Бабочка

Белов Александр Александрович

– Империю, говорите?
– Сталин хмыкнул, - Ладно, обсудим и это. Хочу спросить товарища Ковалёва... Да, совсем плохим хозяином я стал. Чай или кофе?

Сергей глянул на Игоря. Тот развёл руками:

– Насколько я знаю, в это время кофе в СССР был большой редкостью, так, что чаю будем рады.

Сталин пригладил усы:

– Товарищ Власик, - начальник охраны сидел в углу в полной прострации от всего услышанного, - Николай Сидорович, очнитесь.
– Сталин поводил рукой перед лицом у Власика.

– А? Да, товарищ Сталин.
– Очнулся

тот.

– Принесите нам с товарищами чаю, и чего ни будь к чаю. Хорошо?

– Да, товарищ Сталин, я всё понял, сейчас всё сделаем.

Хозяин повернулся к гостям.

– Один вопрос, пока нет Власика, когда я умру? Говорите смело, в царских ссылках я перестал бояться смерти.

– В нашей истории, - Вздохнул Шенкерман, - Это произошло пятого марта пятьдесят третьего года. Однако, - Игорь поднял руку в успокаивающем жесте, - есть очень много недомолвок, многое в этом деле скрыто и, похоже, уничтожено. Поэтому, я думаю, что и этот вопрос решится положительно.

Открылась дверь - 'Разрешите?' - Власик закатил столик с самоваром, сахарницей, молочником, заварочным чайничком и корзиночкой с ошеломительно пахнущей сдобой.

– Николай Сидорович, Вы вовремя, - Шенкерман повернулся к Сталину.
– Иосиф Виссарионович, пока у нас пауза, разрешите сделать Вам от имени руководства страны небольшой подарок.
– Он залез рукой в свою сумку, краем глаза увидев, как подпрыгнул Власик.
– Прошу прощения Николай Сидорович, - и он передал Власику небольшой предмет в чёрном бархатном мешочке.

Начальник охраны залез в мешочек и вынул оттуда чёрную, кожаную коробку, заглянув в неё, и передал Сталину. Вождь открыл коробку и в его глазах забегали чёртики.

– Мы, конечно, понимаем, что куренье вред, - Улыбнулся Игорь, - Но Вы уже давно стали символом именно с трубкой в руке. Поэтому, просим прощения.

– Да, - Сталин вынул из коробки вересковую трубку, - с этим понятно, но вот с остальным как?

– А с остальным, Иосиф Виссарионович, ещё проще, - историк подошёл поближе, - Вторая трубочка изготовлена из бивня мамонта.

– Мамонта?
– Удивился Вождь.

– Да, мамонта. Есть такая наука 'генетика'. Так вот у нас на севере, в вечной мерзлоте, был обнаружен замороженный мамонтёнок. С помощью его генетического материала восстановлено небольшое, голов с полсотни стадо, но уже настоящих мамонтов. Сейчас они активно обживают тундру и лесотундру.

– А дальше?

– Дальше - ещё проще. Зажигалка с газовой турбинкой. Пламя выходит сбоку, для удобства прикуривания трубки. Баллончик со сжиженным газом для заправки зажигалки. А вот тут, в коричневой коробочке самая бесполезная, по-моему, мнению вещь - сменные фильтры для костяной трубки.

– А почему же бесполезная?

– Быстро забивается фильтр никотином, приходится выбрасывать, ставить новый. Утомительно. Я сам курильщик со стажем, поэтому знаю, что говорю. А так - подарок от всего сердца.

– Я так и понял, - улыбнулся Сталин, - спасибо, порадовали.

Игорь повернулся

к Власику:

– Уважаемый Николай Сидорович, а Вам подарок от имени Службы охраны Президента, - он вынул из своей сумки небольшой кофр чёрного цвета и передал Власику.

Тот покрутил коробочку в руках, но так и не понял, как она открывается и, с виноватым выражением на лице протянул обратно. Игорь с улыбкой показал на замок 'молнии', потянул за неё и отдал обратно:

– Только осторожно, пожалуйста.

Власик обрадованно расстегнул 'молнию' и застыл в изумлении. На свет появилась фотокамера 'Око Вещее 1007'.

– Это?...
– Власик не мог подобрать слов.

– Это цифровая фотокамера для цветной фотосъёмки. Тут, сбоку, обратите внимание, блок-накопитель, примерно на тысячу фотографий. То есть, тут нет плёнки, как в обычном фотоаппарате, но есть аккумуляторы. Их хватает примерно на шестьдесят часов непрерывной работы, затем их нужно будет зарядить. Зарядное устройство там же, в кофре, в кармашке. Все параметры фотосъёмки выставляются автоматически. Когда заполните накопитель - я Вам расскажу, что делать дальше. Камера полностью заряжена и готова к работе.

Власик сначала растерялся, о его увлечении фотографией почти никто не знал, но когда вспомнил, кто сделал ему этот подарок, успокоился, даже пару раз щёлкнул спуском фотоаппарата.

– Кстати, это, так, к слову. Вся техника, с которой вы будете знакомится, произведена в России, и, поверьте, считается одной из самых лучших в мире.

Сталин, не выпуская из рук трубочку из кости мамонта, уважительно покачал головой.

– Это впечатляет, ну, что, подарки закончились?

– Что Вы, товарищ Сталин всё только начинается, - улыбнулся Ковалёв, - Разрешите?

Сталин кивнул-

– Александр Николаевич, - чуть повысил голос физик.

Поскрёбышев тут же возник в дверях, устремив взгляд на Сталина. Тот слегка качнул головой, указав на Ковалёва.

– Слушаю Вас, Сергей Иванович.

– Уважаемый Александр Николаевич. От имени секретариата Президента России, и лично Президента, разрешите сделать Вам небольшой подарок.
– И он протянул Поскрёбышеву небольшую, удлинённую бархатную коробочку.

Бросив взгляд на Вождя и, убедившись в том, что тот одобрительно смотрит на подарок, взял коробочку в руки. Отрыв её он ахнул:

– 'Parker', неужели настоящий?
– Поскрёбышев поднял умоляющий взгляд на Ковалёва.

– Просим прощения, но перьевые ручки мы уже давно не выпускаем, а этот товарный знак в моде и в нашем времени и в том числе и на перьевых ручках. Поэтому - оригинал.

– Сколько же она у вас стоит?

– Сущие пустяки, поверьте, дорогой Александр Николаевич, приятной Вам работы и не забивайте себе голову пустяками. Ну, что, товарищ Сталин, вернёмся к нашим 'баранам'?

– Да, Вы правы, товарищ полковник. Что нужно от меня?
– Сталин слегка ёрничал. Было видно, что он ещё волнуется, поэтому Ковалёв всё принял, как должное.