Ассасины
Шрифт:
Спустя какое-то время возле старых развалин воцарилось спокойствие и относительная тишина. Только слышно было, как негромко шлепают по воде большие колеса плавучей мельницы, и птичка в зарослях камыша тоскливо выводила свое бесконечное «Тиу-у… тиу-у… тиу-у…».
Глава 8
Золотая Винета
Прошло три года с тех пор, как Ярилко-Вилк стал учеником волхва Морава. До наречения новым именем он носил изрядно потрепанные рубаху и портки, сшитые из одежды деда Вощаты. Они служили ему оберегами; так у русов было заведено издревле. После того как он поселился в святилище Рода, волхв
На них у пояса были нашиты различные обереги, чеканенные из тонкой меди, но их никто не видел, потому что русы носили рубаху навыпуск.
Теперь Вилка было не узнать. Он сильно подрос, раздался в плечах, но был худым и выглядел старше своего возраста. Простодушное, открытое лицо парня, на котором легко можно было прочесть все его мысли и желания, превратилось в бесстрастный и холодный лик. То, что он познал, обучаясь разным премудростям, не только состарило, но и наполнило его какой-то внутренней силой – внешне незаметной, но на самом деле страшной и разрушительной.
Сначала Морав сделал ему ритуальную татуировку – на левой части груда, напротив сердца, выколол большое изображение головы волка с хищно открытой пастью. Наколотые места волхв несколько раз протер соком каких-то ягод, и когда ранки от уколов поджили и Морав снял с татуировки повязку – кусок холстины, пропитанный целебной мазью, – оказалось, что подробно исполненный рисунок был темно-красного цвета.
А затем волхв дал Ярилке заповеди, которым он должен был следовать всю свою жизнь: уверуй в Рода и уверуешь в себя; относись с почтением к другим богам русов; чти память предков; никогда не бойся, ибо кто боится, умирает при жизни; относись к ближним так, как хочешь, чтобы они относились к тебе; не гневись на плохих людей – они сами себя накажут; не забывай обиженных и помогай им; относись с почтением к волхвам.
Кажется, все просто, но как же сложно было следовать этим заповедям! Когда Ярилко-Вилк появлялся в селении, многие относились к нему с почтением, хотя он еще не стал волхвом, но только не сын вождя Всегорд. Он тоже вырос и стал еще сильнее. И никогда не упускал случая покуражиться над Вилком. Временами эти «забавы» становились чересчур злыми, и все равно приходилось терпеть, хотя Ярилко мог покалечить, а то и убить Всегорда одним ударом.
Кто бы мог подумать, что Морав – превосходный боец!
Но его техника была совершенно иной, чем у Вощаты. Если дед налегал на силу и выносливость, то волхв использовал в поединках несколько иные принципы. Они заключались в молитвенном внушении. Сначала Вилк долго не мог понять, как достичь состояния, о котором рассказывал Морав. И только спустя год после начала обучения юноша однажды добился желаемого. И на какой-то миг оторопел – это было невероятно!
В тот день они тренировались с дедом. Волхв, как и обещал, регулярно отпускал Ярилку домой – в последний день недели, и Вощата уединялся с внуком на заветном островке. Там они могли и беседовать без лишних ушей и глаз, и совершенствовать боевые навыки Вилка. Юноша не рассказывал деду, чем он занимается у Морава, а тот и не спрашивал; все, что касалось жизни волхвов, было для русов табу.
На этот раз они дрались на мечах. По-настоящему, до первой крови. Это был последний этап обучения, а Вощата относился к воинскому делу очень серьезно, потому что от выучки и сноровки воя зависела его жизнь. Деда не смущало, что Ярилко будет волхвом; он знал, что в случае
Несмотря на преклонные годы Вощата управлялся с мечом превосходно. Он будто молодел, когда раздавался звук удара стали о сталь. Конечно, целый день он не смог бы простоять в лаве, как прежде, но с утра и до обеда – запросто. Хорошо обученный воин умеет расслабляться даже на поле боя. Это всего лишь мгновения, но они помогают ему справиться с усталостью, когда оружие становится таким тяжелым, что его просто не поднять.
Дед и внук уже упражнялись битый час, и Ярилко все это время старался войти в то состояние, которое Морав называл «жива» – неимоверно быстрая концентрация всей энергии человека, всех его душевных и физических сил. И наконец получилось! Неожиданно все движения деда замедлились, а он сам начал передвигаться, как показалось юноше, с неимоверной скоростью. Какое-то время Вилк отражал удары меча Вощаты по инерции (практически не прикладывая особых усилий), потому что никак не мог прийти в себя от дикого изумления, а затем, сообразив, что с ним приключилось, он проигнорировал, казалось бы, неотразимый выпад деда, крутанулся по-особому и, оказавшись позади старика, приложил свой меч к его горлу и сказал:
– Все, бою конец. Сдавайся, деда.
– Ах ты, мать честная! – охнул Вощата. – Я такому приему тебя не учил. Это как же у тебя получилось?!
– Нечаянно… – уклонился Ярилко от прямого ответа.
Морав наказал не говорить, чем они занимаются, никому, даже деду Вощате. При этом волхв пригрозил юному отроку разными карами, которые пошлет на него Род. И Вилк строго следовал этому наказу. Впрочем, Вощата не страдал излишним любопытством, а сверстники Ярилки и вовсе его начали побаиваться (за исключением сына вождя), поэтому доверительных бесед с ним не вели.
– Нечаянно, говоришь? – Вощата криво улыбнулся. – Знаю, знаю, что теперь между нами стоит Морав. Поэтому твои уста для меня закрыты. Но на то воля богов… Похоже, Морав умеет не только раны лечить и заговаривать зубную боль, но и мечом орудовать не хуже, чем опытный и бывалый гридень.
Ярилко потупился. Ему нечего было ответить деду…
Конечно же, Морав учил Вилка не только умению концентрироваться в бою или во время лечения. (Правда, во втором случае это было несколько иное состояние, помогавшее при пользовании больных и увечных; в такие моменты в груди юноши, казалось, расцветал дивный цветок.) Он показывал ему разные травы, объяснял, как ими пользоваться, когда собирать и как сушить. Все эти знания Ярилке приходилось заучивать наизусть и повторять по многу раз, как и молитвы Роду.
Теперь Вилк понял, почему знахарки при полной луне отправляются на ночь в лес. Он не раз видел их тихий, незаметный исход из городища. Оказывается, полнолуние – лучшее время для сбора лекарственных трав и кореньев. В это время они обладают наибольшей силой.
Науки, которые преподавал Морав, были самыми разнообразными, а иногда и очень сложными, малопонятными. И только после многократный повторений одного и того же в голове Ярилки словно загорался свет, и он вдруг начинал понимать, как, оказывается, все легко и просто. Волхв учил, как можно одним и тем же ядом убить человека, а как вылечить. Учил «заговаривать» болезни и раны, показывал разные камни и объяснял, как они влияют на человека. Особенно много Морав уделяя внимания деревьям и воде.