Азимут бегства

Котлер Стивен

— Что? — в один голос спрашивают Анхель и Амо.

— Все верно, в этом есть смысл, — говорит Койот. — Вода стекает в эту комнату, но это не канализация, это дренаж. К этой дренажной системе подключен Ватикан, а не город Рим. Стройку не закончили, так как в ней не было нужды. Они наткнулись на старый акведук, и это решило проблему.

— В чем же заключалась эта проблема? — интересуется Амо.

— Проблема заключалась в том, что у них есть полная кладовая редких книг глубоко под землей, о которых никто

не должен знать, и они хотели быть уверенными в том, что если прорвется труба или если гнев Иисуса обрушится на город, они все равно не останутся наедине с промокшей грудой пергамента.

— Все это означает, что где-то над нашими головами находится труба, впадающая в акведук, а этот акведук приведет нас туда, куда мы и хотим попасть.

— Значит, все, что от нас сейчас требуется, — это найти вход в трубу, проползти по ней, войти в акведук, пройти по нему, и мы попадем в нужный нам туннель.

Койот берет одной рукой фонарь, другой карту, стараясь резкими движениями развернуть ее.

— Давай я возьму фонарь, — говорит Анхель.

Койот разворачивает карту и проводит линию. Анхель и Амо смотрят, как он выбирает маршрут, Габриаль в это время обследует потолок.

— Все понял! — кричит он.

— Что? — спрашивает Койот.

— Я нашел путь. — Он вытягивает руку вверх. — Смотрите сюда.

Они старательно смотрят, но видят только шатер из черного камня и несколько более светлых мест, от которых отражается свет фонарей.

— Смотрите, под каким углом потолок уходит вверх вот здесь. Потолок и дальняя стена образуют нечто вроде маленькой дымовой трубы. Вот почему там такое темное место.

Он направляет туда фонарный луч.

— Вы видите, что свет там немного рассеивается, а пятно заметно расширяется? Потолок там бетонный, потому что они вырыли ход, проложили в нем трубу по всей длине потолка, а потом запечатали отверстие и закрасили его. Если мы взорвем этот цемент, то сразу обнаружим большую, настоящую дренажную трубу.

— И кто из нас в нее влезет? — спрашивает Анхель.

— Это можно проверить только одним способом, — отвечает Габриаль. — Ты быстренько взберешься туда, взорвешь пробку и попробуешь в нее заползти.

— Почему он? — спрашивает Амо.

Анхель уже надевает снаряжение.

— Я же самый маленький.

— Думаю, что тебе надо пройти вдоль трещины на потолке, — говорит Габриаль. — Обогнешь ее и войдешь в дымоход. Зацепишься за какую-нибудь щель в бетоне и заложишь взрывчатку.

Койот открывает сумку и достает оттуда четыре пары наушников.

— Наденете до взрыва. — Он держит в руке пару наушников. — Если не хотите оглохнуть на всю жизнь.

Он снова роется в сумке и достает капсюль-детонатор, ком пластиковой взрывчатки размером с ластик и маленький взрыватель, подсоединенный к двум проводам по десять футов каждый.

—

Вставляешь провода во взрыватель, уходишь и тянешь за собой провода, потом включаешь батарею и взрываешь.

— Спасибо, я все запомнил, — говорит Анхель, укладывая все принадлежности в пакет, который он пристегивает к одной из многочисленных петель сбруи.

Койот кладет руку на его плечо.

— Прости старика за излишнюю навязчивость.

Анхель наклоняется, снимает ботинки и надевает специальные сапоги с клейкими подошвами. Он поправляет на голове фонарь, страховочный ремень обвивает его, как патронташ. В гнездах масса полезных вещей — портативная мощная дрель, быстро высыхающий эпоксидный клей, полотняные петли, головные телефоны, матерчатый пакет с взрывателем и проводами, крюки и вытяжные ремни.

— Может быть, тебе понадобится и это. — Габриаль протягивает ему конец веревки.

— Спасибо.

Поначалу Анхель думал, что это простое дело, но теперь видит, что это не так.

— Черт.

— Подверни левую ногу носком внутрь.

Анхель не может поверить, что Габриаль видит, что он делает, он не может поверить, что висит вниз головой в двадцати пяти футах от потолка, не может поверить — но к чему продолжать, список получится слишком длинным.

— Ты можешь закрепить страховку?

— Стена очень сырая, — ворчит в ответ Анхель.

— Все равно попробуй, тебе надо будет повисеть, чтоб отдохнуть.

Правая рука — сжатый кулак, который он заклинил в трещине над головой. Правая нога повисает над пластами породы, а носок левой ввинчивается в трещину, которая в этом месте становится шире, а потом снова сужается, и это дает ему возможность прижать колено к скосу и закрепиться. Ему больно, но зато он перенес вес и может теперь освободить левую руку и достать зубчатое крепление. Он сжимает панель и зубчатые колеса, повернувшись, уменьшают аппарат. Анхель вставляет, поднимает его и нажимает пусковую кнопку. Пружина раздвигает аппарат, замок защелкивается, и крепление намертво сливается с трещиной. Силы Анхеля начинают иссякать. Он лихорадочно хватается за страховочную веревку. Сначала она выскальзывает из пальцев, но потом ему удается застегнуть карабин, вделанный в крепление.

— Держись!

В этом слове все — силы на исходе, я почти падаю, но я не хочу погибать. Каким-то образом это срабатывает. Габриаль изо всех сил дергает свой конец веревки, но крепление остается на месте, в мокром камне, а Анхель висит на высоте тридцати футов, дрожа от плещущего в крови адреналина.

— Можешь забить еще один крюк, на случай, если первый соскользнет, — говорит Габриаль.

— Не вижу для него места.

— Возьми два клина с болтами, те, с зазубринами, вгони их один над другим и заклинь. Это сработает.