Assassin
Шрифт:
Справившись с секундным шоком, я побагровела.
– Ты что себе позволяешь?!..
– Мой голос шипел, словно горячий воздух, вырывающийся из трубы.
– Ты… Ты… Думаешь, это остановит меня? Я найду другой…
Я не успела продолжить, когда за спиной Рена вдруг возник невысокий молодой человек в кепке, держащий в руках белый конверт с логотипом «Flying Boats». Неуверенно переминаясь с ноги на ногу, посыльный смотрел то на меня, то на Рена, догадываясь, что стал свидетелем некоей «семейной» драмы, и теперь чувствующий неловкость за вынужденное вмешательство.
– Простите… Вы -
Рен медленно обернулся к парню и почти ласково произнес:
– Давай их сюда.
– Нет!
– Я кинулась к Рену, но тот уже выхватил конверт из рук изумленного посыльного.
– Иди-иди… - Рен подтолкнул его к выходу.
– Мы сами разберемся.
Юноша как-то неуверенно кивнул, попятился задом, затем развернулся и стремительно выбежал из квартиры.
– Отдай!
– Остановившись в шаге от Рена, я смотрела, как он нарочито медленно разрывает конверт пополам. Злость, затопившая меня в следующую секунду, едва не заставила броситься на него с кулаками.
– Ты… Подлец… Что ты вообще творишь?! Уходи из моей квартиры вон!
Я стояла, сжимая и разжимая кулаки, чувствуя, как мои щеки все сильнее пылают от гнева.
Рен выбросил две половинки недействительного больше билета на пол и шагнул в мою сторону. Не успела я заметить, как оказалась прижатой к стене.
– Я уйду… - Тихо прошептал он на ухо, крепко держа меня за руки.
– Как только ты скажешь, что не любишь меня…
Моя попытка ударить его коленом оборвалась на середине. Поднятая нога так и осталась висеть в воздухе.
– Уходи, Рен!
– Яростно прошептала я, чувствуя, что боль затапливает сердце с новой силой, а от непролитых слез саднит горло.
– Что тебе нужно от меня?
– Скажи это… Произнеси вслух… - Его губы скользили по шее, жесткая щетина царапала кожу.
– Уходи… - Продолжая выворачиваться, просила я.
– Если ты скажешь, что не любишь меня…
Я с самого начала знала, что не смогу произнести таких слов. Это был единственный капкан, откуда у меня не было шансов выбраться, и он, казалось, знал об этом.
– Иди к черту!
– Он ставил меня в тупик, заставляя мучиться от неспособности солгать.
Вместо ответа, Рен сжал мое лицо и наклонился. Спустя мгновенье наши губы встретились. Он целовал неторопливо, но за обманчивой нежностью чувствовалась слепящая взрывоопасная ярость. Едва не потеряв способность мыслить, я попыталась оттолкнуть его, но это бессмысленное действие лишь заставило Рена сменить тактику. Не потеряв прежней страсти, поцелуй стал более нежным, мучительно ласковым, оглушающе-сладким…
Я почувствовала, что теряю себя.
– Я так давно не целовал тебя… - Обжигая кожу, прошептал Рен.
– Я слишком долго этого не делал…
Говоря это, он почти касался моих губ своими, заставляя страстно желать нового поцелуя, новых волн наслаждения, которые накрывали меня, стоило подумать о том, как близко он находится. Прижатая к стене, я могла чувствовать ощущать его разгоряченное тело, каждый налитый свинцом мускул, каждый удар бешено стучащего сердца.
– Что ты делаешь… - Слова получались вялыми, мысли не желали пробираться сквозь липкое желе, которым наполнилась голова.
–
– Я хочу обладать тобой… Целиком… Каждой мыслью, каждой эмоцией… Понимаешь?
– Он смотрел мне в глаза, а я, не отрываясь, следила за его губами.
– Ты такой… сладкий… - Я уже не понимала, что говорю. Мне вдруг захотелось отбросить все доводы «за» и «против» и просто отдаться на волю его обжигающих ласк.
– Я хочу сделать тебя своей… - Его губы мягко прошлись по щеке, вызывая новый, скручивающий узлом спазм. Мне показалось, что ткань джинсов, отделяющая нас друг от друга должна исчезнуть. Во что бы то ни стало… Понимая, что соскальзываю в пропасть, я едва слышно прошептала:
– Делай.
Он не заставил себя ждать. Жарко, почти яростно набросившись на губы, Рен с силой вжал меня в стену, подминая, раздавливая собственным весом, заставляя задыхаться в сладкой истоме и жаждать нового глотка убивающего наркотического наслаждения, которым являлся сам.
Он целовал и гладил, заставлял плакать и стонать, возносил и низвергал…
Я не заметила, когда это произошло, лишь на мгновенье почувствовав, как сильные руки приподняли меня, чтобы секундой позже плавно, но неотвратимо опустить вниз, где мое жаждущее любви тело, наконец, заполнилось раскаленным желанием.
Я кусала и терзала его плечи, в то время как он продолжал двигаться в демоническом танце, растерзывая, разрывая и наполняя одновременно. Я хрипела и выгибалась, чувствуя, как его сильные руки крепко держат, одновременно позволяя бесконечно падать в далекие неведомые глубины, как его губы нежно просят и жестко приказывают отдать что-то ведомое лишь ему одному. Яркие и чувственные всполохи сплелись в бесконечную слепящую полосу, что неукротимо несла к бескрайнему океану страсти, каждое движение все сильнее подталкивало к неизбежному, но так мучительно желаемому и притягательному финалу. Будучи неспособной остановиться, я позволила себе отдаться ему до конца, рассыпаться миллионами звезд среди сияющей пустоты, раствориться в сладком забвении среди огней, которые мерцая и переливаясь, уносили меня в теплую негу небытия.
Какое-то время спустя, я почувствовала, как сильные руки опустили меня на что-то мягкое, и укутанная заботой и лаской, чувствуя его теплое дыхание рядом с собой, я спокойно уснула.
Боже! Если существовал предел человеческой глупости, то я его нарушила. Я поставила новый рекорд. Лежа в собственной постели, я чувствовала, что, уткнувшись в грудь Рена, боюсь открыть глаза. Теперь мне не хватит смелости посмотреть в его лицо, не хватит духу улыбаясь проводить до двери, не хватит сил, чтобы жить после этого дальше.
Слушая его дыхание, я боялась пошевелиться. Я снова отдала все. Все что имела, все что скопила, все, что когда-нибудь появиться. Мне не было жаль отдавать, вот только я не могла представить, где взять новые силы, чтобы и дальше идти по этой сложной дороге в одиночку, если он и на этот раз захочет уйти. Захочет уйти… Я жмурилась и вздрагивала всякий раз, когда эта фраза повторялась в голове.
– О чем ты думаешь?
– Раздался тихий голос Рена прямо над ухом.
– О тебе.
Его пальцы нежно гладили меня по плечу.