Астелия
Шрифт:
— Мы празднуем нашу победу, астелианец. — Он улыбнулся, и зубы его тоже оказались перепачканы алым. — Ты желаешь разделить ее с нами?
— Ты празднуешь победу, которой еще не одержал.
Налудо равнодушно отмахнулся.
— Позже для многих моих воинов не будет возможности отпраздновать ее.
— Значит, ты нарушил наше соглашение? — спросил Роланд. — Нанес удар до срока?
Марат нахмурил тяжелые брови.
— Передовой дозор ударил первым — таков наш обычай. Нам, астелианец, ведомы многие входы и выходы из долины.
— Вы пожираете их заживо? — спросил Крэйг.
— Чистыми, — поправил его Налудо. — Не тронутыми ни огнем, ни водой, ни клинком. Такими, какими предстают они пред Единственным.
При этих его словах двое воинов-овцерезов встали и подошли к пленнице. С небрежной, почти равнодушной уверенностью они отвязали ее, сорвали с нее остатки одежды и привязали ее обратно с широко разведенными руками и ногами.
Налудр покосился на пленницу и раздвинул окровавленные губы.
— Так мы берем больше силы. Я и не ожидал, что ты поймешь это, астелианец.
Девушка затравленно озиралась по сторонам. Глаза ее покраснели от слез, тело дрожало от холода, губы посинели.
— Пожалуйста, — взмолилась она, увидев Роланда. — Прошу вас, сэр. Помогите, пожалуйста!
Роланд встретился с ней взглядом и медленно двинулся к камню, к которому она была привязана.
— Обстоятельства изменились. Нам придется поменять планы, чтобы не отстать от событий.
Налудо, хмурясь все сильнее, следил за ним взглядом.
— Как поменять, астелианец?
— Сэр! — не унималась девушка, сморщившись от слез и страха. — Прошу вас, сэр…
— Ш-ш-ш, — произнес Роланд. Он положил руку ей на волосы, и она замолчала, сдавленно всхлипывая. — Нам нужно ускорить выступление. Войска в гарнизоне могут подготовиться к нашей атаке.
— Пусть готовятся, — лениво бросил Налудо, прижимаясь к одной из женщин. — Мы и так вырвем зубами их слабые животы.
— Ты ошибаешься, — возразил Роланд достаточно громко, чтобы его слышали все собравшиеся у пруда мараты. — Ты ошибаешься, Налудо. Мы должны атаковать одновременно. На рассвете.
На вершине холма воцарилась такая тишина, словно мараты боялись даже вздохнуть.
Все переводили взгляд с Роланда на Налудо и обратно.
— Ты сказал, что я ошибаюсь, — медленно произнес Налудо.
— У твоего народа младшие слушают старших — так, вождь клана Овцереза?
— Так.
— Значит, ты, молодой вождь, послушаешь меня. Я был здесь, когда астелианцы в последний раз бились с твоим народом. И не было тогда никакой славы. Никакой доблести. Даже битвы толком никакой не было. Скалы опрокидывались на ваших людей, а трава спутывала им ноги. Огонь бежал по земле, огонь захлестнул их и уничтожил всех. Не было ни схватки, ни поединка, ни Испытания крови. Они умерли, как безмозглые животные в капкане, ибо стали
— Ты оскорбляешь память отважных воинов…
— Которые умерли потому, что не использовали всех своих преимуществ, — рявкнул Роланд. — Веди своих людей на смерть, Налудо, если таково твое желание, но я не буду в этом участвовать. Я не желаю тратить жизни моих воинов в попытке одолеть рыцарей готового к нападению гарнизона.
Еще один марат — тоже из овцерезов — встал и шагнул к ним.
— Он говорит как астелианец. Как трус.
— Я говорю правду, — возразил Роланд. — Если ты мудр, молодой воин, ты прислушаешься к словам старшего.
Несколько секунд Налудо молча смотрел на него. Потом резко выдохнул.
— Астелианцы бьются, как трусы. Заставим же их помериться с нами в Испытании крови прежде, чем они смогут подготовить своих духов, чтобы спрятаться за ними. Мы нападем на рассвете.
Роланд кивнул.
— Значит, праздник завершен?
Налудо покосился на дрожавшую под рукой Роланда пленницу.
— Почти.
— Пожалуйста, сэр, — прошептала девушка. — Пожалуйста, помогите.
Роланд внимательно посмотрел на нее и кивнул, взяв другой рукой за подбородок.
А потом резким движением сломал ей шею. В наступившей на вершине холма тишине хруст показался особенно громким. Еще пару секунд глаза ее потрясенно смотрели на него. Потом взгляд ее медленно угас.
Он отпустил голову мертвой девушки, и она упала, с глухим стуком ударившись о камень.
— Теперь кончился, — сказал он Налудо. — Будь на месте с восходом солнца. — Он побрел через круг обратно к Крэйгу, стараясь не выказывать хромоты.
— Астелианец, — прорычал Налудо с плохо скрываемым бешенством.
Роланд задержался, не оборачиваясь.
— Я запомню это оскорбление.
— Ты только будь на месте в срок, — сказал Роланд.
Не оглянувшись, он зашагал вместе с Крэйгом дальше, вниз по склону, к носилкам. Крэйг, насупившись, держался рядом. Где-то на полпути вниз желудок у Роланда свело судорогой, и ему пришлось остановиться, низко опустив голову и покачиваясь на больных ногах.
— Ты что? — негромко спросил Крэйг.
— Ноги разболелись, — солгал Роланд.
— Ноги у него разболелись, — все так же тихо буркнул Крэйг. — Астелы, да ты ведь убил эту девочку.
Роланд все еще боролся со своим желудком.
— Да.
— И тебя это ни капельки не трогает?
— Ни капельки, — снова солгал тот.
Крэйг покачал головой.
Роланд сделал вдох. Потом еще один. Приступ тошноты вроде бы прошел.
— Она была уже мертва, Крэйг, — устало произнес он. — Скорее всего, ее родных и друзей сожрали заживо у нее на глазах. Она просто была последняя в очереди. Даже если бы нам удалось вытащить ее отсюда целой, она видела слишком много. Нам все равно пришлось бы самим убрать ее.