Assистент с причудами
Шрифт:
— Да бросьте вы. — Мужчина обогнал меня и преградил дорогу своей фигурой. — Вы хромаете. И раны надо промыть. Если не хотите в больницу, давайте хотя бы до процедурной вас провожу. Ссадины надо обработать.
— Слушайте, — выдохнула, попутно собираясь достать телефон и проверить, светит ли мне еще уехать в Москву раньше восьми вечера. — У меня к вам нет никаких претензий. Я не стану обращаться в травму или писать на вас заявление. Так что вам не о чем беспокоиться.
— Женщины, — выдохнул мой новый знакомый тоном вселенской усталости
Наконец, выудила телефон из кармана. Экран оказался разбит вдребезги.
Просто отлично.
— Вот, я вам еще и телефон должен. Пойдемте. — Мне предложили руку, и отказаться я не смогла. Ладони уже горели, и грязь действительно надо вымыть из ран.
— С чего вы такой вежливый? — не теряя легкой озлобленности, поинтересовалась я у мужчины.
— А почему бы нет? Во-первых, я всегда вежливый.
— Сильно сомневаюсь.
— Во-вторых, рядом с милой девушкой как-то само собой получается быть приятным собеседником. — Мое едкое замечание мужчина пропустил мимо ушей.
— Я не говорила, что вы приятный собеседник, — заметила с улыбкой.
— Это вы меня пока плохо знаете.
Мы дошли до процедурного кабинета, в который местный хозяин ввалился без стука.
— Богдан Георгиевич, мы к вам. — Меня затянули внутрь. — Я тут девушку сбил, от больницы отказывается. Посмотрите?
— Конечно, Виктор Олегыч, проходите.
— Я оставлю вас, — шепнул «Виктор Олегыч», подведя меня к кушетке. — Богдан Георгиевич, я отойду на двадцать минут. Посмотрите за пострадавшей, чтобы она без меня не сбежала.
— Понял. Будет сбегать только с вами.
— Вот и отлично. — Виктор подмигнул и вышел из кабинета.
— Ну, давайте посмотрим, что у вас тут. — Врач сел на стул с колесиками и подъехал ко мне. — Как себя чувствуете?
— Прекрасно, — ответила, закатывая глаза. — Уверена, что Виктор Олегович зря переживает.
— А вот тут оставьте мне решать. Если было дорожно-транспортное происшествие, — мужчина достал фонарик и посветил мне в глаза. Его тон звучал заунывно и буднично. — Вы можете пребывать в шоке. В организме произошел серьезный выброс адреналина, так что ваше тело может вас обманывать. Бывали случаи, что пострадавшие даже с несовместимыми для жизни увечьями продолжали ходить, разговаривать и даже курили, заявляя, что ничего не чувствуют.
Как-то в горле пересохло. Но спокойный и монотонный голос врача действовал почти как гипноз, так что я не заметила, как он принялся промывать ссадину на правой руке.
— Я бы рекомендовал все равно съездить на рентген. Вряд ли, конечно, вы сломали ногу, но может быть трещина…
Тон на секунду сменился на назидательный.
— Я не говорила про ногу.
— Вас сбили, — пожал плечами Богдан Георгиевич флегматично. — Обычно удар приходится по ногам. Реже в корпус. Зная машину Виктора Олеговича, могу предположить, что удар пришелся
Голос у врача невероятно усыпляющий. Он уже и за вторую руку принялся.
— Значит, что? Значит, удар был совсем слабым. Или машина успела затормозить, или ехала медленно, например, заезжая на парковку. Так что… Если повезет, отделаетесь просто большим синяком.
Мне и повезет? Очень сильно в этом сомневаюсь.
— Я пропишу мазь, чтобы он быстрее рассосался. Хотя, конечно, будет лучше, если послушаете, что вам скажет травматолог. Мало ли… Я, пока на скорой работал, чего только не видел…
— Готовы? — Виктор Олегович заглянул в кабинет. В очередной раз без стука.
А если бы я здесь голая была? Хотя с чего бы это?
— Еще несколько минут, Виктор Олегович.
— Я подожду.
Интересно, все мужчины в этом мире игнорируют мое строгое «нет»? Или мое строгое «нет» не такое уж и строгое? Потренироваться, что ли?
— Вас починим быстро, — налепляя пластырь на коленку, продолжил Богдан Георгиевич. — А вот с одеждой нужно будет что-то делать… Надеюсь, живете недалеко?
Прямо рядом.
— А то на улице прохладно. Еще и дождь собирается. А тут такие дыры… Снимайте штаны.
— Что?
— Говорю — ногу вашу посмотрю.
А, это… Нехотя расстегнула джинсы и спустила их до колен, то и дело поглядывая в сторону двери. А то ломятся тут всякие.
— Мда… Синяк получился красивый, — протянул доктор. — По-хорошему, вам сейчас лучше не ходить. Полежать, приложить холод. И обязательно на рентген…
Да мне же домой ехать. Чуть в голос не застонала.
— Но по взгляду вижу, что не поедете. Молодежь… Радуйтесь, пока само все проходит. В старости вспомните всё.
— Жить-то буду? — перебила я стоны бывалого.
— Будешь-будешь. Главное — самолечением не заниматься. Первые сутки только холод прикладывать. Нарисуешь сетку или полежишь в ванной — только хуже расползется. Будешь ходить вот с такущим синяком, — врач умилительно развел руки в стороны, чтобы продемонстрировать масштаб возможной катастрофы. У меня столько ног нет, чтобы такой синяк получился.
— Спасибо. — Натянув джинсы на место, я попрощалась с заботливым дядькой. Чтобы столкнуть в коридоре еще с одним.
— Ну как? — поинтересовался Виктор Олегович, подхватывая у меня из рук мою куртку.
— Жить буду. Вам спасибо за беспокойство. Я поеду.
— Давайте подвезу, — предложил мужчина, не отставая от меня ни на шаг. А я старалась идти как можно быстрее.
— Не стоит. У вас наверняка есть дела…
— Дела подвинутся.
Еще раз взглянула на экран, теперь уже разбитый, чтобы проверить время. На электричку точно не успею. А значит, гулять мне хромой по Сергиеву Посаду еще несколько часов.