Аванпост
Шрифт:
Добираясь до комнаты Фифи, я уже серьезно повредил здание, сломав две стены и вышибив как минимум десяток дверей. Две или три минуты колотил по стене, прежде чем сообразил, что эта стена — не чета первым двум, и штырь Фифи вогнан сквозь стену в несущую колонну. Даже после того, как стена развалилась, штырь и не думал вылезать из этой чертовой колонны. Но там, где многие отступают, я обычно удваиваю усилия, поэтому увеличил силу и частоту ударов, и наконец колонна переломилась надвое, а Фифи обрела свободу. Я собрал девушек и мы уже спускались по лестнице,
* * *
— Что случилось с Тройняшками Демарко? — спросил Бард.
— Я — человек слова, — с достоинством ответил Бейкер. — Я женился на них.
— Так у тебя были три жены?
— У меня и сейчас шесть жен, — ответил Бейкер. — К сожалению, Фифи, Фатимы и Фелисити среди них больше нет.
— Почему?
— Полагаю, наша сексуальная жизнь показалась им слишком уж активной. Вот они и сбежали с коммивояжером, который продавал средства от потенции.
— Ты хотел сказать, средства от импотенции? — уточнил Бард.
— Я сказал именно то, что хотел. Кто-то убедил его, что на секс люди растрачивают больше времени, чем на еду, вот он и собирался положить этому конец.
— И он действительно зарабатывал на жизнь продажей этих средств?
— Нет, — покачал головой Бейкер, — зато привлекал к себе внимание множества женщин. Черт, я и сам частенько думаю, а не заняться ли мне продажей средств от потенции.
— Если займешься, первым делом предложи их преподобному, — сказала Золушка. — Я заплачу.
— Эй, ты и сама можешь уменьшить мою потенцию, — заметил Билли Карма. — Во всяком случае, на несколько минут.
— Знаете, я не хочу сообщать вам дурные новости, — вмешался Адский Огонь ван Винкль, — но то ли утро наступило на несколько часов раньше, то ли небо подсвечивается очень уж яркими взрывами.
— Наше небо? — спросил Макс Три Ствола.
— А о каком еще я могу говорить? — спросил ван Винкль.
— Ты уверен, что это небо Генриха II, а не Генриха III или Генриха IV?
— Я не могу даже разглядеть других Генрихов. Но чего верить мне на слово, выгляни в окно и скажи, что ты видишь?
Макс подошел к окну, выглянул.
— Вижу женщину, которая идет к «Аванпосту».
— Она одна? — спросил Бейкер.
— Похоже на то.
— И как она выглядит?
— Подожди десять секунд и все увидишь сам. — Макс повернулся к ван Винклю. — Между прочим, небо темное.
— Но минуту тому назад оно было яркое, как днем, — возразил ван Винкль.
Макс уже собрался ответить, но распахнулась дверь и в бар вошла женщина. Высокая, стройная, с суровым взглядом, короткой стрижкой, без косметики, и как-то сразу чувствовалось, попробуй Катастрофа Бейкер, или преподобный Билли Карма, или кто-то еще подкатиться к ней, через пару секунд они бы беседовали с Богом или Сатаной.
Внезапно Ахмед Альфардский поднялся из-за столика.
— Это ты! — воскликнул он.
— Привет, Ахмед, — поздоровалась женщина. — Что ты делаешь
— Прячусь от Бога, Жасмин Канделлы и налоговых инспекторов, — ответил Ахмед. — Не обязательно в таком порядке.
— Ты собираешься представить нам свою знакомую? — вмешался Катастрофа Бейкер.
— Естественно, — ответил Ахмед, хотя практически все уже догадались, кто перед ними. — Дамы, господа и инопланетяне, это Киборг де Мило.
Ожил компьютер Большого Рыжего.
— Эйнштейн передает привет.
— Передай привет и ему, — ответила Киборг де Мило.
— Что привело тебя в «Аванпост»? — спросил Ахмед.
— Корабль, который оказался получше тех, что преследовали меня, — ответила она.
— Преследовали тебя? — повторил Маленький Майк Пикассо. — Ты хочешь сказать, что здесь с минуты на минуту могут показаться новые гости?
— Это вряд ли. — Она помолчала. — Три корабля инопланетян бросились в погоню за мной, когда я появилась в этой звездной системе. Я слышала об «Аванпосте», поэтому направилась на Генрих II, таща их на хвосте. Они не знали, что у моего корабля тепловая защита последнего поколения. Я вошла в атмосферу под крутым углом. При этом выделяется огромное количества тепла, спасибо трению о молекулы воздуха. Они последовали за мной и минутой позже взорвались. Такого яркого пламени мне видеть еще не доводилось.
— Видите? — торжествующе воскликнул ван Винкль. — Я же говорил, что за окном светло, как днем.
— И какова ситуация? — спросил Маленький Майк. — Как идет война?
— Какая война?
— Что значит, какая война? Между чужими и Флотом.
— Флота я не видела, — ответила Киборг де Мило. — То ли все их корабли уничтожены, то ли ретировались. Вокруг только корабли инопланетян, или, как ты говоришь, чужих. — Она подошла к стойке, махнула мне рукой. — Принеси мне пива.
— Хорошо, мисс де Мило, — ответил я.
— И зови меня Венера.
— Как скажешь. — Я приказал Регги налить пива в высокий стакан. Протянул ей, и она осушила его одним глотком, в скорости ничуть не уступая Катастрофе Бейкеру, потом вытерла рот тыльной стороной ладони.
— Спасибо. Очень хотелось пить.
— Убивать чужих — работа не из легких, — покивал Бейкер. — Вызывает жажду.
— Я намерена перебить их в куда большем количестве, — мрачно ответствовала Венера.
— Но спешить-то некуда, — заметил Бейкер. — Присядь, расслабься, выпей еще пива. Они и потом никуда не денутся.
— Разве тебя не волнует, что где-то рядом обретаются твари, жаждущие перебить нас всех, хотя мы с ними никогда не встречались?
— Черт, да если я проснусь утром и рядом не окажется тех, кому хочется убить меня, я просто умру от изумления. — Он ей улыбнулся. — Катастрофа Бейкер к твоим услугам, мэм.
— Ты — Катастрофа Бейкер? — переспросила она. — Я еще маленькой девочкой слушала рассказы о тебе.
— Каждый из них — чистая правда, — заверил ее Бейкер. — Кроме тех, которые не соответствуют действительности.