Бабло

Романофф Дмитрий

— Правила просты, — голос Пола звучал из динамиков. — У вас есть три минуты, чтобы найти аномалию в этих данных. Ставка — миллион виртуальных долларов.

На экране всплыл хаос: столбцы чисел, сливающихся в серую массу. Ева даже не моргнула. Её глаза сузились, будто фокусируясь на одном пикселе.

— Время пошло, — сказал Мэт, запуская таймер.

Через сорок секунд её рука дёрнулась. Она выделила строку, где число внезапно появлялось среди котировок нефти.

— Это не аномалия, — её голос звучал спокойно. —

Это подсказка. Вы зашифровали ответ в паттерне бесконечности.

Пол молча улыбнулся. Мэт нахмурился, отмечая в планшете: — Нам не нужна ещё одна шизанутая.

Следующим был Джейсон Вейл, бывший военный пилот. Его задача была удержать виртуальный портфель на плаву во время смоделированного краха. Графики рухнули в красную зону, сирены взвыли, как ракеты. Джейсон не моргнул. Его пальцы летали по клавишам, фиксируя прибыль на падении.

— Он не боится огня, — пробормотал Пол, наблюдая, как Джейсон продаёт акции за секунды до виртуального банкротства компании.

— Но ему не хватает воображения, — ответил Мэт. — Он реагирует, а не предвидит.

Третья задача досталась Мике Сантос, девушке в очках с розовыми стёклами, которая когда-то взломала биржу Криптовалют ради «спортивного интереса». Её экран погас.

— Рынок ваш, — сказал Пол. — Торгуйте.

Мика закрыла глаза. Секунду, другую… Потом начала называть числа.

— Покупаю акции биотехов. Продаю золото и нефть. — Её голос звучал гипнотически. — Через две минуты здесь будет обвал.

— На чём основаны расчёты? — спросил Мэт, хотя данные давно ушли в чёрную дыру.

— На ритме, — она улыбнулась. — Рынок — это джаз. Вы либо слышите мелодию, либо нет.

Пол замер. На экране, который должен был быть пустым, всплыли цифры — точь-в-точь как предсказала Мика.

— Как?.. — начал Мэт.

— Она подключила свой имплант, — Пол показал на браслет на её запястье, где мигала крошечная лампочка.

— Нейроинтерфейс. Читает биржевые потоки через кожу.

— Читерство, — фыркнул Мэт.

— Инновация, — поправил Пол.

К полуночи они остались вдвоём среди моря пустых кофейных стаканов и разочарований.

— Мартенс — азартен, но слеп. Вейл — стабилен, но ограничен. Мика… — Мэт вздохнул. — Гений, но непредсказуема. Как Иван.

— Именно поэтому она нам нужна, — сказал Пол, выводя на экран её профиль. Её интуиция — идеальное топливо.

— А если она сольёт нас конкурентам?

— Риск — часть игры.

Мэт потянулся к кнопке вызова кандидатки, но вдруг экраны взорвались алым. Курс криптовалют рухнул, акции компаний-гигантов поползли вниз. Это было совсем не то, что предсказывала Мика.

Мэт с Полом переглянулись.

— Всё это не то, — сказал Пол.

— Согласен, — кивнул Мэт. — Все кандидаты отстой! Нам нужно разработать по-настоящему революционные тесты для выявления гениев!

Глава 17.

Тесты для гениев

На следующий день начался новый этап выявления гениев. Переговорная напоминала голографический ковчег, готовый взорваться от напряжения. На столе, среди хаоса проводов и нейроинтерфейсов, лежали три предмета: ржавый замок, песочные часы и кубик Рубика с отсутствующими гранями. Пол крутил в руках голограмму-проектор, превращая стены в бесконечный цифровой ландшафт — пустыню из чисел, где каждая песчинка была битом данных.

— Стандартные тесты мертвы, — произнёс он, наблюдая, как Мэт пытается втиснуть кубик в замок. — Нам нужно нечто… невозможное. Чтобы отсеять тех, кто мыслит как толпа.

Мэт бросил кубик на стол, где тот рассыпался на пиксели.

— Невозможное? В прошлый раз твой «невозможный» тест взломал психику кандидата. Помнишь, как тот парень кричал, что числа говорят с ним?

— Он оказался прав, — Пол усмехнулся, запуская симуляцию. На стене вспыхнула задача: «Упакуйте ураган в чемодан. Время — шестьдесят секунд». — Посмотрим, как они решат эту нетривиальную задачу.

Первым вошёл Ларс Винтер — экс-чемпион по покеру, лицо как маска, глаза — щели для подсчёта карт. Его голос звучал как скрип несмазанных шестерёнок:

— Вызвал меня ради детских игр?

Пол молча указал на стол. Предметы изменились: вместо замка — прозрачный куб, внутри которого бушевала миниатюрная песчаная буря. Рядом — десять разноцветных шаров, каждый с цифрой от нуля до девяти.

— Правила просты, — сказал Мэт. — Остановите бурю, упаковав шары в куб. Но сумма чисел на них должна равняться времени, которое вы потратите на решение.

Ларс щёлкнул языком. Его пальцы потянулись к шарам, куб дрогнул — песок внутри завыл, вырываясь сквозь невидимые барьеры. Через пять секунд первый шар лопнул, обдав Ларса голограммой пепла.

— Физика здесь нелинейная, — прокомментировал Пол. — Каждая ошибка меняет правила.

Ларс выругался, хватая шары горстью. Сумма росла: пять, семь, девять… Песчаная буря превратилась в торнадо, разрывая куб изнутри. На предпоследней секунде Ларс в ярости швырнул шар — куб взорвался, осыпав его виртуальным песком.

— Итог: ноль, — сказал Мэт. — Вы пытались обмануть систему, но система обманула вас.

Вторым кандидатом была Тияна Маркот, бывшая физик-ядерщик. Она вошла, поправляя очки с линзами-дисплеями. Её задача была иной: «Посчитайте песчинки в этой комнате. У вас есть одна попытка».

Комната дрогнула. Пол щёлкнул пальцами — пространство заполнилось голограммами дюн, каждая из которых пульсировала, как живая.

— Это не песок, — Тияна коснулась «песчинки», которая рассыпалась на биты. — Это данные. Фрагменты рыночных сделок.