Бал-маскарад
Шрифт:
Едва он закончил рассказ, в комнату влетел молодой полицейский в штатском.
– Только что поступило сообщение от детектива Фурукава, который ведет наблюдение за виллой Фуэкодзи. Тиёко Отори приехала на виллу. Скорее всего, госпожа Фуэкодзи позвонила в больницу и сказала, чтобы та срочно приехала, так как необходимо поговорить о Мися.
Не сказав ни слова, Коскэ Киндаити вскочил со своего кресла и бросился к выходу. Все кинулись за ним. Изумленный молодой полицейский прокричал им вслед:
– Но Мися еще не вернулась! –
Глава двадцать седьмая
Вилла Фуэкодзи выходила одной стороной на болотистый ручей. Несколько в стороне от главного здания, метра на три ниже его и почти вплотную к ручью стоял элегантный чайный домик. Во время тайфуна он был полностью затоплен водой, но сейчас вода уже ушла, и Ясуко снова смогла его посещать. Она очень любила этот павильон, в котором часто уединялась, устав от занятий с Мися, и проводила в нем долгие часы, наслаждаясь чаем и предаваясь воспоминаниям об аристократическом прошлом своей семьи.
Пятнадцатого августа 1960 года, ближе к полуночи, весь район Сакура-но-дзава был окутан густым туманом, и только из павильона на ближайшие кусты и деревья падал яркий свет люминесцентной лампы, свисающей с потолка. В ее свете сидели две женщины. Перед круглой жаровней для кипячения воды, рядом со створчатой ширмой расположилась Ясуко Фуэкодзи. Она была в элегантном кимоно с красивым поясом, к которому был прикреплен шелковый платок, ее осанка была, как всегда, величественной. Перед ней на жаровне приятно попыхивал закипающий чайник.
Немного в стороне от жаровни сидела Тиёко, одетая в шелковое платье европейского покроя. Ее бледное лицо было напряжено, и в устремленных на свекровь глазах плескался страх.
Она страшно устала и душой, и телом. Пока оперировали Тадахиро, она сидела в соседней комнате. Лишь благодаря поддержке и утешению находящихся рядом Кадзухико и Хироко она смогла перенести события этого страшного дня.
К счастью для Тадахиро, пуля не задела жизненно важные внутренние органы, а сильное кровотечение в кишечнике было остановлено. Рядом находились два донора для переливания крови, так что для него все обошлось благополучно.
Пулю извлекли. Как позже установила экспертиза, выстрел был произведен из револьвера «кольт» 22-го калибра.
После операции Тиёко вместе с Хироко и Кадзухико навестили Тадахиро. Первый его вопрос был об Акияма. Тиёко не могла не почувствовать некоторой ревности к этому человеку, который бесследно исчез, бросившись преследовать преступника. Она вновь осознала, какая глубокая привязанность существует между Тадахиро и Акияма.
– Отец, с Акияма ничего не случится. Если вы позволите, я займусь его поисками, – пообещал Кадзухико.
Тадахиро молча кивнул головой. Потом Хироко с легкой улыбкой показала ему золотую зажигалку. На это он коротко сказал:
– Киндаити-сэнсею…
Поняв,
– Я в двойном долгу перед сэнсеем.
По настоянию врача все покинули палату, осталась только Тиёко. Тадахиро держал ее за руку. Вскоре он задремал, но руки Тиёко так и не выпустил, а она, боясь его потревожить, продолжала неподвижно сидеть рядом.
Около десяти часов вернулась Хироко и о чем-то долгое время разговаривала с Тэцуо в соседней комнате. Было слышно, как Тэцуо иногда посмеивался, на что Хироко отвечала сердитым голосом.
Вскоре медсестра сообщила, что звонит Ясуко Фуэкодзи и просит к телефону Тиёко Отори. Хироко решила воспользоваться этим, чтобы заменить Тиёко у постели отца, и сообщила ей о звонке Ясуко. Вернувшись через некоторое время, Тиёко сказала:
– Мать Фуэкодзи просит срочно приехать. У нее какой-то важный разговор о Мися, я на некоторое время уеду.
Хироко с удивлением подумала, что для разговора выбрано неподходящее время, однако успокоила ее:
– Ничего страшного. Можете положиться на меня. Но возвращайтесь поскорей! Ему будет грустно, если вас не будет рядом, когда он проснется.
– Спасибо. Я постараюсь вернуться как можно скорее.
Провожая взглядом фигуру Тиёко, Хироко почувствовала, как у нее учащенно забилось сердце. Тиёко не знает о происшествии с Мися. Когда приехали в больницу, Тиёко спросила о ней, и хотя Хироко и Кадзухико ответили уклончиво, она ничего не заподозрила, так как все ее мысли были заняты предстоящей операцией Тадахиро.
Из больницы Тиёко заехала в отель переодеться и сейчас сидела напротив своей бывшей свекрови. В нише на стене чайного домика висела картина, нарисованная известным в прошлом художником, а под ней в расписной вазе стоял живой цветок. Вокруг чайного домика висел густой туман, и в ночной тишине было слышно только, как журчит ручей и шумит ветер в соснах.
– Так у Асука-сама все обошлось?
– Да. Спасибо, рядом оказался хороший хирург.
– Тадахиро – человек большой силы воли, это тоже помогло. Что происходит, почему на нас одно за другим обрушиваются ужасные события?
– Мама, скажите лучше, что с Мися? Она уже спит?
– А, Мисяко…
Во взгляде Ясуко мелькнуло нечто такое, что вызвало беспокойство у Тиёко. Тут она вспомнила об уклончивом ответе Хироко и Кадзухико.
– Мама, что еще случилось? Мися что-нибудь рассказывала?
– Нет, ничего особенного, – ушла от ответа Ясуко и, пристально следя за выражением лица Тиёко, спросила: – Тиёко-сан, вы лучше скажите, вы собираетесь замуж за Асука-сама? У вас был об этом разговор?
– Да, благодарю вас, все хорошо. – Тиёко смутилась.