Астелия
Шрифт:
Марат сделал попытку встать и снова упал на хвою: подломилась нога. Роланд отвернулся и не спеша пошел к ближнему дереву, на ходу оценивая ситуацию.
Крэйг стоял на краю поляны лицом к лесу. Поза его напоминала балетное па: меч вытянут параллельно земле, свободная рука отведена в сторону. Рядом с ним валялся на земле обезглавленный овцерез, ноги которого, явно не осознав наступившей уже смерти, продолжали скрести по земле. Нападавший на Крэйга марат стоял на коленях, опустив голову, раскачиваясь из стороны в сторону
На противоположном краю прогалины продолжала мурлыкать что-то себе под нос Кара; она даже не потрудилась слезть с лошади. Кусок земли перед ней, похоже, внезапно превратился в трясину. Ни марата, ни его овцереза не было видно, но илистая грязь слегка колыхалась, будто кто-то невидимый продолжал биться там, под ее поверхностью.
Водяная ведьма поймала его взгляд.
— Нравится мне, — сообщила она безмятежно, — как пахнет земля после дождичка.
Роланд не ответил. Вместо этого он выбрал на дереве сук потолще, подрезал его кинжалом и отломал. Потом, не обращая внимания на удивленные взгляды спутников, убрал кинжал в ножны, взялся за сук обеими руками и, оставаясь недосягаемым для марата с его ножом, размозжил тому голову.
— Тоже правильное решение, — кивнул Крэйг, — не надо вытирать потом кровищу.
Роланд отшвырнул сук в сторону.
— Чуть больше крови, чуть меньше — невелика разница, — возразил он.
Крэйг вернулся на середину поляны к лошадям. Достав из кармана носовой платок, он старательно вытер им клинок.
— Моя кровь в полном порядке. Она доставляет эстетическое наслаждение. Мог бы попросить — я бы сделал это и за тебя.
— Он мертв, — сказал Роланд. — Со своими делами я разбираюсь сам. — Он покосился на Кару. — Ну что, теперь довольна?
Водяная ведьма улыбнулась ему, удобно устроившись в седле, и притворно вздохнула.
— Может, еще немного дождичка?
Роланд покачал головой и повернулся к лесу.
— Налудо! — крикнул он. — Ты видел, что они задумали.
Он не без некоторого удовольствия наблюдал за тем, как напряженно застыл в полуобороте Крэйг и даже Кара затаила дыхание. Бывший курсор улыбнулся и взялся за поводья своей лошади, похлопав ее по шее.
Откуда-то из-под деревьев донеслось довольное «ха!».
Зашуршали кусты, и на поляне появился четвертый марат. У этого глаза были того же необычного золотистого оттенка, как и у шедшей за ним по пятам птицы. Нож его висел на поясе, руки были пусты — но помимо ножа у него был меч, обернутый в кусок шкуры и повешенный на плечо. На руках и ногах его были повязки из трав, а лицо почти сплошь покрывали царапины и ссадины. Марат остановился в нескольких шагах от тройки астелианцев и поднял руки ладонями вперед и вверх.
Роланд откликнулся таким же жестом и сделал шаг вперед.
— Я был вынужден сделать то, что сделал.
Налудо опустил взгляд на лежавшее
— Ты был вынужден поступить так, — согласился он. — Но перестарался. Встреться они со мной открыто, я убил бы только одного. — Марат хмуро смерил Кару пронзительным ястребиным взглядом, потом точно таким же — Крэйга. — Обитатели Мертвой земли. Хорошо бьются.
— Время поджимает, — буркнул Роланд. — Все ли готово?
— Я шо-вин своего племени. Они пойдут за мной.
Роланд кивнул и повернулся к лошади.
— Раз так, мы едем.
— Погоди. — Налудо поднял руку. — Есть одна сложность.
Роланд остановился и оглянулся на вождя маратов.
— Прошлым солнцем я охотился на людей совсем недалеко отсюда.
— Не может быть, — нахмурился Роланд. — Сюда же никто не ходит.
Марат снял с плеча меч и ловким движением освободил его от шкуры. Он сунул его вперед так, что острие вонзилось в землю в каком-то шаге от Роланда.
— Я охотился на людей, — повторил Налудо так, словно Роланд ничего не говорил. — Двое мужчин, взрослый и молодой. Взрослый повелевал духом земли. Моя чала, самка вот этого, — он положил руки на покрытую перьями спину овцереза, — убита. Она ранила старшего. Я преследовал их, но молодой был ловок и увел меня со следа.
Крэйг шагнул вперед и выдернул меч из земли. Тем же платком, которым только что вытирал кровь со своего меча, он стер с клинка грязь.
— Легионерский, — задумчиво сообщил он. — Судя по форме, выкован несколько лет назад. Ухоженный. Ни следа ржавчины, никаких старых царапин. — Он снял перчатку и, прикрыв глаза, коснулся пальцем острия. — Его хозяин умел им пользоваться. Полагаю, это разведчик-легионер. Или из бывших.
Роланд со свистом втянул в себя воздух.
— Налудо. Те двое, за которыми ты охотился. Они мертвы?
Налудо пожал плечами.
— У старшего кровь лилась ручьем. Его дух унес его, но вряд ли его хватило надолго. Младший хорошо бегал. Ему повезло.
Роланд сплюнул накопившуюся во рту слюну и стиснул зубы.
— Я понимаю.
— Я пришел посмотреть на долину. Я увидел, что обитатели Мертвой земли готовы сражаться. Что они сильны и держатся начеку.
Роланд покачал головой.
— Тебе просто не повезло, Налудо, не более. Нападение принесет твоим людям победу.
— Я не уверен. Мараты пришли. Много кланов пришло. Но хотя они не любят твоих людей, меня они любят ненамного больше. Они пойдут за мной ради победы — но не ради резни.
— Все готово. Твои люди вычистят долину, принадлежавшую вашим отцам и матерям, а мой господин проследит за тем, чтобы ее вернули вам. Так он решил.
Губы Налудо скривились в подобии презрительной ухмылки.
— Твой шо-вин. Шо-вин Аквитейна. Носишь ли ты его тотем?