Авантюрист. Финал
Шрифт:
Поэтому, кроме общих мер по обеспечению секретности, русские попытались дезинформировать противника. Пусть французы знают о том что из себя представляют новые русские пушки и гаубицы, но заблуждается об их настоящих боевых качествах, планируемом количестве и, самое главное, о сроках массового поступления новых орудий на вооружение.
В итоге это удалось. Французский генеральный штаб получил информацию о превосходных качествах русской артиллерии, но вместе с тем французы были уверены, что только в середине тринадцатого
В итоге, для вторжения было выбрано лето следующего года. За год русские всё равно не успеют ничего сделать и "Великая армия" их раздавит.
То, что будет именно так никто и не сомневался. Французы, как и все европейцы в высшей степени пренебрежительно относились к русским, у них даже мысли не было что эти "дикие московиты", как русских называли поляки, могут хоть в чём-то быть равными лучшей армии мира.
Ни итальянский поход Суворова, ни война четвертой коалиции не убедили Наполеона в обратном. То что русские будут разгромлены для всех в Европе было просто аксиомой.
Пятнадцатое мая тысяча восемьсот одиннадцатого года. Тюрьма крепости Алькатрас. Сан-Франциско. Калифорния.
— Значит, месье Булле, вас интересуют наши пушки? — спросил я у французского агента. Его привезли буквально несколько часов назад, и я не преминул воспользоваться случаем и поговорить с этой важной птицей.
С этим французом всё получилось не так как хотелось. Вместо аккуратного подсовывания дезинформации мы арестовали и его и его подельников из числа чиновников мексиканского короля и их доброжелателей здесь в Калифорнии.
Булле решил лично посмотреть на одни из испытательных стрельб, коих у нас было очень много, и в результате наткнулся на один из секретов, которые охраняли это самое стрельбище. Четыре пехотинца олони во главе с унтером всё сделали строго по инструкциям и в результате у нас на руках оказались 3 трупа испанцев и один тяжелораненый француз.
По иронии судьбы, от смерти Булле спас месье Корвизар. Сначала он сделал операцию, а потом решился на первое в истории переливание крови, а медицинских целях.
Жан-Николя практически продолжил работу Марии Мануэлы и довёл её до логического завершения, проведя серию экспериментов над добровольцами. Результаты были получены хорошие, и мы решили попробовать переливание на практике. Вот месье Булле и стал нашим первым пациентом.
Когда нашему гостю стало лучше и опасения за его жизнь рассеялись, он был перевезён из больницы Сан-Франциско в тюремный лазарет Алькатраса.
— Да, господин президент, — тихо ответил Булле, он был всё еще слаб и говорил с трудом.
— В чём ваш интерес понятен. До Европы дошли новости о том, как я воевал в Мексике и Наполеон Бонапарт опасается, что с моей помощью русские могут доставить ему большие проблемы. Так?
—
— Хорошо. У меня к вам предложение. Я не собираюсь требовать от вас совершить предательство и писать какие-то письма под мою диктовку, Боже упаси! Тем более что наверняка предусмотрено, что вы можете попасть в плен, а пытки могут сломать любого. Верно?
— Вы в этом специалист?
— Я? Нет, конечно, зачем мне самому марать руки. У меня достаточно подчиненных не обремененных ни христианским милосердием, ни состраданием к ближнему. Семинолам и команчам не за что любить или уважать белых, ну кроме меня и моих людей. Я прикажу, и вас на ремни порежут, только и всего.
— Я в этом уверен. Так в чем ваше предложение?
— Я знаю, что вы прибыли в Мексику на английском фрегате. Мне нужно знать, кто на острове такой умный и беспринципный что решил помочь вашему императору в его будущей войне с русскими и со мной.
— Какой мне в этом интерес?
— Очень простой. Если вы будете сотрудничать, то сможете вернуться во Францию, когда мы разобьём Наполеона. Если нет, то сгниете здесь.
— Русским не победить императора, это не возможно. А когда вы лишитесь своего единственного союзника, то вашей республике тоже придёт конец. Так что я не буду ничего говорить, просто подожду столько сколько нужно для моего освобождения.
— Хорошо, месье Будде. Я могу и без вас с этим разобраться, да и не важно это, на самом деле. Но это не последний наш разговор. Мы скоро его продолжим…
Я немного лукавил, когда говорил Булле что мне не важны шашни французов с англичанами. Важны, и еще как. Хоть разрыв в развитии военной техники между Калифорнией и Британией сейчас огромен, и мы в полной безопасности у себя, это не будет продолжаться вечно.
Рано или поздно этот разрыв начнёт сокращаться и его не станет. А возможности для развития и роста у любой европейской страны, тем более, такой как Великобритания в разы больше чем у крошечной Калифорнии.
Поэтому мне важна победа России и нейтрализация угрозы со стороны Англии, а она будет всегда, не дадут нам покоя. Знать, кто именно в Лондоне заинтересован больше всего в нашем поражении очень важно.
Есть и еще одна причина, правда она связана с первой, почему мне нужно, чтобы Булле со мной сотрудничал. Я понял, что на самом деле не хочу, чтобы состоялся заграничный поход. Авторитет Александра и вообще России после это, безусловно, вырастет, но будет намного лучше, если Бонапарт останется на французском троне, это, совершенно точно обнулит абсолютно любые поползновения англичан в континентальной Европе.
Пусть Александр и Бонапарт поделят между собой Европу. Альянс между Россией Францией и нами очень хорошая идея, только для того чтобы он стал выгодным, французов надо как следует отделать.