Баксы на халяву
Шрифт:
Он принял решение и с этой самой точки жизнь его преломилась, потекла по другому руслу и обратного хода ей уже не было. План таков. Нужно брать деньги и уматывать куда подальше. Чемодан никак не хотел закрываться потому, что все замки были сломаны. Ну и черт с ним! Глупо было бы таскаться с таким приметным блестящим чемоданом по городу.
Игорь вылез из машины и открыл багажник. Оттуда резко пахнуло тухлятиной и гнилью.
"Фу", - зажал нос Игорь и сразу же понял причину неприятного запаха. Когда он в воскресение заезжал за Машенькой,
Брезгливо взял двумя пальцами пакет и выбросил на обочину. Тяжелый, гад! Порывшись в багажнике, Игорь нашел свою старую спортивную тряпичную сумку, которую возил с собой на всякий случай, вытряхнул в нее баксы, а чемодан бросил на заднее сидение.
Но тут Игоря посетила мысль, от которой он тихо рассмеялся. Он придумал сюрприз своим преследователям, вылез из машины, подобрал пакет с гниющим мусором и тут же, "не отходя от кассы", сюрприз подготовил. Нельзя сказать, что это был очень остроумный сюрприз, но Игоря он порадовал.
Игорь забрал из машины все документы, которые могли бы помочь его преследователям легко его отыскать, положил их в свою сумку поверх баксов и вылез из машины. Оставив такси на обочине, Игорь накинул на плечи ремень сумки и, перейдя на другую сторону дороги, тормознул проезжающую мимо машину.
4
Бандит по кличке Череп, потерявший недавно чемодан с полумиллионом баксов, понуро сидел рядом с водителем фиолетового BMW и смотрел на дорогу. Водитель - крепкий детина по кличке Бивень, сжимающий огромными руками руль, недобро поглядывал на Черепа и уже прикидывал, как будет выглядеть его коллега в гробу. Выходило, что не очень импозантно, если принять во внимание то, что его перед смертью будут сильно бить, вероятнее всего по лицу.
На заднем сидении, развалившись, ехал средних размеров, но уже с хорошим брюшком мужчина лет сорока с гаком и нервно шевелил желваками. Только они и ходили на его неподвижно-каменном лице. Ничего более в его внешности не выдавало того страшного напряжения, в котором находился сейчас его мозг, да и все его тело. Орлиный взгляд его был направлен вперед сквозь лобовое стекло, так что даже оно дрожало от страха, и именно во взгляде различалась та холодная решимость, которая во все времена отличала вожака стаи.
– Мудак! - вдруг грозно и громко сказал грозный вожак "толстопуз" и Череп испуганно втянул голову в плечи. - Как ты мог посеять полмиллиона баксов? Твоя вонючая шкура не стоит и сотой доли того, что ты потерял! Только идиот мог поехать с такой суммой на такси!
– Машина наша не завелась, - оправдываясь, сказал Череп, - наверное, чеченцы все подстроили. Кто-то знал, что мы с бабками едем. Меня подставили.
– Это не отмазка, - резко прервал его вожак, - я тебе за что деньги плачу? Тебе сказали доставить чемодан в "Метрополь", а ты обкакался! Тоже мне сержант тульской десантной
– Там засада была у "Метрополя", они стрелять начали, я одного завалил, а потом видимо снайпер стрелял, пока я туда-сюда, таксист сдернул, жестикулируя, оправдывался Череп, и попытался успокоить шефа, - таксиста найдем без труда, он дятел, а вот если б чеченцы деньги захватили, тогда бы было еще хуже.
– Если бы они наши деньги забрали, то тогда бы ты был уже трупом! сказал ему вожак.
Череп решил не спорить. "Дивидендов" в его "банк" это не добавляло. Неожиданно замурлыкал сотовый телефон мелодией поднадоевшей ламбады, вожак полез в нагрудный карман дорогого пиджака, достал трубку и приложил к ней ухо.
– Да, это я! Чего надо? - спросил он и радостно приподнялся на месте. Что? Нашли машину? Нашли? Молодцы! А таксиста? Нет? Хреново... Что ты сказал? Чемодан в салоне? Слушай капитан, поставь там охрану, пусть ничего не трогают, мы уже в пути. Припаркована на каком километре? Понятно. В сторону? Ага, ясно! Все, едем.
Этот самый мужчина сорока с гаком, "вожак", которого деловые круги Питера знали как Бориса Григорьевича, а бандитские, как заматеревшего отморозка по кличке "Пустой", выключил телефон и приказал водителю:
– Бивень, давай, гони быстрей к месту, этот олух чемодан бросил в машине. Может, он со страху и не глянул что там, а просто свалил и все.
– Что ж он совсем типа дурак? - усомнился Бивень. - Я бы и то глянул. Может там чего реальное в чемодане.
– Что за водила-то был в такси? - грозно спросил Пустой у Черепа.
– Да, так, лопух, - понуро ответил Череп, - обычный таксист.
– Молись, чтобы он оказался лопухом, - покачал головой Пустой, - а не ты. А то и дня не проживешь.
Череп едва сдержал вздох и посмотрел в окно автомобиля. Мимо пролетали засыпанные белым снегом деревья, простирались бескрайние поля. Черные вороны скакали с кочки на кочку и громко каркали. Это зима. А вслед за ней придет весна. Потекут, звеня, ручейки, почки на березках набухнут, станут лопаться и из них появятся молодые листочки. Пригреет весеннее солнышко, зальет лучами эти бескрайние поля, кочки под одной из которых будет покоиться его, Черепа, бренное тело. Несчастное молодое тело, обглоданное червяками и жуками-навозниками. И не будет над ним обелиска, даже крестика не будет. И не увидит Череп этих листочков, цветочков, солнышка!
– Вон оно такси на обочине, - радостно воскликнул Бивень, - и менты его пасут.
– Вижу я, - ответил Пустой, - подъезжай.
BMW припарковался рядом с такси, по хозяйски заняв целый ряд дороги. Бивень, Череп и их шеф вышли из машины.
– Борис Григорьевич, здравствуйте, - кинулся к шефу молодой лейтенант, и представился, - лейтенант Кацнельсон.
"Угораздило же с такой фамилией в менты податься", - подумал Борис Григорьевич.
– Все в целости и сохранности, - отчитался лейтенант.