Авалон-2314
Шрифт:
– А его нужно скрывать?
Виолетта фыркнула:
– Нет, для бандита ты слишком прост или старательно притворяешься. Ладно, сейчас сделаю запрос по фамилии.
Девушка на несколько секунд замерла. Лицо ее застыло, сохраняя доброжелательное выражение, на губах играла легкая улыбка. Потом она вновь оживилась и проговорила:
– Дело действительно темное. Даже если ты и застрелил гражданина Крушинина, то, возможно, из самых лучших побуждений. А? Шучу, шучу… Понимаю, что у тебя за спиной шпик.
– Ну да, – я кивнул.
Девушка прыснула в кулачок:
– Ты все-таки забавный,
– Как-то непривычно. Мама звала меня Даней.
– Я не мама, так что будешь Даниилом, если Дан не нравится. Тебе не приходило в голову переодеться?
– Нет.
В реальной жизни я бы покраснел, а отразилось ли мое смущение в вирте – не знаю. Когда я смотрел рекламные блоки, мне пришло в голову, что неплохо купить программу, освежающую дыхание. Потом я сообразил, что плохо пахнуть от меня в вирте не может, если только я не пользуюсь специальными настройками – следовательно, все «примочки» по улучшению дыхания делают его «заметно приятным». Иными словами, я буду дышать на людей ландышами, фиалками или жасмином. Как-то не по-мужски. Поэтому от заказов дополнительных программ я отказался, а об одежде просто не подумал – я ведь не голый. Говорят, что женщине нечего надеть, когда у нее нет ничего нового, а мужчине – когда у него нет ничего чистого. Вирт – настоящий рай для холостяков. Одежду здесь стирать не нужно.
– Хочешь, подберем тебе подходящий образ?
– Хочу, – без раздумий согласился я. – Очень любезно с твоей стороны.
– Есть у меня на примете хороший магазинчик…
Через десять минут я был одет не в бесформенный комбинезон, а так, как мне нравилось. Легкие черные туфли, светлые джинсы и бархатный пиджак, под ним – черная футболка с изображением дракона. Каждая вещь стоила денег – туфли вообще были копией модных дизайнерских, да и футболка тоже. Но я платил не за то, что модели были эксклюзивными – это обошлось бы в приличную сумму, – а за то, что одежду разрабатывали пять, десять, а то и пятнадцать лет назад. И джинсы, и футболка уже вышли из моды, но обладатели копирайта продолжали отбивать вложенные в программный продукт средства.
По большом счету, я мог заказать отутюженный фрак или, напротив, ходить в полушубке и валенках – тоже дизайнерских. Одежда здесь не стесняла движений и не согревала, не мялась и не пачкалась, и во фраке вполне можно было заниматься упражнениями на турнике или лазить по горам, а также купаться в бассейне. Но мне захотелось выглядеть так, как в реальности, – так, как я любил выглядеть.
– Простенько, для первого раза сойдет, – констатировала Вита. – Человечный стиль.
– Человечный?
– Да, он так называется. Когда я начала посещать вирт и освоилась в нем, то в первые недели изображала себя крупной кошкой. Потом стала столбом пламени, но это быстро надоело. Люди должны быть похожи на людей. Что за радость общаться со смерчем или каменным изваянием, меховым мешком или чересчур шустрым деревом?
Меня по-прежнему смущала ярко-оранжевая тень за спиной – но, если Вите все равно, может быть, не стоит обращать на нее внимание?
– Куда пойдем? – спросил я девушку.
Виолетта на мгновение задумалась.
– Хочешь, слетаем
Я не вполне понял, что у нас не получилось с «Розовыми садами», но согласился отправиться на экзотический курорт. Не знаю, почему Виолетта предложила «слетать», – она просто взяла меня за руку, и мы оказались на большом острове. Пальмы, море, солнце, песок, причудливо изогнутая береговая линия, множество уютных бухточек. В нашей бухте имелся причал с несколькими болтающимися на нем катерами.
Людей на пляже хватало, некоторые косились на мою оранжевую тень. Вита, казалось, посматривала на таких с вызовом. Мы присели на теплый песок метрах в трех от моря. Иллюзия была полной: свежий ароматный ветерок, шум волн, даже вкусные запахи морепродуктов из открытых дверей прибрежного кафе. Солнце грело, но не пекло. Рай.
– Ты была одинока, когда тебя вернули к жизни? – спросил я.
– Одинока – не то слово, – ответила девушка. – Меня помнили только старые соседи, дальние родственники, случайные прохожие… Поэтому мне трудно было прийти в себя, обрести личность. Но потом дело пошло легче. Я вспомнила родителей, сестру. А близких друзей у меня не было и в двадцать втором веке. Может быть, я слишком много училась или не успела встретить хороших людей.
– Сейчас у тебя появились друзья?
– Наверное. Ведь сначала я не слишком много времени уделяла общению. По привычке начала учиться – и правильно сделала. Если бы не хороший уровень подготовки, меня бы не взяли работать на Луну.
– На Луну? – изумился я, хотя ничего удивительного в словах Виолетты не было. Миллионы людей живут на Луне – почему бы моей новой знакомой не быть из их числа?
– Представь себе. Я сейчас именно там – точнее, здесь. Здорово?
– Да, – я кивнул. – Но… тогда я не совсем понимаю. Сигнал должен запаздывать. Конечная скорость света, секунда на путь от Земли до Луны. Мы не можем разговаривать с тобой в реальном времени.
– Виртуальное пространство имеет свои особенности. Компенсаторы. Поговорив с человеком на Луне десять минут, ты иногда обнаруживаешь, что на самом деле прошло минут пятнадцать, а то и двадцать. Так что, если не хочешь терять лишнего времени, общаясь со мной, я тебя пойму.
– Нет, что ты! Мне очень интересно. Просто я думал увидеться с тобой в реальной жизни. Пригласить в гости. Но ты, наверное, не так часто бываешь на Земле?
– Нечасто. Билет стоит дорого, – согласилась Вита. – А зачем ты хотел позвать меня в гости? Намеревался соблазнить невинную девушку, разменявшую вторую сотню лет?
– Может быть, – улыбнулся я.
– Но для этого совсем необязательно покидать вирт, – на удивление серьезно прошептала Вита. – Знаешь, Даниил, ты принадлежишь к тому типу мужчин, который мне нравится. Ничего не могу с собой поделать. И меня не смущает даже соглядатай.
Глаза девушки смотрели лукаво, и она придвигалась ко мне все ближе. Я уже собрался обнять ее, когда Вита отпрянула, вскочила на ноги и предложила:
– Прокатимся на катере?
– Давай, – согласился я.
* * *