Ассасин
Шрифт:
– Артас. Можно сказать, по существу Арагорнов крестник.
Образ наблюдателя резко стянулся в линию, которая тут же свернулась в шарик, светящийся белым светом. Шарик сделал круг над моей головой и нырнул в клубившийся внизу туман. Я еще раз посмотрел в направлении Артаса, пытаясь запомнить его черты, одновременно ощущая, как в реальности меня трясут за плечо, видимо, пытаясь разбудить.
Как ни странно, но, несмотря на все наши опасения, до корабля мы добрались без приключений. Возможно, это была просто удача, а возможно, по предположению волчицы, Тороф надавил на какие-то свои связи, ибо количество патрулей вокруг гостиницы увеличилось в разы. Причем ни один из патрульных не нес
– Как-то все слишком просто, – он с сомнением покачал головой. – Я еще понимаю местное отребье, которое трясется за свою шкуру, но в городе хватает и профессиональных охотников за наградами, которые за такую сумму готовы еще и не так рисковать.
– Похоже, нас просто пугнули, заставив уйти из города, – пожала плечами Ри. – У меня было такое предчувствие, но рисковать не хотелось.
– Согласен, этот паренек слишком уж выставлял себя напоказ, и ты клюнула…
– Ну уж извини, – фыркнула волчица. – Не сдержалась…
– Не в том суть, – отмахнулся Тороф. – Из города все равно надо было уходить, слишком много там акмиловских прихвостней ошивается, однако зачем-то им понадобилось заставить вас удалиться как можно быстрее.
– Действительно, странно как-то, – согласилась Таиль, задумчиво глядя в сторону удалявшегося берега. – Не проще было бы тихонько перебить их всех где-нибудь в подворотне.
– Ну, думаю, это не так просто было бы сделать, подруга, а кроме того, они явно не хотели поднимать шума…
– Бред какой-то, – Тороф взъерошил бороду рукой. – Если исходить из этих рассуждений, то эти неведомые «кто-то» явно знают все не только о нашей миссии, но и вообще все о нас.
Да уж, какая-то нестыковочка. Я задумался.
Действительно, если предположить, что магеры опознали в нас своих преследователей, то им проще было сидеть и не высовываться, воспользовавшись защитой своих покровителей. Если же кто-то опознал в Ри агента Рамиона, то зачем делать мишенью меня? Ну а если со мной решил разобраться наш новый знакомый Алашар… Нет, а ему-то подобное зачем? Он может подождать, пока я покину город, и уж затем посчитаться со мной.
Я зябко повел плечами, припомнив нашу короткую схватку. И тут мне на ум пришла совершенно дикая мысль, что весь этот концерт с портретом устроен не кем иным, как Арагорном. А если именно ему, загадочному для меня богу, зачем-то понадобилось, чтобы я срочно покинул город? В принципе, возможно, только вот зачем?
Я хотел было поделиться своими размышлениями с друзьями, но передумал, решив, что вскоре все само собой объяснится.
Погони, которой ожидал Тороф, не было, что, пожалуй, подтверждало мое предположение о причастии Арагорна ко всей этой кутерьме. Я высказал свою догадку Таиль, и эльфийка, подумав, согласилась, однако тоже не могла даже предположить, зачем это ему нужно. К вечеру корабль бросил якорь в устье реки Айталь, которая, по словам Ри, брала свое начало в отрогах Карголыма и вдоль которой должен был пролегать наш дальнейший путь.
Перед высадкой устроили небольшое совещание на тему «Как быть дальше», в результате которого было решено, что наша команда продолжит поход к разрушенной столице Арании, а гном отправится в Рамион, дабы лично
– До того как Райзен обнаружил эти записи о кузнеце, мы что-то подобное планировали, но никак не могли набрать команду…
– Кстати, – перебил я Ри, – всегда хотел тебя спросить, почему именно нас выбрал маг для этого похода, да еще доставил к себе таким странным способом.
– А этот старый проходимец вам разве ничего не объяснил? – удивился гном, вопросительно посмотрев в сторону волчицы, которая в ответ только пожала плечами, будто говоря: «Если хочешь, то расскажи».
– Может, сама расскажешь?
Девушка вздохнула и, бросив на гнома гневный взгляд, пояснила:
– С этим кристаллом не все так просто, как кажется…
– Да уж куда сложнее, грудастая, – проворчала Таиль, но Ри проигнорировала этот непонятный для меня выпад эльфийки, продолжив свое объяснение, хотя на мгновение в ее голосе послышались нотки раздражения.
– Дело в том, что кристалл Дайлорана не каждому позволит прикоснуться к себе, а большинство даже приблизиться-то к нему не смогут, не говоря уже об использовании его силы… И вообще, за всю его историю нашлось только несколько человек, которые могли это сделать. Ну, двоих вы знаете.
– Кузнец и император Арании. Еще кто-то? – Я вопросительно посмотрел на волчицу.
Та утвердительно кивнула:
– Пара магов Райгонии, которые запечатывали данный кристалл, и отец Тавора.
– Странно. – Эльфийка удивленно вскинул тонкие брови. – А почему его отец сразу не забрал камень в крепость, ведь, насколько я понимаю, именно это от нас сейчас требуется.
– Не знаю, – вздохнула Ри. – Райзен тоже постоянно задавался этим вопросом, однако никаких записей на сей счет у отца не нашел. А когда обнаружил, что кристалл стал оживать, сразу же принялся за создание специального поискового заклятия, которое позволило бы отыскать существ, способных ему, Райзену, помочь.
– Значит, тот вихрь…
– Правильно, – подтвердила волчица мою догадку. – Благодаря этому заклинанию вы и попали в крепость, а это значит, что тот, кто может взять кристалл, находится среди вас.
– Это, конечно, если заклятие верно сработало, – заметил гном, ухмыляясь в бороду.
– А разве оно может дать осечку? – удивился я.
– Ну, ты это лучше у самого Райзена спроси, особенно про обгоревший потолок в его лаборатории.
Высадка прошла спокойно, хотя около получаса пришлось подниматься на лодках вверх по течению, так как напротив стоянки корабля берег был слишком топкий, а выше корабль пройти не мог из-за того, что фарватер был неизвестен и существовала большая опасность наткнуться на мель. Вообще-то, по словам Торофа, раньше Айталь была судоходной рекой, но в последние годы обмелела, и по ней рисковали ходить лишь баржи-плоскодонки, у которых осадка была значительно меньше, чем у торговых судов. Как бы там ни было, но, выгрузившись на небольшом песчаном пляжике и простившись с провожающим нас гномом, мы пошли рядом с рекой, не желая до поры до времени углубляться под своды растущего вдоль берега леса. Однако вскоре берег вновь стал топким, и нам пришлось лезть в местные дебри, ежесекундно отбиваясь от полчищ комаров. В очередной раз хлопая себя по лбу, дабы прибить особенно наглого кровососа, я с грустью подумал, что, видимо, комары, тараканы и мухи – это некое глобально-мелкое мегазло, распространенное по всем мирам. Наверное, какой-нибудь любитель биологии мог бы насчет этого со мной поспорить, говоря о полезности всех тварей в общем биоценозе планеты. Однако, когда меня кусают со всех сторон, я не могу успокаивать себя сведениями о том, что этими насекомыми питаются птички, ибо сейчас настырные твари питаются мной.