Багровое небо
Шрифт:
Что ж, какой-никакой, а все же повод. Шерв полез в карман и достал серебряный портсигар.
Внутри болталась одинокая сигара. Он достал и развернул ее – «Ромео и Джульетта». Семь дюймов удовлетворения и еще один повод сказать пациентам «делайте так, как я говорю, а не так, как я поступаю».
Большая часть даже слушалась этого совета.
Док обрезал кончик перочинным ножом и прикурил от старой зажигалки «Зиппо». Люди, курившие сигары, потому что это стильно, сказали бы, что обрезать кончик надо специальным устройством, похожим на гильотину; доку вечно дарили
Чушь.
Шерву нравился резкий запах бензина для зажигалок, вдобавок он рассеивался почти сразу. А курение сигар не религиозный обряд, а привычка и удовольствие.
Когда он раскурил сигару как следует, салон наполнился дымом, да так, что док перестал что-либо видеть в зеркальце заднего вида. Он приоткрыл оба окошка, чтобы ветер выдул дым наружу. Говорили, что когда летом он отправлялся на одну из своих дальних прогулок, его приближение можно было почувствовать по запаху сигар за целую милю.
У него осталось с полдюжины «Ромео» и коробка «Панч Дабл Коронас». Самое время отправить заказ А. Э. Ллойду, если он не собирается переходить на другие, легальные сигары. Контрабандные лучше. Может, запретный плод сладок?
Трудно сказать. Сигары чертовски дороги, но доктор в маленьком городишке не мог пожаловаться на низкие заработки. И потом, на что ему еще тратить деньги? Дети выросли и разъехались, только порой навещали старика на Рождество, а если кто из них и собирался одарить его внуками, то сделал бы это давным-давно.
Новые игрушки для клиники? Может быть, однако зачем создавать прецедент, за них должно платить государство. Когда Боб Шерв уйдет на пенсию – а это непременно произойдет, хоть никто не верит, – непросто будет найти ему на замену опытного специалиста. И практически невозможно заманить сюда свежеиспеченного врача, выпускника медицинского колледжа.
Он надеялся, что Барби Хонистед пойдет по медицинской стезе… Не исключено, конечно, но у нее вроде роман с парнем из Флориды, и она поговаривает о замужестве. А шансы на переезд жителя Флориды в Хардвуд равны нулю, так что об этом и думать не стоит.
Если бы двадцать лет назад он оказался прозорливее и оценил умственные способности Карин Релке, можно было бы сделать медика из нее или из Ториана, хотя вряд ли. Черт побери, когда он уйдет в отставку, городу придется туго, и хотя в нем еще достаточно сил, он гораздо ближе к концу, чем к началу.
Ладно, хватит витать в облаках.
Дайте старику сигару и теплое местечко, и он целый день просидит, особенно если уже начал носить чертовы подгузники «депендз». Как будто старость и без того приносит мало унижений.
Боль вернулась на мгновение, потом исчезла. Вот и хорошо.
Док потянулся к телефону и набрал номер.
– Алло, это я. Если он и вправду собирается, то пора. Йен уже давно ушел.
Боб Шерв откинулся на спинку сиденья и посмотрел на тлеющий кончик сигары.
Через пару минут около «себербена» остановился коричневый «форд» Карин. Должно быть, Карин и Осия уже сидели в машине,
Значит, она нервничает. Неудивительно.
Он махнул рукой, чтобы Карин не вылезала, затем открыл заднюю дверцу и помог Осии вытащить вещи. В лицо пахнул теплый воздух из «форда», пахнущий корицей и духами Карин. Такой запах напоминает старику, что и он когда-то давно был молод.
– Ты уверен, что это хорошая идея? – спросил Шерв Осию.
– Нет, вовсе нет. Уверенность вообще для молодых, а кто бы я ни был, молодым меня определенно не назовешь.
– Тогда зачем?
Высокий мужчина помолчал, а потом сказал со вздохом:
– Потому что я могу пригодиться. А в наши дни это случается не так-то часто.
– Да ты что, Осия!
Тот печально покачал головой:
– Нет. Было время, когда я мог отвести Йена, куда ему надо… но оно прошло. И это во многих отношениях хорошо. Хорошо, что я не так могуществен, как прежде. Хорошо, но неудобно. – Осия, похоже, пожал плечами, хотя Боб сомневался – куртка была сильно велика старику. – Кроме того, выбора у меня нет. Я обещал деду Торри, что всегда буду заботиться о Карин и Торри, а здесь и в городе я ни на что не способен.
– А ты всегда держишь обещания.
– Всегда, – кивнул Осия. – Поэтому я даю их так редко.
Если бы кто-нибудь другой заявил, что всегда держит обещания, только вежливость удержала бы Шерва от громкого хохота, да и то не факт.
Но на этот раз он не сомневался – готовность Осии к помощи вошла в поговорку, как и его упорные отказы давать обещания. И все же дело не только в этом. Старик шел более упруго, чем Шерв когда-либо видел, вытянулся и словно наполнился энергией, что вряд ли часто случалось с Осией за последние несколько веков. А сколько столетий прожил Осия, Шерв не знал и не думал, что их можно так просто сосчитать.
Взяв сумку на плечо, Осия приблизился к яме и, не помедлив ни мгновения, исчез внутри.
Шерв постоял еще немного, докуривая сигару и размышляя, не пойти ли ему следом за Осией, чтобы наконец-то понять, о чем речь и куда это все отправляются.
Но он знал, что так не поступит.
Дело не только в том, что он уже не ребенок и все чаще болеет ангиной.
Его ждала работа, которую он любил.
Большую часть времени – с каждым годом становится все труднее… Но нельзя позволить старости наступать. Единственный способ не поддаться ей – сражаться за каждый дюйм.
Он еще раз затянулся, а потом подошел к машине Карин со стороны водителя. Окошко открылось не сразу.
– Все будет в порядке.
Женщина улыбнулась в ответ, но в ее глазах стоял страх.
– Я беспокоюсь за него… за них.
– Люди рождены для тревог, как искры рождены, чтобы лететь вверх. А за кого ты беспокоишься на этот раз? За Торри, Ториана, Осию… или Йена?
Она помолчала.
– За всех. Но я имела в виду Осию. За Торри и Ториана я не беспокоюсь. Не думаю, что родился такой Сын, чтобы смог противостоять моему Ториану, и если бы эти… твари не были такими омерзительными, я бы их даже пожалела.