Астор-Холт

Зинина Татьяна

подземелья императорского дворца.

И вроде бы всё было предельно просто, ведь за такое количество преступлений против империи

этого человека не могло ждать никакое другое наказание кроме казни, но... Несмотря на всё это

Дерилан не мог так просто отправить на тот свет отца своей любимой супруги. И даже тот факт, что

именно он несколько часов назад сам чуть её не угробил, не позволял принцу принять столь простое

и правильное, на первый взгляд, решение.

Хотя,

Дерилан прекрасно понимал, что расчёт Сейлема был правильным, и его удар

предназначался вовсе не для дочери. Ведь он был уверен, что на ней медальон, который не позволит

никакой враждебной магии нанести ей вред. Но всё оказалось совсем иначе... И когда Лем понял, что

натворил, у него оставался всего один шанс не позволить его Трил погибнуть. И в тот момент перед

ним стал выбор... трудный и жестокий. Страшный выбор между собственной свободной и жизнью

дочери, которую он и видел то всего пару раз. И на принятие решение оставалось всего пара секунд...

А вокруг шёл бой. Кого-то из соратников Герцога уже поймали и порталом отправили в столицу, кто-то ещё умудрялся отбиваться, в надежде всё-таки спастись. Руководители армии повстанцев, да и

сами простые недовольные крестьяне с ужасом взирали, как над площадью проносятся магические

вихри и огненные смерчи, и не рискнули вступать в эту заведомо проигрышную битву. Наверно, именно поэтому она и закончилась так быстро.

Когда Дерилан вошёл в камеру, куда заключили Герцога, то лишь странно усмехнулся, невольно

сравнивая её с той, где не так давно держали его. Ведь здесь, было довольно светло, и не пахло

никакой сыростью, и даже имелась вполне сносная пусть и узкая кровать и стол с двумя стульями.

– А я всё ждал, когда же ты явишься, - мрачным голосом выдавил Лем, салютуя принцу связанными

руками.
– Уж было начал думать, что про меня забыли.

– Поверь, теперь я про тебя точно не забуду. Никогда, - ровным тоном отозвался Дери, усаживаясь

на стул.
– Ты даже не представляешь, чего мне стоит сейчас сдержаться и не размазать твою

физиономию по соседней стене. Но... судить тебя буду уже не я.

– Неужели сам император?!
– усмехнулся Сейлем.
– Какая честь!

– Нет, - ответил принц, качая головой.
– И даже не Шиан.

– И кто же тогда вынесет мне приговор?!
– с иронией поинтересовался мужчина.

– Трилинтия...
– выдавил Дери, опуская глаза.

Услышав это имя, Лем тут же изменился в лице, и поспешил опустить глаза.

– Как она?
– произнёс он мгновенно севшим голосом.

– Плохо, - честно ответил Дерилан.
– Этот удар был для неё слишком сильным. Лекари удивлены

как она вообще до сих пор дышит.

–

Но ты хочешь, чтобы именно она решала, как со мной поступить.

– Да, во всём, что касается тебя, решать будет только Трил, всех же остальных будут судить по

общим правилам, - отчеканил принц.

– А если она не поправится?!

– Лучше молись, чтобы она выздоровела, ведь иначе тебе придётся иметь дело со мной, и уж

поверь, что я соберу всю свою жестокость, чтобы ты не смог покинуть этот мир легко и быстро.

Когда дверь за младшим принцем закрылась, Сейлем ещё долго лежал и смотрел в потолок, переваривая всё услышанное. Нет, он не строил иллюзий относительно своей судьбы, но и никак не

ожидал, что право выносить приговор достанется именно его дочери. Единственной, возможно даже

любимой, которая разрушила все его многолетние достижения и планы, и которую он собственными

руками почти прикончил.

Наверно, будь жива Элира, она бы даже думать не стала, ведь за свою девочку была готова на всё.

А он... Сейлем... Для него ребёнок был помехой на пути к своим жутким целям по захвату власти.

Именно поэтому он и уговорил принцессу оставить девочку у знахарки, а после предпочёл просто

про неё забыть. Но, судьба всё равно оказалась сильнее, пусть и снова сыграла против него.

Что думал обо всём этом Дери?! Да много чего, и он бы с радостью согласился, чтобы и Холта

судили вместе со всеми, но очень боялся, что если закономерный приговор приведут в исполнение, Трил будет очень расстроена. Ведь, какой бы сволочью ни был Сейлем Холт, он всё-таки её отец.

Дери ни на секунду не верил, что его любимая не выживет, хотя лекари так уверены не были.

После встречи с леденящей волной собственного отца, она почти погибла... и если бы не странный

порыв самого Лема, слово "почти" можно было бы убрать. Но он вовремя оказался рядом, и смог

остановить процесс замораживания. Остановить... но, увы, не обратить. И теперь многие органы

Трил оказались попросту скованы магическим льдом, который не давал им работать нормально. Но...

она была жива, хоть и без сознания, и ни один лекарь не мог сказать, когда же она очнётся, и очнётся

ли вообще.

Но Дери знал, что если будет хоть один шанс на её выздоровление, он им обязательно

воспользуется. Сделает всё, чтобы вырвать свою Трил из лап самой смерти, потому что больше не

видел себя без своей взбалмошной, вспыльчивой, но такой любимой супруги.

Она влетела в его жизнь столь стремительно и неожиданно, что он сам не понял, как это

произошло. Просто одним летним вечером, поддавшись странному порыву, решил спасти из лап