Б....д 2
Шрифт:
Обдумав эту мысль, решил все-таки не устраивать скандал. Знал ведь, что предсказатели все, как один аферюги, так зачем туда потащился? За все нужно платить, за глупость — тоже. Пойду-ка я в общежитие, отлежусь, отдохну. Видеть никого не хочу…все надоели! А может пойти в трактир и нажраться? И это неплохая мысль…
Глава 17
Вино здесь подают в кувшинах. Их три вида — маленькие, средние, большие. Большие — на литр, средние половина литра, маленькие — на триста граммов. Не точно по граммам — примерно. При этом спрашивают: «Вино теплое? Горячее? Холодное?» Да, тут могут и вскипятить, с приправами и все такое. Примерно как на
В общем, я пью такие напитки только холодными, а лучше так и вообще ледяными. И не для удовольствия (какое может быть удовольствие в питие спиртного?!), а только чтобы одурманить мозг, приведя его в состояние грогги. И вообще никогда не понимал вина — на кой черт накачиваться этим компотом, который нередко стоит больше, чем какие-нибудь виски или ром.
Я и водку никогда не любил, за что был нередко порицаем своими соратниками. Всегда предпочитал водке ром, или виски. Да и то немного. Я так-то был крепок на алкоголь, чтобы сбить меня с ног надо много влить в меня этого пойла, но потом страшно болел. А еще — не мог уснуть, тут же начинался «вертолет». Да, вот такой у меня организм.
Здешний организм еще хуже. Прежде чем я хотя бы слегка затуманю мозг — три раза сбегаю в сортир, чтобы как следует отлить. Мое тело регенерирует, как ящерица, я двигаюсь со скоростью мангуста, а ничего так просто не дается. Чтобы быстро двигаться и быстро реагировать на раздражители, нужен обмен веществ гораздо более быстрый, чем у обычного человека. Ведь я что-то вроде знаменитого ведьмака, которого с самого детства опаивали всяческой дрянью, чтобы выковать из него убийцу монстров. Единственное отличие от той программы обучения в том, что мне не дали бы умереть. Здесь такой уровень развития магической медицины, что меня наверное вытащили бы и с того света.
И ничего в этом хорошего нет. Я даже умереть не могу по своему желанию — должен жить, и выполнять приказы высшей власти. Родственничка, черт его подери…
Сейчас я выпил средний кувшин холодного белого вина, и все, чего добился — дважды сходил в туалет. Пьяным меня назвать нельзя, только в голове слегка звенит, да нервы, натянутые как струны, слегка расслабились и перестали звенеть. Выпил, поел — сижу, смотрю на мир пустыми глазами. Рядом сидит девица — молоденькая, лет шестнадцати, не больше, из числа «работниц» заведения. Ее специально ко мне подвели, чтобы она раскручивала меня на дорогие напитки, и на дорогие блюда. А потом уложила в постель и надругалась над моим молодым телом, содрав с меня за сексуальные услуги непомерно высокую цену. Любая из здешних девиц стоит не больше двух серебряных монет за ночь, но с меня скорее всего потребуют целый золотой. Ведь я аристократ, значит, денег у меня куры не клюют, а таких как я надо раскручивать по-полной.
Тупо, да — вот так сидеть, и думать совершенно ни о чем. О вине, о водке, о девке, от которой пахнет жареным луком и женским потом, запах которого она пытается перебить приторными притираниями. Девочка трогательна в своей жадности, и очень старается, рассказывая мне о своей несчастной судьбе. Эти рассказы все как под копирку — жила в деревне, умер отец, заболела мать, пришлось идти в город, на панель, чтобы заработать на больную матушку и на братьев с сестрами, которых по лавкам целая делегация, И все плачут, хотят кушать. Я слышал эту легенду неоднократно, и в различных вариантах. Меняется только количество
Ну а мне развлечение. Пить одному — это только для алкашей. У любого нормального человека должен быть собутыльник. Хотя бы муха, привязанная к ниточке. Отпустил — «С отъездом!» Потянул за ниточку — «С приездом!» Вот и повод выпить.
Крепкого вина здесь нет. Спирт — это для снадобий. Здешний люд накачивается «компотом». Так что и нажраться как следует не получилось. Сижу, гляжу — то в зал с высоты второго этажа (ясное дело, что аристократу сидеть внизу, с «быдлом», совершенно невместно), слушаю «песню Ярославны», и тихо тоскую. Дебош устроить, что ли? Или на самом деле утащить эту девку в комнату для утех, разложить на застиранных простынях, и…
Нет, при мысли о таком развлечении меня начинает корежить. Брезглив я, представляю, сколько клиентов побывало в этом средоточии порока, и сколько заразы в ней сейчас таится. Пусть ее черти трахают…
— Свали отсюда, а? — не выдерживаю я, и якобы подвыпившая девица затыкается, вытаращившись на меня злым, и очень даже осмысленным, трезвым взглядом — Ты уже запуталась. Вначале было пять сестер и братьев, две сестры и три брата. Потом их стало семь. Но двое умерли от голода. И стало шесть. Видимо больная мама еще одного родила, пока лежала в горячке. Ты когда выходишь работать, заучивай свою песню как следует, иначе можешь и нарваться.
— Хотя бы серебрушку дайте, господин — абсолютно трезвым голосом говорит девушка, которая только что плакала пьяными слезами, и становится серьезной-серьезной, и лет на пять старше, чем казалось минут десять назад.
— Создатель подаст — так же холодно отвечаю я, и под моим взглядом девица как-то сразу съеживается, и тихо-тихо выскользает из-за стола. Я вздыхаю, отворачиваюсь к сцене, на которой скачут три полураздетые танцовщицы, и вдруг слышу, как на стул возле меня опускается чье-то тело. Еще одну девку подогнали, что ли? Поворачиваюсь, демонстративно хмуря брови, и натыкаюсь взглядом на взгляд мужчины, который сидит за моим столом. Грузный, с явственно обозначенным животиком, одетый в камзол из хорошей ткани, он выглядит не очень удачливым главой Клана из провинции, приехавшим в столицу для улаживания семейных дел. Например — с жалобой на соседа, отхватившего кусок не принадлежащей ему земли. Абсолютно безобидная, и даже комичная фигура.
— Привет, Учитель… — говорю я, пристально вглядываясь в добродушное широкое лицо толстячка.
— Привет, Ученик — тихо, так же как и я, говорит Учитель, и его голос как всегда бесстрастен, полностью лишен эмоций. Робот, а не человек. Ожившая статуя!
— Слушаю — киваю я, стараясь не выказать свое волнение — Ты ведь что-то важное хотел мне сказать?
— Важное — кивнул Учитель — Важнее некуда.
Он замолчал, будто для того, чтобы придать особую значимость своим словам, а я продолжал смотреть в пространство над его головой, и ждал. Такие паузы — это в стиле Учителя, я к ним уже привык. И вообще — вывести из себя меня довольно-таки трудно — если я этого не захочу.
— Тобой недовольны — таким же бесцветным голосом сказал Учитель — Очень недовольны. Тебе сошло с рук одно преступление — потому, что оно не нарушило планов властителя. Сошло с рук еще несколько — нас не интересует судьба мелких преступников. Но уничтожить два высших Клана — это было лишнее.
Снова замолчал, глядя мне в лицо темными глазами. Как две дырки в пространстве. Черные дыры.
— Ты будешь наказан. Но вначале — выполнишь задание. Нужно убрать человека, имя которого написано здесь.