Аттестатор
Шрифт:
– Понятное дело, – устало вздохнул Андрей, у которого сегодняшний день отнял много сил. – Вот этим «Иван Иванычем», который на самом деле Магомед Рамдракович, мы и займемся для начала. Ведь Уралов уверен, что это самое честное из его предприятий.
Время для налета было выбрано правильно – пересменка, когда все убитые машины съехались в гараж, расположенный в цеху бывшего овощесушильного завода, для того, чтобы одна смена таксистов могла передать автомобили другой. Вообще-то такая передача могла бы произойти и в городе. Каждый сменщик заехал бы к своему коллеге и отдал ключи.
Пожилой кавказец Рашид, управляющий таксопарком, шел перед строем таксистов, собирая выручку. Деньги отдавали двумя пачками. Тонкая – совпадала со счетчиком и предназначалась для кассы. Более толстые пачки Рашид засовывал в папку и отмечал получение в своем блокнотике. Обманывать его никто не рисковал. Ведь каждый месяц проводилась показательная расправа с тем таксистом, который решил что-то утаить для себя от хозяев.
Фокус с официальной частью выручки и неофициальной был прост, как грабли. На каждой машине имелось два счетчика. С одним водитель выезжал в рейс и, намотав немного денег, снимал его – после чего тут же устанавливал второй. Пассажиры и не подозревали, что платят мимо кассы. Им даже чеки выдавали.
Коренастый охранник таксопарка, дежуривший у высоких металлических ворот цеха бывшего овощесушильного завода, заметил мчащиеся по узкому проезду три микроавтобуса с тонированными стеклами и легковую машину. Обычно о визите правоохранителей Рашида предупреждали заблаговременно, чтобы все на подведомственной территории было чики-чики. Но с приходом нового начальника ОВД «хорошая» традиция могла уйти в прошлое.
Охранник торопливо закрыл ворота, задвинул железный засов и с криком «Менты!» со всех ног бросился к Рашиду. Тот изменился в лице. У половины его таксистов, ясное дело, отсутствовала регистрация. А тут еще и неучтенная наличка, и два комплекта счетчиков-таксометров в каждой машине. К тому же и сертификаты о прохождении автомобилями техосмотра в своем подавляющем большинстве были чистейшей «липой». В общем, полнейший караул.
В железные ворота уже настойчиво стучали:
– Откройте, полиция!
– Быстрей, живей, – шипел Рашид, бегая между машинами с открытым вместительным саквояжем.
Водилы забрасывали в него лишние таксометры, накрученная на которых сумма денег точь-в-точь совпадала с неучтенной наличкой.
– Кто без регистрации – быстрее в соседний блок. Лечь и лежать тихо. Дверь забаррикадировать, – отдал последние распоряжения Рашид и опрометью бросился к черному ходу, предусмотрительно проделанному в здании и не нанесенному ни в один план.
В мыслях пожилой кавказец благодарил своего хозяина Магомеда за такую предусмотрительность. Исчез он вовремя. Лишь только шторка прикрыла дверь.
Калитка в металлических воротах не выдержала очередного удара кувалдой. Тяжелый гаражный замок отлетел.
Собровцы быстро винтили не успевших спрятаться нелегалов без регистрации.
– Кто тут главный? Где управляющий? – рявкнул Ларин.
Перепуганные до смерти таксисты-кавказцы, которые первый раз в жизни попали в подобную ситуацию, молчали, как воды в рот набрали. Не дай бог выдать Рашида. Тогда не только с работой распрощаешься, но, возможно, со здоровьем и жизнью. Но Андрей был отменным психологом. Не зря в свое время служил старшим оперуполномоченным в Наро-Фоминске. Да
Хоть и хитроватые, но на самом деле простодушные «дети кавказских гор» старались смотреть куда угодно – лишь бы не на шторку, прикрывавшую потайную дверь. А потому Ларин рванулся к ней. Ударом ноги вышиб замок. Дверное полотно тут же ощерилось щепками.
– Товарищ полковник, зачем сами? Все мои люди сделают, – крикнул ему вдогонку старлей Статкевич.
Но Андрей уже видел уносившийся по заброшенным закоулкам овощесушильного завода внедорожник. Сквозь заднее стекло угадывался пухлый затылок Рашида.
– Черт, – выругался Ларин, бросаясь к своей машине.
Когда он уже вскакивал за руль, то услышал:
– Разрешите с вами, товарищ полковник? – со стороны пассажирского сиденья возник сержант Горошко.
– Разрешаю.
Из-под покрышек старой «Волги» повалили дым и пыль. Пробуксовывая на занесенном песком асфальте, машина рванула вперед.
– Пристегнись, сержант, – посоветовал Андрей, а сам вцепился в руль.
– Разобьемся, – прошептал побелевшими губами Горошко.
Машина стремительно приближалась к повороту. Проезд был узкий – метров пять шириной. Поворот, уходящий вправо на девяносто градусов, со всех сторон был зажат закопченными кирпичными стенами. Одна из таких стен быстро «неслась» навстречу «Волге». В самый последний момент Андрей нажал тормоз, чуть вывернув колеса. Машину с визгом занесло, точно выставив на новое направление.
– Где вы такому научились, товарищ полковник? – находился под впечатлением Горошко.
– Будет свободное время – расскажу.
За следующим поворотом Ларин уже рассмотрел выезжающий на улицу внедорожник Рашида и пожалел о том, что не прихватил с собой выносной мигалки. Время было обеденное, и трафик на главной улице города шел плотный.
Андрей сигналил, нагло подрезал, но все равно не мог прорваться вперед. Джип Рашида маячил впереди и неуклонно отдалялся, грозясь и вовсе скрыться из виду.
– Надо перехват организовать, – робко подсказал сержант, не понимая, почему начальник с этим медлит.
А Ларин действовал так, как привык. Привык же он всецело полагаться только на себя и свои силы.
Рашид все-таки умудрился исчезнуть из поля зрения. Андрей повернул на светофоре и медленно поехал, приглядываясь к домам и прохожим. Перед аркой старого дома он заметил пожилого мужчину, который посылал кому-то невидимому проклятия, у его ног лежала разбитая бутылка водки.
– Здесь, – проговорил Ларин, усмехнувшись, тут же восстановив в уме случившееся – мужик, затарившийся бухлом, шел себе по тротуару, а тут внедорожник со спешившим Рашидом за рулем, вот и произошла авария, хорошо, что хоть бухарь еще отскочить успел.
Не останавливаясь для того, чтобы расспросить мужика, Андрея зарулил во двор. Так и есть – крыша знакомого джипа возвышалась над другими припаркованными машинами. Рашид с саквояжем в руке и папкой под мышкой направлялся к подъезду. Видно было, что во дворе его уважают. Старушки на лавочке чинно раскланялись с ним.
– Постойте, – окликнул Рашида Ларин.
Сержант держался рядом, опасаясь провокаций.
– А в чем, собственно, дело? – делано удивился пожилой кавказец.
Андрей показал удостоверение.