Автобаза

Голубев Игорь

– Мария Игнатьевна, вы не могли бы помочь мне в одном деликатном деле? спросил он.

– Всегда пожалуйста, Василий Степанович.

Каким родным сейчас показался Глотову голос диспетчера.

– Зайдите в офис Величко. Я жду вас.

Мария Игнатьевна объявилась тотчас. Увидела шефа, сидящего перед экраном монитора, прочитала обращение машины и все поняла.

– Не могу сладить.

– Давайте попробуем. Только учтите, это в кино делают на раз, два, три. На самом деле взломать чужой шифр-код очень трудно, если нет никакого подхода. Какую информацию хотите

получить?

– По Ильичевскому терминалу. Маршрут: Москва - Одесса - Москва Калининград.

– Именной код он наверняка не применял. Слишком просто. Попробуем "Одессу".

Она набрала, но компьютер отказался вскрывать файл. Глотов склонился за спиной Марии Игнатьевны и переживал, как школьник.

– Не дышите мне в шею. У меня от этого по коже мурашки.

Глотов впервые обратил внимание на шею Марии Игнатьевны и заметил родинку. Василию Степановичу безумно захотелось ее погладить.

– Быстрее...

– Как он чаще всего называл маршрут?

– Просто маршрут. Ты же знаешь, что специальных названий у них нет. Только номера. Глотов и не заметил, как перешел на "ты".

– Как вы между собой называете?

– Никак. Юг, и все...

Мария Игнатьевна набрала "Юг", потом подумала, перевела на английский - и чудо произошло. На экране возникла карта маршрута с остановками, красными, синими, зелеными линиями. В основном они совпадали. Были обозначены даже пункты питания, места, откуда обычно проводились сеансы связи. Перед глазами Глотова и диспетчера была вся карта России, испещренная условными знаками, понятными только дальнобойщикам.

– Скачивай!..

Вставила дискету. Компьютер пискнул и начал сдавать тайны хозяина, ибо следом за картой шли расценки, образцы заполнения документов... И тут обнаружилось самое главное: к двадцати пяти тоннам догружали еще три.

– Ах, вонючка... Ну и вонючка...
– это о Величко.

Второй файл заключал в себе информацию, которую Глотов доставлял Хорошилову. И он был закодирован так же просто, как и первый.

И Глотов решил побеспокоить человека, отнявшего у него контору, Хорошилова.

Глава 35

РАЗБОРКА

Большой босс решил выяснить отношения. Для этого из Сочи была срочно вызвана старшая дочь. Охрана дома усилена. Приглашен семейный доктор. С третьего этажа привели младшую. Все уселись в гостиной и ждали Артура. Старшая старалась быть объективной, но мешала мысль о том, что ею некогда пренебрегли. Когда-то славянами был выдуман обычай выдавать дочерей по старшинству, и первой кандидаткой на свадьбу была именно она. Но Артур выбрал младшую, а отец не посодействовал, не сказал своего веского слова. Старшая с грустью подсчитывала года и гусиные лапки в углах глаз, стыдилась того, что любила Теннеси Уильямса и тихо ненавидела младшую сестру.

Артура бесцеремонно разбудил охранник. Испуганный Величко никак не мог попасть в штанину, скакал на одной ноге по комнате и матерился.

– Дай руку, идиот...

Идиот, чувствовавший, откуда ветер дует, и понявший, что могуществу этого плюгавца приходит конец, даже не сдвинулся с места. Это был

нехороший знак, но Артур его не понял. И уж совсем не ожидал увидеть в руках тестя злополучный листок бумаги с названием "Крах империи".

– Ну что, зятек, какую же империю ты собираешься сокрушить?
– спросил старикан и прищурился: - Вот эту, что ли? Стулья? Рояль? Окна? Или дочек моих задумал по миру пустить?

– Вы неверно истолковали мой порыв...

– Растолкуй, будь любезен.

Величко лихорадочно перебирал в голове обрывки расползающихся мыслей, стараясь ухватить хоть одну, но безрезультатно.

– Дело в том... в том, что...

– В чем?
– свирепым голосом вопрошал старик.

– После пожара Москвы двенадцатого года застройка исторического центра велась по проектам мастерской известного в то время скульптора Вове. В сущности, это прообраз системного строительства на основе типового проекта. Сегодня, допуская иностранные фирмы, банки и отечественных вкладчиков, мы позволяем разрушить исторический центр столицы, кардинально меняем веками сложившийся образ...

Артурчика уже понесло... Он победно глянул на охранника. Тот ответил ему холодным рыбьим взглядом. Зато тесть переглянулся с дочерьми, которые тоже ничего не поняли.

– Слыхала? Забирай своего дурака, и чтобы я его сегодня больше не видел. Архитектор!...

Младшая, так неожиданно получившая свободу, вспорхнула с кресла, подхватила Артура и поволокла на первый этаж. Там в секретере, в потайном ящичке, у нее лежал маленький сверточек в фольге - марихуана.

Пронесло, пронесло, пронесло, ликовал Артур, и ему стала даже мила жена. Он рывком прижал ее к стене, скользнул рукой по бедру.

– Ты что?
– удивилась она.
– Ты чего?

– Ничего, - жарко выдохнул Величко.
– Совсем ничего...

Она попыталась вырваться, но не тут-то было. Величко вдруг ощутил себя мужчиной. После пережитого унижения в нем вдруг взыграла небывалая сила. Величко дернул резинку трусов, и та вдруг лопнула, обнажив курчавый треугольник.

– С ума сошел, что ли?

Сопротивление было сломлено быстро. Охранник, стоявший на площадке выше этажом, отвернулся, чтобы не слышать возни, и прошел в служебку: оттуда можно было наблюдать происходящее на одном из мониторов.

Глава 36

ГЛОТОВ - ХОРОШИЛОВ

Снизу Хорошилову сообщили, что приехал человек на его "шестисотом". Борис Евгеньевич поинтересовался, один ли гость и есть ли рядом старший, посланный им. Вразумительного ответа не получил. Хорошилов приказал пропустить и задумался. Это кто же такой шустрый, сумевший отнять у охранника хозяйский "мерседес"? Ушлый, должно быть, господин.

Глотов вошел в кабинет уверенной походкой. Ни тени подобострастия. Впрочем, и раньше этим не отличался. Но было в его походке, взгляде, жестах нечто новое для Бориса Евгеньевича. Как будто не Глотов был перед ним, а совершенно другой человек. И все-таки Борису Евгеньевичу надо было решать, что делать с новоиспеченным Глотовым. Ведь именно он отнял машину у охранника. Это же форменный бунт.