Айва
Шрифт:
Неприятный звук повторился. Я повернулась на этот звук и едва не вскрикнула, увидев за большим окном, ведущем на балкон, Азара. Он стоял за стеклом и смотрел прямо на меня. А из его рта стекала тонкая струйка крови…
Ему нужна помощь — буквально завопило моё сердце. Но что-то одёрнуло его, наверное, столь не свойственная мне обычно рассудительность. А чем я смогу помочь? Нужно кого-то позвать на помощь! И я сорвалась на бег, путаясь в подоле и едва не падая. Ворвалась в холл и, не сбавляя скорости, бросилась дальше.
До входа в наполненный эльфами
— Что случилось, Айва?
— Азар, ему нужна помощь, — выпалила я, буквально повиснув на Раше, стараясь отдышаться.
— Где? Покажи! — встряхнув меня, потребовал он.
— Мне нужно к принцу, — отстранившись, ответила я.
— Думаешь, ему есть дело до Азара? — скривился Раш. — Пока ты будешь кокетничать с принцем, твоего мужа могут убить!
— Лучше отойди, — прошипела я, собирая вокруг себя колдовскую силу. — Тебе я не верю совсем.
— Как скажешь, — пораженчески поднял руки оборотень.
И я совершила огромную ошибку — повернулась к нему спиной! Последним, что я увидела, прежде чем получить удар по голове, было искажённое яростью лицо мужа, выбегающего из обеденного зала. Но Азар был далеко, а Раш рядом…
Глава 58
***
Пульсирующая боль в затылке мешала сосредоточиться и вырваться из липкой паутины полуобморочного состояния. Я чувствовала, что меня кто-то несёт на руках, потом был какой-то стук, скрежет, горячее дыхание на лице, и меня забросили на спину какого-то животного.
— Не останавливаться, пока не достигнете границы. С тропы не сходить, — приказал резкий, резанувший по ушам голос. — И не давайте ей прийти в себя до моего возвращения.
Я слабо застонала и попыталась пошевелиться. К лицу тут же прижали и привязали какую-то тряпку. Я вдохнула едкий горький порошок, закашлялась, и наступила полная темнота…
Следующее пробуждение принесло невыносимую жажду, горло буквально горело, и каждый вдох приносил неимоверную боль где-то глубоко в груди. Я начала кашлять, задыхаться, прижимая руки к шее в бессильной попытке ослабить боль.
Рефлекторные попытки исцелить себя не принесли результатов, постаралась сосредоточиться, но сила молчала, будто её у меня и вовсе нет. В панике распахнула глаза, но не увидела ничего, кроме тёмных разводов и тусклого, едва различимого света. А потом и глаза тоже начало сильно жечь, и я застонала в голос.
— Да снимите вы уже эту тряпку с девочки, задохнётся же! — потребовала какая-то женщина.
— Он велел не давать ей очнуться до его прихода, — ответил грубый мужской голос.
— А что он сделает, если она умрёт? — ехидно поинтересовалась женщина.
— Вот сама и снимай, — проворчал мужчина.
Потом послышались тяжёлые шаги, хлопнула дверь. А в следующее мгновение с моего лица убрали тряпку и подули на него, сдувая едкий порошок.
— Ох уж эти мужчины, —
Я попробовала последовать её совету и тут же опять зажмурилась, простонав:
— Жжёт.
— Давай умоем тебя, должно помочь, — ласково проговорила женщина, приподнимая меня за плечи. — Давай сама, а я подержу, — приговаривала она, взяв меня за руку и опустив её в воду.
Я медленно, с трудом управляя непослушными руками и расплёскивая воду на себя, умылась, особенно тщательно промывая нос и глаза. И только потом медленно приподняла ресницы. Глаза всё ещё жгло, и дышать было больно, но стало немного легче.
Осмотрелась сквозь пелену слёз и увидела пожилую женщину, держащую передо мной миску с водой.
— Полегчало? — участливо спросила она.
— Не-немного, — с запинкой прохрипела я.
Женщина отпустила мои плечи, но я каким-то чудом не упала. Пока она относила миску на грубо сколоченный, потемневший от времени деревянный стол, я всё старалась вспомнить — что случилось, и где я вообще нахожусь. Вспоминалось так себе.
— Вы кто? — спросила, наклонившись вперёд, чтобы удержаться в сидячем положении.
— Можешь называть меня Райной. Я нянька нашего беспутного вожака, — ответила женщина.
— А где мы? — задала я следующий вопрос, оглядывая маленькую, бедно обставленную комнатку, чем-то напомнившую мне мой домик на лесной опушке.
— Так у меня тебя пока спрятать решили. А там уже Раш решит, что с тобой делать, деточка, — улыбнулась она. — Ты только не делай глупостей, а то он меня за своеволие накажет. Жалость у нас не в чести.
Услышав знакомое имя, я застонала и упала на твёрдую кровать. Подушка тоже не отличалась особой мягкостью, и голову пронзила резкая боль от потревоженной раны на затылке. Но сейчас эта боль заботила меня меньше всего. Я вспомнила… Раш, вот же сволочь клыкастая! Он похитил меня, нагло выкрал прямо из дома принца! И что теперь? На что он вообще надеется? Азар же всё равно найдёт меня и заберёт домой. Или не найдёт?
— Как долго я здесь? — спросила хриплым шёпотом.
— На вот, попей, — протянула мне кружку Райна.
Я медленно села, опираясь руками о кровать, взяла кружку, расплескав часть её содержимого, и жадно выпила что осталось.
— Что это было? — спросила, уронив кружку.
— Просто вода, — заверила меня женщина. — У тебя сейчас вкус не тот, потому что надышалась смесью обессильца и сон-травы. Это пройдёт, не пугайся.
Легко ей говорить — не пугайся! Да я в ужасе! Одна, в плену, полностью лишённая сил, пока обессилец не выветрится, а он не меньше суток в такой большой дозировке в организме держаться будет! И что делать совсем не знаю. Одна надежда на Азара и Черныша. Муж должен почувствовать и найти меня где угодно, мы же теперь связаны. А фамильяр, если и не сможет точное местонахождение почувствовать, то хотя бы направление определит.