя нарисовалась на пороге буквально секунд через двадцать, увидела меня и радостно заулыбалась. Я перешел на ее родной язык, вежливо извинился за то, что заявился в гости в столь поздний час, и попросил разбудить отца. Женщина лицо которой стараниями Степановны временно «состарилось» лет до пятидесяти, расстроено вздохнула, сообщила, что Раймс улетел по делам на другой континент и вернется домой не ранее, чем через двое суток, после чего предложила его заменить.