Атавизм
Шрифт:
Он что-то сделал, на секунду пропав из поля зрения. По телу забегали «мурашки», в голове засверкало, зрение пропало на несколько секунд, а когда вернулось, я увидала плоскую коробочку, висевшую прямо надо мной. Эта штука начала курсировать взад-вперед от моих ног к голове. Инопланетянин взобрался на какой-то насест, и стал виден по-пояс. Он рассматривал меня как неодушевленный предмет и без умолку бубнил:
– Ну надо же, как я был прав! А ведь никто не верил. Как Рор смеялся надо мной! Да я и сам в себе иногда сомневался – как же, планета-то тюремная! Но дядя Эжо не был сумасшедшим, нет! Никто кроме меня не принимал его всерьез, а он оказался прав! Нет, ну какая аура! А может и не делать клоны? Сразу заложить ее хитрюге Рору?! Представляю, как у него скрючатся тутки, когда он узнает, где
Тут он начал представлять какие-то уж совсем непонятные вещи, но они были ему очень приятны и «вожделенны», я поняла, что он мечтает. Плоская чертовень все летала надо мной, то, светя на меня маленькой красной лампочкой, то, обдувая прохладным воздухом. Кожей я ощущала покалывания и щекотку, «красный человечек» периодически возвращался к традиционному образу ИП, но образ этот дрожал и расплывался словно привидение. «Голос» его звучал временам тише, но стоило мне сосредоточиться, как мой онейроид возвращался, и голос становился ясным и отчетливым, как будто я слышала его своими ушами.
– Да, заложу ее Рору, получу деньги и куплю ситский завод. В ситах-то я толк знаю, дело пойдет! Через пять оборотов, я выкуплю ее обратно, помещу в стазис и, буду показывать именитым гостям.
Он опять пустился в мечтания, одновременно делая что-то, отчего снова загудело вокруг. Меня снова затошнило. Через минуту все прекратилось, откуда-то послышался шелест и свист. «Красный» насторожился, прислушиваясь, и тоже «зашумел», точно закипающий чайник. Сделав небольшое усилие, как бы прислушиваясь, я опять стала понимать, о чем идет речь, а это, несомненно, была речь. В голове зазвучало два голоса. Я догадалась, что ИП говорит одно, а думает другое. Телепатия! В тот момент, это открытие совершенно меня не удивило, я даже обрадовалась такому причудливому бреду.
Кто-то приказывал «красному» снизиться и приземлиться, а он делал вид, что у него отказали бортовые системы, и он ничего не слышит. Он тянул время, стремясь миновать опасную зону, и при этом думал:
– Проклятое отребье! Как я мог забыть о вас! Не понимаю, как это Рор терпит их в своем питомнике! Никогда бы такое не допустил! Они же перепортят все стадо! А может, Рор не так силен, как говорит? А, Желтый Он, меня зафиксировали! Только бы успеть, с них станется, ведь и шарахнут – они же все бешенные!
Он шипел и свистел, напрягаясь все сильнее и сильнее, его «голос» то сливался в неопределенный гул, то становился четче. Я успокоено смотрела на ту плоскую штуку, что летала надо мной. Вдруг, я ощутила всплеск ужаса, захлестнувшего красного хозяина, и тут же все вокруг дрогнуло, встряхнулось, как мне показалось, до самых первооснов сущего. Показалось, что нервную систему вырвали из тела, раскрутили, держа за спинной мозг, и с силой куда-то швырнули! Это было такое страшное и мерзкое ощущение, что некоторое время я не могла прийти в себя, дыша, как загнанная лошадь и дрожа всем телом. Я чувствовала ужас, исходящий из моего похитителя, он сливался с моим ужасом в невообразимую чудовищную смесь. Пережив это потрясение, я вдруг резко осмыслила, что все, что тут происходит, вовсе не сон и никакой не бред. Сознание это вывело меня из благостной прострации. Адреналин наполнил мою кровь, мышцы напряглись, и рассудок полностью прояснился. Я приподняла голову, насколько позволяли невидимые путы, и огляделась. «Красный» сидел поодаль перед сложным прибором с множеством непонятных приспособ. У него оказалось две длинные руки, оканчивающихся множеством пальцеобразных отростков, которыми он быстро шурудил в своем приборе. Он был полностью погружен в свое занятие, мысли его были очень быстрыми и не оформлялись в слова. Он очень тревожился и спешил. Я поняла, что в нас попали, и он пытается устранить повреждения.
В этот момент парившая надо мной штуковина тонко пискнула. Я посмотрела вверх: поверхность прямоугольника покрылась «испариной», мельчайшие золотистые капли покрывали ее сплошняком. Через секунду капельки отделились, образуя облачко золотого
– Великий Лысый Кто-То!!! Отскок ауры!!! Я погиб! – вопил красный чудик. – Все пропало!!! Это поганый исходник!!! Что же делать?!
Помещение снова содрогнулось, скорчившись от нового жуткого удара, свет мигнул, где-то надсадно загудело. «Красный» закрутился на своем насесте, излучая отчаянье высшей пробы.
– Прямое попадание! Мы падаем! Это конец!!! – его тоска вдруг сменилась крайней злобой, и ярость эта была направлена на меня! – Прибью эту гадину! – зашипел он, соскакивая со своего шестка, его конечность сжимала длинную черную трубку.
Я сжалась, ожидая неминуемой смерти. Чудовище подскочило ко мне, занося свое оружие для сокрушительного удара. Черная труба со свистом рассекла воздух. Он метил прямо мне в лоб! Я зажмурилась, мыча от ужаса. Ничего не произошло! Я открыла глаза: «красный», пронзительно свистя, баюкал свою конечность, трубы не было видно.
– Проклятая техника! Гадкий ящик! – кричал он. Успел-таки пометить! – но снова подхватил свое оружие, и, что есть силы, ударил ту прямоугольную штуку, что летала надо мной. Прибор разлетелся, точно стеклянный, туча осколков брызнула во все стороны. Странно, но я не почувствовала ни одного попадания, хотя обломки обрушились прямо на меня, отскакивая и звеня по углам. Я почувствовала, что могу шевелиться! Вскочив, я кубарем слетела со стола, и, пятясь и не спуская глаз со своего мучителя. Он не ограничился одним прибором и продолжал крушить все вокруг, разнося окружающее в мелкие дребезги. Он визжал и свистел, находясь, по-моему, на грани безумия. Потом он внезапно остановился, нехорошо на меня глядя.
– Мерзкая гадина! Ты слышишь?! Ты, наверное, даже понимаешь меня?! Да? Бледная тварь! Проклятый трикс пометил тебя, и теперь я не смогу размозжить твою гадкую волосатую черепушку, но я доберусь до тебя!
Он пошарил в куче обломков, выудив из нее небольшую конструкцию, напоминающую черную корону. Сжимая ее в одной «руке», чудище с решительным видом двинулось ко мне. Я решила не сдаваться без боя, и метнула в своего мучителя первое, что попалось мне под руку. Гад проворно увернулся и с неожиданной прытью бросился на меня. В небольшом округлом помещении, где мы находились, некуда было спрятаться, после недолгой борьбы, он все-таки скрутил меня. Ухватив одной конечностью обе моих руки, он повалил меня, придавив всей своей тушей к полу. Я отбивалась, как могла, но ему удалось водрузить мне на голову свою блестящую штуковину. Как только он это сделал, всякое мое сопротивление прекратилось: тело согнуло, что называется, «в бараний рог», колени притянулись к подбородку, руки сложились на груди, и все тело вынужденно приняло позу эмбриона. Тварь оставила меня лежать так, и отошла, любуясь полученным результатом.
– Ну вот, теперь не подрыгаешься!
Нас снова тряхнуло, свет замигал, что-то ухнуло, начались ритмичные гудки.
– Желтый Он, не успею! Ну ладно, вот спустимся, и я поквитаюсь с тобой сполна!
Он схватил меня за волосы, и поволок в открывшийся в стене проем. Проехавшись на спине по нескольким темным переходам, я оказалась в небольшом помещении, походившем на трюм рыболовецкого сейнера, по крайней мере, запах стоял тот еще. «Красный» бросил меня лицом к стене, и я потеряла счастье лицезреть достижения инопланетной науки и техники. Он возился за моей спиной, ворча и поскрипывая, а потом пол вздрогнул, и я потеряла сознание.