Баламут 3
Шрифт:
— Пап, это не фокус! — без тени улыбки заявила Авьен, отобрала у него мой костяной нож, вернула мне и метнулась к шкафу. А через десяток секунд протянула отцу тесак в потертых ножнах: — Этот клинок узнаешь?
— Конечно: это мой подарок на твое поступление в Академию!
— Порежь Ратибора Игоревича им.
Он немного поколебался, полоснул по протянутой руке, прорезав ее до кости, и… потерял дар речи, когда я, спокойно раздвинув края раны, не начавшей кровить, показал царапину, а затем зарастил порез и полностью убрал шрам. Да, провозился порядка двадцати минут, зато показал процесс во всех подробностях. А после того, как закончил, продолжил объяснения:
— Откровенно говоря, в этом виде магии я не силен. Вернее, дури
— Ратибор Игоревич является командиром боевого крыла их рода… — прокомментировала это заявление Авьен и снова замолчала. А я деловито открыл «Око» в мир динозавриков и позволил собеседнику в него заглянуть:
— Это одна из планет, на которой побывала ваша дочь. И это тоже не фокус — можете протянуть руку и подобрать любой из камней. Или сорвать какое-нибудь растение.
— А это безопасно? — на всякий случай спросил он и получил честный ответ:
— В моем присутствии — да.
— А в твое отсутствие он в «Око» и не заглянет! — хохотнула его дочь.
Та Кальм зачем-то закатал рукав «спортивного верха», осторожно продавил плоскость сопряжения, пощупал и отбросил в сторону небольшой голыш, затем потрогал лепестки цветка, отдаленного похожего на ромашку, щелчком отправил полетать какую-то букашку и вытащил руку обратно:
— Если это не бред, то все ощущения более чем реальны!
— Не бред… — усмехнулся я, просунул в «Око» правую руку и показал пальцем на кривое деревце толщиной с мое бедро, росшее метрах в десяти: — Смотрите во-он туда. Сейчас я перерублю ствол боевым заклинанием школы Воздуха…
Мужчина прикипел взглядом к картинке, оценил мощь обезглавливания и поежился:
— Серьезное умение!
— Враги не жалуются! — ухмыльнулся я, пододвинул «Око» к пеньку и дал собеседнику возможность пощупать срез. Как ни странно, он отказался:
— Благодарю за предложение, но это необязательно: я уже убедился в том, что все вышесказанное является правдой, поэтому готов к серьезному разговору. Кстати, доказывать, что вы не желаете зла мне, моему роду или Шеллему, тоже не требуется — я слишком хорошо знаю свою дочь и вижу, что она вам по-настоящему доверяет. А завоевать такой уровень ЕЕ доверия последние роенов тридцать считается невозможным…
…Прежде, чем начать «серьезный разговор», Раймс Та Кальм спросил у дочери, какие изменения она внесла в настройки СКН спальни. Получив развернутый ответ, заявил, что с уровнем доступа, имеющегося у его дочери, добиться большего было физически невозможно, но достигнутый уровень конфиденциальности его не устраивает, и довел его до максимума. Потом я по просьбе Авьен «организовал» еще одно кресло, «позаимствовав» его из закрытого кабинета ее покойной матушки, и сделал шаг навстречу, приложив главу рода целым комплексом целительских заклинаний, выученных под руководством Степановны как раз на этот случай.
Оценив практически мгновенные изменения в своем самочувствии, мой собеседник склонил голову к правому плечу, что, по местным понятиям, считалось демонстрацией глубочайшей благодарности, затем выразил ее же в коротком, но ни разу не «пустом» монологе и предложил перебраться к столу. Я, естественно, согласился, по совету хозяйки спальни откатил этот предмет обстановки от стены и развернул на девяносто градусов, передвинул кресла и, расположившись в «своем», выполнил одну из предварительных договоренностей и передал слово Авьен. А она, устроившись на кровати, обозначила условия, на которых настояла сама:
— Пап, прежде, чем вы начнете тропить путь [7] , считаю необходимым сообщить, что почти все маги рода Елисеевых-Багряных являются эмпатами, то есть, ощущают эмофон собеседников. Поэтому при принятии серьезных решений всегда проверяют чистоту истинных побуждений потенциальных партнеров. А для того, чтобы продемонстрировать чистоту своих истинных побуждений,
7
Выражение, аналогичное нашим «наводить мосты» или «искать общие точки соприкосновения».
Она действительно настояла на этом условии, так как считала старшего брата и наследника рода Та Кальм патологическим лжецом, честолюбивым мерзавцем, конченым эгоистом, подлецом и так далее. К этой же категории относила и наследника правящего императора, с которым, оказывается, была неплохо знакома. Поэтому предупредила, что на уровне межгосударственных контактов лучше иметь дело с нынешним самодержцем.
Кстати, Раймс, хоть и помрачнел, но согласился со справедливостью этого требования. А затем задал вопрос, подводящий ко второму условию:
— Как ни обидно это признавать, но ты права: позволять ему общаться с эмпатами крайне неразумно. Равно, как и подпускать к информации такого уровня. Но тут возникает небольшая проблема: если верить результатам последнего обследования, я протяну от силы роена три-четыре. Значит, имеет смысл начать готовить себе преемника. А твои племянники, увы, не лучше отца.
— Боюсь, что ваших врачей придется немного расстроить… — улыбнулся я. — Здоровье мы вам вернем. И откатим биологический возраст. На первом этапе — роенов на десять, дабы слишком резкие изменения вашей внешности не вызвали лишнего внимания к вам и вашему роду. А там посмотрим. К слову, это условие выдвинули мы, а не Авьен, и не считаем его услугой.
Хозяин особняка порадовал реакцией и на это заявление:
— Что ж, тогда я оставляю право в одностороннем порядке ответить добром на добро!
— Возражать не будем! — ухмыльнулся я, подождал, пока «отмычка» перечислит остальные условия, а Та Кальм их примет, и снова взял бразды управления переговорами в свои руки: — А теперь я дам вам необходимый минимум информации о нашем роде, дабы вы понимали мотивы тех или иных поступков. Итак, мы, Елисеевы-Багряные — пожалуй, самый маленький аристократический род Российской Империи, второго по величине и первого по влиятельности государства планеты Земля. В нашем конкретном случае размер рода не так важен, как может показаться на первый взгляд: одна из моих женщин является ближайшей родственницей Императора, так что у нас имеется принципиальная возможность продавить почти любое решение. Тем не менее, мы этой возможностью не пользуемся — живем на окраине страны, практически не появляемся в высшем свете и занимаемся тем, что интересно. Тем не менее, в случае необходимости делаем все, что должно. К примеру, очень неплохо повоевали в недавней межмировой войне и нашли способ ее закончить, за что большая часть рода была награждена высшими наградами государства. Говоря иными словами, несмотря на некоторую отстраненность, мы являемся патриотами и радеем не только о своем благе, но и о благе своей страны. Кстати, раз я упомянул слово «война», имеет смысл сообщить, что за тысячу с лишним роенов существования Российская Империя не начала ни одной войны или вооруженного конфликта с сопредельными государствами. Зато на внешнюю агрессию отвечала со всей широтой души, из-за чего ее частенько сравнивают с одним из самых крупных и флегматичных животных нашей планеты, которого крайне сложно расшевелить и почти невозможно успокоить.