Ася
Шрифт:
— Для Бурцева есть должность начальника штаба батальона в другом гарнизоне. Капитана ему, когда получать?
— Через год.
— Оформляйте и досрочно на капитана. Такой вариант устраивает?
— Так точно, — ответил Егоров, — я ему подписал рапорт на учёбу в академию.
— Ну, вот и хорошо,
Закончив разговор, Егоров улыбнулся и посмотрел на Щеглова.
— Вот и проблемы все решились, товарищ командир полка.
— Сплюньте, Егор Иванович. Министр подписывает приказ на командира полка — всё может быть. Надо Бурцева вызвать, пусть готовится к отъезду.
Бурцев осторожно постучал. Егоров его встретил у двери.
— Садись, Вася, будем говорить.
Немного помолчали.
— Ну, как ты, Вася, всё обдумал?
— Я об одном сожалею, что не успел его тогда прикончить.
— Ну, и что бы тебе это дало? Тюрьма или самому пуля в лоб. А у тебя перспективы, Вася. Подписан приказ, ты назначен начальником штаба батальона в другой полк, и капитана ты получишь досрочно.
Бурцев заметно воспарял духом, на его лице появилась улыбка.
— Когда убывать к новому месту службы?
— Завтра и убывай, роту передай Шилову. Как, он роту потянет?
— Я думаю, справится.
Бурцев, попросив разрешения выйти, направился к двери.
— Подожди, — почти у самой двери остановил его Егоров.
— Я тебя очень прошу, не трогай Асю. Найди в себе мужество простить. Если нет, то уйди как истинный мужчина.
Время пролетело быстро. Бурцев сдал роту и получил предписание в другую часть. Полк, куда он ехал, стоял
— Я пришел за своими вещами, Ася.
— Чемодан собран, в шкафу стоит. Мне Генка сказал, что ты едешь к новому месту службы. Успехов тебе, Вася!
Бурцев посмотрел на Асю, ему стало жаль её. Он подумал, что, в сущности, она решила его судьбу и судьбу многих офицеров. Она ценой своей чести защитила честь его и всех. Получи полк «двойку», был бы полнейший разгром. Но потом он вспомнил голого полковника у себя на диване и ему стало не по себе.
— Прощай, Ася, — он шагнул к двери, и уже выходя, добавил, — с разводом тянуть не будем.
Однако не выдержал и оглянулся. В углу сидела неподвижно вся бледная Ася. По её щекам медленно текли слёзы. Ася, которая, защитила полковника, а может быть, сохранила жизнь и самому Бурцеву взмахом своей женской руки — стала той песчинкой в природе, из-за которой все может поменяться. Эта песчинка перетянула чашу весов, которые уже качнулись в другую сторону, и двинулась вся лестница военной карьеры — все оказались в выигрыше. И только пулеметчик мотострелкового полка рядовая Ася Бурцева оказалась у разбитого корыта.
На Руси издавна так заведено. За ошибки верхов отвечали низы. Все шишки доставались мужику. Но последней в цепи виноватых всегда была баба. На ней-то, горемыке, и отыгрывались.