Аваддон

Хабибуллин Марат

 Стая, стращая гостей, кружила над праздничным столом. Свежая кровь безбожников и лгунов, так манила к себе, словно муху к варению. Покружив над головой ещё с минуту, стая водопадом смерти обрушилась на головы несчастных гостей. Жадные клыки вонзились в сгнившую ото лжи плоть, и кровь лилась рекой на празднике Смерти.

 Слуги с немым равнодушием смотрели на казнь. Музыканты, побросав инструменты, убежали прочь от сатанинского замка. Терентий мгновенно протрезвел и в ужасе забился в угол. Морган и Илларион в паническом страхе глядели на окружающий хаос. Но ни один вампир не тронул

ни музыкантов, ни слуг, ни свиту Сатаны, их жертвами были только гости Вагнера, которых он пригласил не на Бал, а на казнь. О, слишком поздно это поняли гости Вагнера! Слишком поздно!

 Утолив голод, вампиры словно песок, осыпающийся в песочных часах, один за другим сгинули прочь. Окна закрылись. Пол был завален гостями, истекающие кровью.

 - Итак, - обратился Он, к ним, - казнь свершилась. Теперь вы навеки отправитесь в Иные миры, где познаете всю боль обиженных вами людьми. Прощайте!

 И в ту же минуту люди растворились и сгинули навсегда. Вагнер сурово оглядел Зал.

 Морган подошёл к Вагнеру. Илларион помог подняться на ноги Терентию. Он усадил его на стул. Парень бледный от пережитого страха налил бокал вина и залпом выпил. Илларион перевёл взгляд на Вагнера.

 - Кто же следующий? А? Мы? – спросил он, Его.

 - Нет, - сухо отвечал Он, - человечество.

 - Никогда, проклятый Сатана, - прорычал Терентий, - лучше убей меня, слышишь! Иначе, умрёшь Ты!

 - Я бессмертен, дорогой мой Терентий, - усмехнулся Вагнер, - ты хочешь остановить саму Судьбу…

 - Тебя, проклятый, - с ненавистью сказал Терентий, исподлобья глядя на Вагнера, - ненавижу Тебя, ненавижу. За что их?

 - Они заслужили свою Кару, - ответил Вагнер.

 - Что же дальше, - поинтересовался Морган.

 - Ждать Солнечного затмения, чтобы убить Свет. Лишь когда наступит Вечная Ночь, Аваддон обретёт свободу.

 - Свободу жаждем мы, - крикнул в сердцах Терентий, - отпусти нас, отпусти!

 - Вы моя свита, - сурово сказал Вагнер, - Коломандро ваш дом! Кровь ваша Жизнь.

 Терентий поник головой и мрачный ушёл из Зала. Илларион в немой печали опустился на стул, не таким представлял он себе Вечность. С трудом, сдерживая слёзы обиды и разочарования, он молча глядел в пол. Жизнь умерла и для несчастного монаха. Всё в миг обернулось для него черной краскою. Ах, если бы можно было бы вернуть прожитые годы, и всё начать с начала! Ничего бы не было, если бы не случайная встреча Иллариона и Велимира Вагнера. Но кто же знает, что крутиться в голове незнакомого человека! Никто кроме него самого. Вагнер покинул Зал, оставив парней наедине со своими думами. И каждый думал лишь об одном, об освобождении духа из лап Дьявола. Но в своей печали они порой забывали об истине – ничто не вечно. И конец был уже близок…

Глава четырнадцатая Терентий жениться.

 Незаметно пролетело Время, оставив отпечатки прошлого. Морган проводил всё свободное время в библиотеке Вагнера, отлучаясь только на обед и ужин. Никого не впускал он к себе, ибо привык и к одиночеству и уединению. Илларион продолжал встречи с Милой. Бывали

дни, когда Илларион оставался один в своей комнате и подолгу сидя у открытого окна и глядя на полную луну, которая висела на черном небе, словно спелое яблоко, предавался вольным думам и отдавался воле ностальгии. С грустью он вспоминал родителей. Прошло уж много лет, после последней встречи, когда тёмной ночью, отец выгнал его из дому.

 - Для чего мне нужна была вечная жизнь? Что хорошего я видел за последние годы? Мучения и вечные страдания. Среди живых один закон – зло и ненависть. Мир, залитый кровью бессмысленных войн. Вечная жизнь? Хм…ничто не вечно в этом мире. А пока не пришла смерть, я буду наслаждаться покоем, ибо здесь нет Зла, здесь Добро. Как ни странно, но это правда. Я не хочу возвращаться туда, ибо там Зло…

Вагнер разрешил парням покидать Коломандро и уходить в мир живых. Но этим не пользовался ни Илларион, ни Морган, ибо понимали, что от Него всё равно никуда не убежишь, ибо Его Глаз следит повсюду. Он чтит мысль и чувствует каждый трепет души твоей. Он Всесилен!..

 Прогулки в мир живых совершал один Терентий и Авран, он добывал кровь животных для вампиров. Бывали «дни», когда сердце Терентия мучила ностальгия, тогда он облачался в чёрные одежды, садился на коня и улетал. Он долго летал в небесах, наблюдая сверху за жизнью Землян, что напоминали собой, муравьёв в муравейнике. Часто он украдкой наблюдал и за Татьяной. Он узнал, что она вышла замуж, и родила двоих детей. Терентий, закрывая глаза, еле сдерживая слезу, тихо шептал:

 - Прости меня Танюша, прости! Будь самой счастливой Танютка.

 Но не слышала и не видела его Татьяна. И вдруг…

 - Терентий, - окликнула его жена.

 Он, держа коня за ремни, вышел из укрытия к жене. Татьяна долго смотрела на мужа, зачарованная, словно перед нею стоял Христос. О возвращении Терентия, она никогда не думала и не ожидала его. Они молчали, хотя душа рвалась к общению, ведь немногим малым прошло пять лет, с того дня, когда он ушёл. С детским простодушием она, глядя на мраморно-бледное лицо мужа, его чёрные одежды и чёрного коня, тихо спросила:

 - Ты призрак?

 - Можно назвать и так, - ответил Терентий, - ибо я давно мёртв, а дух мой во власти Дьявола.

 - Ты оттуда? – указала она на небеса.

 - Да.

 - Я вышла замуж, Терентий.

 - Желаю счастья, Татьяна! И прости меня за всё! Ты знаешь Танюша, Там я всё понял и осознал, ах как бы мне всё хотелось вернуть назад. Но ничего уже не вернёшь. Ничего.

 Татьяна обняла его и поцеловала в щёку и прошептала страстно:

 - Я всё ещё люблю тебя! И за всё прощаю Терентий.

 - И пусть болит душа моя, но никогда не забуду тебя Танюша. Я люблю тебя.

 Он сел на коня и подарив жене ласковый взгляд, полный трагизма, натянул поводья и конь взмыл в небо. Мрачный вернулся он в Коломандро, где его встречало привычное однообразие.

 - Ну, как прогулка? – спрашивал Вагнер, - видел Татьяну? Что нового в мире живых.

 Но Терентий не отвечал он уходил в сад и долго сидел там, в плену своих печальных дум. И тогда Вагнер хитро улыбался и тихо говорил: