Автобаза
Шрифт:
Борисов закончил речь и вышел.
К этому моменту охрану уже откачали.
Глава 55
СВАДЬБА
Они свернули с трассы и припарковались. До столицы оставалось всего ничего. Один перегон. На носу ночь, и дальнобойщикам мечталось об отдыхе в уютном домике тети Дуси и Надежды.
Сегодня придорожная шоферская столовая преобразилась - гирлянды бумажных цветов, на столах салфетки и чистые скатерти. Сама тетя Дуся стояла посреди зала не в клеенчатом фартуке, а в белоснежной синтетической униформе с кокетливой гвоздичкой
Оказывается, Надежда сочеталась браком с Петюней. За три дня отсутствия ситуация изменилась кардинально. Участковый добился своего и теперь буквально светился от сознания собственной значимости. На торжество собрались три деревни. Заказанная Петюней автолавка кроме соленой скумбрии, сушек и сырков к пиву привезла мороженого минтая, крабовые палочки и ванильные сухари. Дальнобойщики расщедрились на цветную капусту, чайную колбасу и "Буратино".
Стол обещал быть веселым. Свадеб в деревнях не видели лет пятнадцать. Принесли икону Казанской Божьей Матери. Из района прибыл батюшка. Петюня позаимствовал белый ремень у гаишников и теперь стоял перед импровизированным алтарем, словно истукан с острова Пасхи.
Больше всех нервничала невеста:
– Ну давайте же, давайте...
Гостей вместе с шоферней набралось человек тридцать. Гена взял слово. Ольга и Дима сидели рядом и походили на жениха с невестой. Закрой глаза - и перепутаешь.
– Дорогие сельчане, по сути дела, вы единственные производители сельхозпродукта, который мы все реже видим на нашем прилавке. Иногда кажется, что скоро грядет время, когда в России перестанут употреблять нормальное мясо и перейдут на английское бешеное или австралийских кенгуру. Однажды мне довелось присутствовать на арабской свадьбе. Там не было соленых огурчиков, моченых яблок, селедки под шубой. Было много икры, осетровых и золота...
– Димон, заткни Генку, - попросил водитель-татарин.
– Равиль, ты что, Генку не знаешь? Дай русскому человеку высказаться. Вы вот письма во все инстанции пишете, как вас ущемляют, и вас слушают. Не дай бог малый народ обидеть. А большой народ, выходит, можно? Он стерпит. Так что сиди и не высовывайся...
Какая свадьба без драки? Это и не свадьба вовсе. В гостях сидели два башкира, татарин, три хохла, четверо русских, один карел и прочие. Стол полетел к чертовой матери. Старцы и старухи сгрудились за печкой.
Кубарем выкатились сначала в сени, потом на крыльцо и продолжили во дворе.
Вдруг что-то громыхнуло в воздухе. Это Петюня выстрелил из табельного "Макарова". Дерущиеся замерли, как в детской игре. Затем поднялись и начали отряхивать друг друга. Зла никто не держал. Старики вновь собрали на стол. И свадьба покатилась дальше...
– Вот, Олюшка, смотри и мотай в клубок. Желаю, чтобы у вас с Димочкой не хужее сладилось, - наставляла догадливая тетя Дуся спутницу дальнобойщиков.
– Ой, да что вы такое говорите, - вяло отмахивалась
Крепких дальнобойщиков самогон не брал долго. Уже и деды утомились от воспоминаний о хрущевских реформах, уже и старухи обсудили преимущества горохового хлеба перед нынешним, уже и Надя с Петюней вылезли в окно и проследовали в соседнюю избу, где была приготовлена пуховая перина, а шоферня все не расходилась.
Глава 56
РАЗОБЛАЧЕНИЕ
– Сколько у нас людей?
– спросил Борисов у старшего.
– Человек пятьдесят наберем.
– Мало.
– Возьмем малаховских, люберецких... Вместе две сотни.
– Отправляйся. Ищи этого мудака. Если не найдем, напортачит так, что не разгребешь.
Борисову вдруг вспомнился обрывок бумаги с красноречивым названием "Крушение империи...". Так вот что имел в виду этот гаденыш. Отцу вдруг стало понятно, почему его девонька, его ненаглядная, шагнула через подоконник.
Колеса накручивали последние километры до Кольцевой, и у ребят было хорошее настроение. Решили остановиться у автозаправки и свернули. Климов подогнал Ласточку, а Дима пошел в сортир. Выходя из дощатой будки, вдруг услышал Ольгин голос:
– Они ничего не знают. Это точно. Не за что их брать. И заменять не нужно. Я сама скажу. Честные ребята. Ну тогда вынимайте меня из операции. Я больше врать не могу. Да. Я не профессионал. Буду отписывать бумаги, но так тоже нельзя. Давайте все скажем. Уверена, они поймут.
Дима подошел ближе и увидел сидящую в лопухах Ольгу. Девушка держала перед собой плеер.
– И долго ты нас пасла?
– Я тебе сейчас все объясню...
– А любила меня тоже по приказу?
– Нет. Это чувство. Настоящее.
– Настоящее? Дай сюда.
– Дима отобрал у Ольги плеер, бросил на землю и раздавил.
– Вот так будет по-настоящему.
Он ничего не сказал Климову. Знал, что тот не поверит, а если поверит расстроится.
– Сверни на сорок третьем.
– Слушаю и повинуюсь.
Они свернули с трассы и загнали Ласточку за овин. Дима снял ремень и спутал руки Ольги.
– Ты что делаешь?
– возмутился напарник.
– "Жигуль", который нас пас, видел? Склад помнишь? А БМВ на хвосте? Кто нас по Киеву гонял? Она нас с потрохами сдает. Сволочь эмвэдэшная.
– Оля, как ты могла?..
– Я вам все объясню, мальчики...
– Я мальчиком никогда не был. Когда полкана арабского гонял, никто меня мальчиком не числил. Когда вслепую по Голодной степи полз, меня тоже не за мальчика держали...
– Дима, она же от Одессы села, значит, нас еще оттуда пасут.
– Разберемся...
Они завели Ласточку и через пятнадцать минут были у выезда на трассу. На заправке стояло несколько машин. Дима вылез из кабины и подошел к первой.
– Как зовут?
– спросил он у шофера.