Айрин
Шрифт:
Айрин протяжно застонала и выгнулась, поднимая бедра. Райвен убрал пальцы одной руки и оставил только один, ласкающий там, где ей было стыдно. Спустя несколько минут она окончательно потерялась в сбитой руками простыни, одеяле и подушках, в которых спрятала свою голову. Но он все равно слышал, как она стонет. Он чувствовал то же, что и она. И это было гораздо сильнее и приятнее тех ощущений, которые остались в его прошлом. Изводя ее своим ртом, он желал только одного: чтобы она кончила.
— Войди! — захрипела Айрин, пытаясь от него уползти.
Он продолжал
— Войди! Пожалуйста!
Продолжая наблюдать за ее метаниями, он медленно и верно вел ее к оргазму. И она разозлилась! Сомкнув бедра, она оттолкнула его руками и свернулась калачиком.
— Ты чего? — обиделся Райвен.
— Своенравный засранец! Говорю же, «войди!» Так нет, он не хочет!
— Не хочу, значит… — прохрипел Райвен и, схватив ее за ноги, потащил к себе.
Айрин ухватилась за подушку и поползла вместе с ней. Раздвинув ее ноги, он вновь начал ласкать ее пальцами у самого входа, не предпринимая попыток овладеть телом полностью.
— Ты издеваешься, да?.. — застонала она, утыкаясь носом в подушку.
— Да… — улыбнулся Райвен и, немного приподняв ее бедра, медленно погрузился в полыхающее тело.
Он лег сверху, плавно двигаясь в ней и лаская рукой. Зарываясь носом в ее волосы, он вдыхал их аромат и целовал ее затылок. Она отбросила подушку и попыталась лечь на бок. Он не сопротивлялся, позволяя ей сменить положение. Так ему была видна ее грудь. Так он мог целовать ее плечи, скользит вдоль шеи языком и ласкать, продолжать ласкать ее. Она стонала и выгибалась, двигаясь вместе с ним. Было мало. Он хотел ее целовать. Посасывать ее язык и прикусывать губы. Он вышел, и она будто бы растерялась. Райвен оказался сверху и, разведя ее ноги, погрузился вновь, припадая к сладким губам и смакуя их вкус. Пальцы на спине обожгли кожу. Ноги обвили его талию, продолжая подавать бедра ему навстречу.
— Не могу больше… — простонала она ему в губы.
— Еще немного… Не могу насытиться тобой…
— Райвен…
Его палец надавил и тоже оказался внутри. Она втянула в себя воздух и зажмурилась.
— Ты говоришь, что мы трахаемся, — прошептал Райвен, увеличивая темп, чтобы подарить ей развязку.
— Райвен…
— Я ни с кем так не трахался до тебя… Амир, какой же это трах? — простонал он, закрывая свои глаза. — Это же любовь, котенок…
— Райвен… — простонала она, прижимаясь к его груди и стискивая зубы.
Он вцепился в нее обеими руками, погружаясь в последний раз и изливаясь в собственном протяжном стоне. Когда пульсация стихла, Райвен скатился на бок и положил голову ей на грудь. Пальцы Айрин запутались в его волосах, нежно перебирая их. Он слышал, как бьется ее сердце. Как ритм его ударов становится реже.
— Котенок, я сейчас усну…
— Спи.
— В ванную потом сходим, ладно?
— Ладно, — ответила она и продолжила играть с его волосами пальцами.
— Ты только никуда не уходи…
— Я никуда не уйду.
— Хорошо. Это… хорошо… — повторил он и погрузился в сон.
Глава 2
— Думаю,
— Спасибо тебе, Орайя, — довольно сдержанно произнесла Данфейт и отвернулась от остальных, глядя на пустынную улицу, освещенную фонарями.
— Меня от этой фразы скоро начнет тошнить, — засмеялся Орайя, пытаясь разрядить обстановку.
— Пойдем, — прошептал Бронан, беря Эрику за руку.
Эрика хотела что-то сказать Данфейт, но Бронан отрицательно покачал головой и потянул ее за собой в противоположную, от остальных, сторону.
— Мы тоже пойдем, — кивнул Йори и, взяв Террея на руку, просто исчез вместе с ним.
— На этом и распрощаемся, — произнес Кейти и, развернувшись, пошел следом за Эрикой и Бронаном.
— Кейти! — окликнула его Айя. — Приходи к нам завтра!
— Не стоит, — пробурчал брат себе под нос и прибавил шаг.
— Создатель, что же это творится? — прошептала Айя и посмотрела на Орайю.
— Чего ты хочешь от них? Они полагали, что не уязвимы в этом мире, а на деле оказалось, что их вечная жизнь такая же хрупкая, как и всякая другая.
— «Их»? Наши такие же, — улыбнулась Айя.
— Я понял это больше года назад. Теперь это осознали и они. Осталась только ты, Ajami…
— Я тебя не понимаю, — нахмурилась Айя.
— Если меня не будет рядом, кто позаботится о твоей жизни? Она гораздо более хрупкая, чем все остальные, ведь это — часть моей жизни. И я в этой части, к сожалению, занимаю не первое место.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я принимаю твой альтруизм как данность, потому что если стану бороться с ним, в любом случае проиграю.
— Орайя, что на тебя нашло? — попыталась улыбнуться Айя, старательно заглядывая ему в глаза.
Стоит ли говорить ей о том, что мучает его, если это все равно ничего не изменит? Она, как всегда, выставит его жалким эгоистичным засранцем, который думает только о себе. Айя продолжала смотреть на него своими невинными глазами и, очевидно, пыталась проникнуть в мысли, которые Орайя давно от нее спрятал. Разве может один человек быть столь чистым внутри и, одновременно, таким жестоким по отношению к тем, кого любит? Ну, почему? Амир, почему?! Он ведь Спаситель… Он может практически все… Тем не менее, битвы с окружающими за внимание Айи он постоянно проигрывает.
— Орайя, — вновь позвала его Айя.
— Трое суток ты не отходила от своего Учителя и Айрин. Ты помогала Кейти, Данфейт и Кимао. Ты помогала всем и каждому, вот только совершенно позабыла обо мне — своем муже.
Айя попыталась отстраниться от Орайи, но он не позволил, сильнее прижав ее к себе.
— Ты делаешь мне больно!
— А ты причинила боль мне, — ответил Орайя и ослабил хват руки. — Трое суток я ждал, что ты подойдешь ко мне и спросишь: «Орайя, как ты?» Так и не дождался. Завтра в наш дом опять заявятся очередные визитеры. И ты, как всегда, встретишь их с распростертыми объятиями. А я, Айя? Когда в твоей жизни буду только я?