Айсберг

Роллинс Джеймс

Дальше начиналась часть маршрута, которая требовала особой осторожности. Боковые тоннели разбегались здесь в разные стороны, образуя запутанный лабиринт, в котором можно было легко потеряться, несмотря на то что она знала дорогу как свои пять пальцев. Она притормозила, чтобы рассмотреть нарисованные на поверхности льда символы.

Лейси подняла голову вверх, и в луче нашлемного фонарика на стенах в глубине тоннеля вспыхнули оранжевые стрелки, нанесенные люминесцентной краской. Она повернула в первый коридор, указанный стрелкой, и понеслась мимо многочисленных тупиков и ответвлений, которые вели в неизведанные уголки «подсобки». Здесь

ей вдруг показалось, что в одном из боковых коридоров промелькнула какая-то тень. Она резко обернулась, но ничего позади не заметила. Скорость была слишком большая, да и угол поворота головы не позволил узкому лучу фонарика осветить вход в коридор, оставшийся далеко за спиной.

Лейси опять повернула голову вперед, понимая, что на такой скорости нужно внимательнее смотреть перед собой. Недавнее ликование резко сменилось глубокой тревогой. Лейси попыталась отделаться от неприятного предчувствия.

«Просто показалось», — вслух сказала она, надеясь, что от звука собственного голоса ей станет спокойнее. Но гулкое эхо, прокатившееся по тоннелю, напугало ее еще больше. Только сейчас она осознала, что находится здесь в полном одиночестве.

Внезапно из-за спины донесся какой-то шум, похожий на звук падающих и скатывающихся по льду сосулек. Она снова обернулась. Тоннель, насколько позволял увидеть луч фонарика, по-прежнему пустовал.

Отвлекшись на мгновение, Лейси чуть не пропустила очередную оранжевую стрелку на стене. Ей пришлось резко затормозить и с силой оттолкнуться левой ногой, чтобы свернуть в нужном направлении. От страха у нее подрагивали коленки, а мышцы ног начинали неметь.

Углубившись в тоннель, она обнаружила, что должна была свернуть немного раньше. Этот участок представлял собой петлю длиной в полмили и был частью ее ежедневной четырехмильной пробежки, а вот предыдущий тоннель на прямую вел к месту старта, а значит, к выходу из ледяного лабиринта. Именно этого она хотела сейчас больше всего — вырваться из ледяной ловушки, снова увидеть людей, снова оказаться в объятиях Коннора.

Она увеличила разгон по плавному спуску, надеясь оторваться от подозрительных теней и шумов. Через минуту она уже стала подумывать, что все ее подозрения были напрасными — в ушах слышался только свист ветра и равномерный шорох скользящих по льду лезвий.

На середине пути по петле спуск сменился подъемом. Теперь ей приходилось с усилием отталкиваться ото льда, но ранее набранная скорость и отточенная техника движений помогали ей не снижать темпа.

На лице у нее мелькнула улыбка. И чего она испугалась? Что может скрываться в этих ледяных пещерах? Может быть, ее реакция вызвана обострившимся чувством вины перед женой Коннора, ранее скрывавшимся где-то в глубине души? Лейси встречалась с ней на многочисленных формальных мероприятиях и вечеринках, организованных университетом. Линда была мягкой, добродушной и общительной женщиной и никак не заслуживала такой…

Где-то впереди послышался знакомый шум — как будто лед скользил по льду. Лейси резко затормозила. Ей почудилось, что в конце тоннеля снова промелькнули какие-то тени, но рассмотреть что-либо в слабом свете фонарика было невозможно. Ее одолевали сомнения. Стоит ли бояться того, чего не видно?

— Эй, кто там? — позвала она в надежде, что ей откликнется кто-нибудь из ученых, который случайно забрел в этот отдаленный уголок «подсобки».

Ответа не прозвучало. Шум прекратился. Тени впереди снова замерли.

— Эй, кто

там, отзовитесь! — снова прокричала она в темноту, осторожно скользя на коньках.

Впереди показался выход из петли в лабиринт. В горле у

Лейси пересохло. У нее было ощущение, что кто-то сдавил ее шею холодными руками. «Мне нужно только выбраться из этой ловушки… А там уже недалеко до цивилизации».

Несмотря на мимолетное чувство вины, она горела желанием увидеть Коннора. Сама мысль о высоком мужчине с сильными руками и широкими плечами заставляла ее быстрее работать ногами. В его объятиях она будет в безопасности.

Лейси наконец выскочила в лабиринт тоннелей. Пусто.

«Просто показалось, просто показалось, — нашептывала она про себя, — это просто игра света и теней».

Она строго следовала оранжевым указателям, которые светились в темноте, словно спасательные маячки. Направо, налево, прямо… Опять направо…

Вдруг в глубине коридора свет ее фонарика вырвал из темноты две красные точки. Лейси мгновенно поняла, что это.

Глаза. Огромные, немигающие… Звериные.

Она резко затормозила. Лезвия коньков врезались в лед, подняв фонтанчики ледяной пыли. От страха она на мгновение потеряла контроль над собственным телом и почувствовала, как теплая струйка потекла по внутренней стороне бедра под тканью термокостюма.

Лейси отступила на шаг, еще на шаг. Колени дрожали. Она хотела развернуться и побежать, но боялась повернуться спиной к этим глазам и продолжала медленно отходить назад.

Внезапно горящие в темноте огоньки исчезли — то ли свет фонарика больше не доставал до них, то ли неизвестное существо просто скрылось. Очнувшись от шока, Лейси развернулась и сломя голову рванулась в глубины лабиринта.

Чувство опасности придавало ей силы. Руки давали мощные отмашки, сильные толчки коньков взрезали лед. Она неслась как в забытьи из тоннеля в тоннель, не обращая внимания на оранжевые символы, думая только о том, чтобы оказаться подальше от страшного зверя.

Окончательно потерявшись в запутанной паутине коридоров, Лейси влетела в узкий тоннель, похожий больше на расщелину в ледяной стене. Она задыхалась. Сердце готово было вырваться из груди, но даже громкий его стук в ушах не мог заглушить странный звук… Как будто что-то скользило по гладкому льду.

Она с трудом карабкалась по узкому коридору. Слезы бесконтрольно стекали по щекам, тут же замерзая от холода. Тоннель немного расширился, давая ей возможность возобновить бег. «Двигаться, бежать, скрыться от этой твари», — крутилось у нее в голове. От безысходности из груди вырвался глубокий стон.

Лейси с болезненным усилием повернула голову назад. В тусклом свете фонарика что-то огромное, белое продиралось сквозь узкий проход, преследуя ее по пятам. Два красных уголька снова горели в полумраке тоннеля.

«Белый медведь», — с ужасом подумала она, припомнив разговоры о какой-то тени, мелькнувшей на экране гидролокатора, когда «Полар сентинел» впервые натолкнулась на заброшенную русскую базу.

Лейси закричала и рванулась вперед что было сил.

За крутым поворотом перед ней внезапно открылась темная дыра в ледяном полу. «Ледовая трещина», — пронеслось у нее в голове. Будучи геологом, она была хорошо знакома с этим природным явлением. Как любой кристалл, лед под высоким давлением трескается, образуя глубокие расколы не только на поверхности, но и внутри огромных ледяных массивов. В том числе в айсбергах.