Бабочка из бездны

Брюссоло Серж

Пегги уже не могла устоять на месте, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы не обнять Себастьяна.

«Он еще слишком хрупок, – убеждала себя она. – Я не должна притрагиваться к нему, иначе он потеряет форму».

Слезы текли по ее щекам, но она этого не замечала.

Себастьян открыл глаза и улыбнулся.

– Ты меня не забыла, – прошептал он охрипшим голосом. – Сколько же времени я проспал на дне твоего чемодана?

– Почти три месяца, – ответила Пегги. – Я сто раз пыталась тебя вернуть, но вода была недостаточно чистой.

Мальчик

поморщился.

– Злая шутка демона, – сердито сказал он. – Я должен был догадаться. Во всяком случае, у тебя хватило терпения. Ты могла бы завести другого дружка.

– Ты говоришь глупости, – шепнула Пегги Сью, наклоняясь, чтобы поцеловать его.

Губы мальчика сохраняли привкус сухой пыли, пустыни. Она всего лишь коснулась их, опасаясь повредить.

– Как приятно снова тебя видеть, – пробормотал Себастьян. – Такое впечатление, что я проспал целый век. Расскажи мне, что произошло с тех пор, как демон превратил меня в порошок. Где мы находимся? Здесь как-то странно, будто на облаке.

Пегги посвятила друга в происходящее. После того как он прожил какое-то время внутри миражей, ничто не могло удивить Себастьяна, поэтому он не перебивал Пегги.

– Тебе лучше оставаться незамеченным, – предложила Пегги. – Я бы предпочла, чтобы Ангус считал, будто я здесь одна. Ты будешь моим ангелом-хранителем, если я окажусь в трудном положении.

– Конечно, – сказал мальчик.

Людоед с облачной бородой

Когда опустилась ночь, Пегги, Себастьян и голубой пес поднялись на вершину какого-то пика, чтобы понаблюдать за домом обесцвеченного человека. В темноте ничего не было видно даже на расстоянии трех метров.

– Не отходите, – прошептала девочка. – Границы облака не видны, и вы легко можете с него свалиться.

– Верно, – согласился Себастьян и взял Пегги за руку. – Мне кажется, что я сижу в мешке.

– Здесь не хватает звезд, чтобы освещать нас. Из-за того, что кузнецы захватывали их и переплавляли, эта часть неба как черная дыра.

Трое друзей шли вперед наугад. Добравшись до вершины холма, они легли ничком и прижались друг к другу, чтобы успокоиться. На такой высоте ветер дул очень сильно, и они дрожали от холода.

Пегги Сью старалась преодолеть приступы головокружения. Из страха свалиться в пустоту ей приходилось прижиматься к Себастьяну, что, по правде говоря, было приятно.

– Эй! – воскликнул голубой пес. – Взгляните-ка туда!

В этот момент дом Ангуса осветился дрожащим светом, словно там горели свечи. Однако этот свет имел почему-то металлический оттенок, больше напоминавший сияние начищенного до блеска клинка сабли, нежели пламя свечи.

– Надеюсь, он не собирается отрубить нам головы… – со вздохом произнесла Пегги.

– Я тоже надеюсь, – буркнул Себастьян. – Облако такое мягкое, что этот малый вполне может прорыть подземный ход и пролезть по нему совершенно незаметно. Для него это так же легко, как проползти под ковром, таким образом

он может застать нас врасплох.

– Замолчи! – взмолилась Пегги Сью. – Ты меня пугаешь.

– Себастьян прав, – поддержал мальчика голубой пес. – Должно быть, совсем нетрудно прорыть туннель в этой хлопчатообразной массе. Нам надо быть бдительными.

Металлические отблески неожиданно погасли. «Как будто саблю убрали в ножны…» – подумала Пегги.

– Теперь ничего не видно, – констатировал Себастьян. – Вернемся в наше убежище. Я буду стоять на страже. Спать мне не нужно, ведь я не человек.

Друзья потихоньку спустились с холма. Они продвигались как слепые, очень осторожно. Вернувшись в «грот», Пегги и песик закутались в одеяло. Девочка заснула, держась за руку Себастьяна.

* * *

Проснулись они очень рано, стуча зубами от холода. Пегги и голубой пес разделили между собой запасы еды, которые дала им с собой бабушка Кэти. Здесь была вареная колбаса с запахом фиалки, розовый сыр с черникой, сухое печенье из турлузиновой муки. Себастьян, равнодушный к еде, беспрерывно осматривал мягкие стены пещеры, вздрагивая всякий раз, когда они меняли форму под воздействием ветра.

– Ангус вполне способен спрятаться за этой стеной, – шепнул он. – Даже сейчас он, может, подслушивает нас и потешается.

Пегги взглянула на мягкую «стену», надеясь разглядеть прозрачный силуэт.

– А если он и есть кузнец? – воскликнул голубой пес. – Вы об этом не подумали?

– Нет, но это очень здравая мысль, – высказался Себастьян. – Он разыгрывает из себя несчастного неудачника, а в действительности может оказаться хозяином плавильни… Почему бы нет?

– Во всяком случае, это еще одна причина, чтобы быть осторожными, – подытожила Пегги Сью.

– Внимание! – мысленно пролаял пес. – Он как раз выходит из дома… И идет сюда!

– Я лучше спрячусь, – сказал Себастьян, двумя руками откапывая себе местечко в стене пещеры. – В случае опасности я буду недалеко.

За три секунды мальчик проскользнул в разрыв, который только что для себя устроил. Пегги поспешила пригладить ладонями стенку, чтобы скрыть отверстие. Едва она вернулась на место, как Ангус вошел в грот. Он поприветствовал компанию громогласным «здравствуйте» и уселся на пол, как у себя дома. Девочка, чтобы сохранить хладнокровие, достала из мешочка ручку, блокнот и притворилась, что зарисовывает план облака.

– Ну что? – пробурчал Ангус. – Как прошла первая ночь? Не слишком ли холодно было? Не очень страшно?

– Было темно, в двух метрах ничего не разглядишь, – пожаловалась Пегги. – Я не выходила из пещеры, боялась свалиться вниз.

– Что и случалось много раз, – засмеялся бесцветный человек. – С работниками фермы, которых хозяин отправлял сюда, так же как тебя… Им хотелось доказать, что они умнее других, и – гоп! – ныряли в пустоту.

Опустив глаза, он рассмотрел карту, которую неумело начертила Пегги, и пожал плечами.