Авгур

Холкин Владимир

Пешком или на автобусе? Идти не так уж и далеко — полчаса от силы. Но по такой жаре неохота. Он расстегнул на груди рубашку и принялся закатывать рукава, но вспомнил про «татуировку» и чертыхнулся.

— Андрей! Андрей, подожди!

От соседнего подъезда к нему спешила толстая Машка, которая два дня назад сидела с ними беседке. Елки-палки, всего два дня, а кажется — уже полгода прошло. Картинки из прошлой жизни…

— Ну, рассказывай, как там было?

На узор, который Андрей не успел прикрыть рукавом, Машка даже не посмотрела. Сразу стало понятно — она просто его не видит. А у нее предплечье было девственно чистым, ни малейшего следа

«паутины». Везет же — до выпускного еще два года…

— Андрей, ну что ты молчишь?! Как выпускной прошел? Вы мне обещали все рассказать! Я Таньке звонила, а она ничего говорить не хочет. Ну, то есть мямлит что-то — дескать, все замечательно, танцевали, пили шампанское…

Кстати, подумал Андрей, а Танька какого цвета? Кажется, тоже синяя. Синих у нас вообще большинство, только оттенки разные.

— …разговаривает со мной, как с ребенком, — продолжала Машка обиженно. — А когда я про мертвеца спросила, вообще начала смеяться!

— Погоди, погоди, — перебил Андрей. — Что еще за мертвец?

— Хватит придуриваться! — она аж задохнулась от возмущения. — Не хочешь рассказывать, ну и ладно…

— Да блин, не знаю я ничего! Только сейчас от тебя услышал.

Машка посмотрела на него с подозрением, но все-таки пояснила:

— Говорят, у нас там скелет нашли. Прямо как в двенадцатой школе. Только у них — в кустах на дворе, а у нас в мужской раздевалке…

Андрею стало не по себе. Ночной кошмар с готовностью всплыл из памяти. Вадик Фоменко, который за минуту превращается в мумию. Огромные пустые глазницы…

— Это кто тебе рассказал?

Машка слегка смутилась.

— Подруга одна, мы с ней в музыкалке учимся.

М-да, подумал Андрей. Как обычно, источник — надежней некуда. И сказал уверенным голосом:

— Фигня все это. Не было в раздевалке никаких трупов. Мы там с Анькой вчера сидели — ну, с моей одноклассницей.

— Да, а что вы там делали? — Машка жадно уставилась на него.

— Тебе еще рано знать, — зловеще сказал Андрей. — Ладно, мне идти надо.

— А вы под ливень попали?

— Ага, но это уже под утро. Намокли и по домам разошлись, — Андрей, не дожидаясь новых вопросов, сделал прощальный жест и быстро зашагал со двора.

Машин на улице было мало — после дефолта их поток основательно поредел. Денег на бензин не хватало, и железные кони понуро стояли в стойлах. Особенно несчастным выглядел «москвич» в соседнем дворе. Может, у хозяина не было гаража, а может, просто не дошли руки — как бы то ни было, шедевр советского автопрома ржавел под открытым небом. Осенью на него осыпались листья, зимой на крышу ложился снег, весной — соцветья с ближайшей вишни. А летом машину покрывала вездесущая пыль, которую суховей приносил с городских окраин.

Андрей вышел на остановку, где сорняки пробивались сквозь трещины на асфальте, и посмотрел в ту сторону, откуда мог бы появиться автобус. А мог и не появиться — график движения по точности напоминал гороскоп. Табличка с расписанием на столбе (реликт еще советских времен) смотрелась как тонкое издевательство. Андрей больше надеялся на маршрутку — одну из бешеного стада «газелей», которые иногда с победным лязгом проносились по городу.

К его удивлению, из-за поворота показался «икарус» — огромный, желтый, с «гармошкой». В лобовом стекле отражалось солнце, из-под днища вырывался зловонный дым. Натужно хрипя, автобус подрулил к остановке, и Андрей шагнул в последнюю дверь. Внутри было почти пусто. Бомжеватый мужик с бледно-синей «татуировкой» равнодушно смотрел

в окно, дальше дремала сухонькая старушка (узор не видно под рукавом). Зато имелся кондуктор — приземистая хмурая тетка с красноватым узором. Сразу было понятно, что с этой лучше не спорить. Андрей достал из кармана мелочь и небрежно махнул рукой, показывая, что талончик ему не нужен.

— Бери, бери, — пробурчала тетка, — тут контролер на линии.

Андрей пожал плечами и взял. За окном лениво проплывали деревья, посвежевшие после вчерашнего ливня, обшарпанные киоски и разбитые тротуары. Мелькнуло кафе «Миллениум» — название было написано с двумя орфографическими ошибками, а у входа, несмотря на дневное время, кучковался народ. Вывеска «Ломбард» в торце хрущевской пятиэтажки пикантно смотрелась в сочетании с надписью «Слава КПСС», которая была выложена красными кирпичами и, благодаря этому, успешно сопротивлялась хищному натиску демократии.

Паспортный стол располагался рядом с центральной площадью. «Икарус» остановился напротив здания, где сидела городская администрация. Некоторые по привычке называли его райкомом. Ленин обиженно смотрел с гранитного постамента. Андрей свернул в переулок, чтобы обойти огромный «Дом быта», где сейчас торговали шмотками, а в цокольном этаже обосновался кабак. Он так и назывался: «Кабак». Наверно, чтобы люди не путались.

У входа в паспортный стол толпились парни и девушки. Кто-то курил, кто-то рассказывал анекдоты. Видимо, это были фрагменты очереди, которые не поместились внутри. Андрей понял, что его опасения были вполне оправданы — здесь собирались выпускники со всех двенадцати школ. И это только начало! Скоро остальные прочухаются, тогда вообще будет полный финиш. Великое стояние на Угре, плавно переходящее в штурм Бастилии. Как в разгар «сухого закона», когда в стотысячном городе остался один винно-водочный магазин, который осаждали по всем правилам военной науки. Андрей тогда был еще дошкольником и лично поучаствовать не успел, но даже в качестве стороннего наблюдателя набрался впечатлений до конца жизни.

К сожалению, на этот раз отсидеться в стороне не получится.

Он потянул облезлую дверь и несколько секунд постоял на пороге, чтобы глаза привыкли к полутемному коридору. Тусклые лампочки, исцарапанный линолеум на полу, убогие сиденья у стенки. В пределах видимости толпилось человек тридцать. Андрей заглянул в повестку и обреченно спросил у тех, кто стоял ближе к краю:

— Это все в сто восьмой?

— Ага, — злорадно подтвердил лохматый чувак в футболке с аппликацией AC/DC. — За мной будешь.

Андрей осмотрелся, ища знакомые лица. В нескольких шагах от него обнаружились три девчонки из параллельного класса. Они тоже его заметили и принялись о чем-то шептаться. Впрочем, догадаться было нетрудно — девицы явно желали увидеть узор на его предплечье, которое Андрей предусмотрительно прикрыл рукавом.

Он был не единственный, кто прятал «татуировку» — еще не все успели привыкнуть к новому ощущению. Те, у кого «путина» была поярче, адаптировались быстрее. Накачанный парень с короткой стрижкой (кажется, Андрей сталкивался с ним на спартакиаде) принимал картинные позы, демонстрируя роскошный красный узор. Девушки млели, и Андрей слегка позавидовал. Будущий Джеймс Бонд, не иначе. Или, на худой конец, Рэмбо — зависит от того, как у него с мозгами. Еще Андрей заметил брюнетку с надменным взглядом, у которой плетенье было желто-зеленым. А из этой что получится, интересно? Бизнес-леди какая-нибудь, наверно…