Ассасин
Шрифт:
– У меня брату плохо стало. Приступ. Сердцем мается парнишка. Такой молодой, а весь болезный. Врачи сказали это с рождения у него. А нитроглицерина нет. Помрет ведь парень. Такой молодой ещё.
Я врал, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно жалобнее, и вызвал слезы у неокрепшей духом. Поселил сомнения в ещё не обросшей броней цинизма душе девушки.
– Скорую вызывайте.
Девушка была неприступна. Пока. Но я упорствовал:
– Вызвал, да только поспеет она как раз по похоронам.
"Навык "Манипулятор" улучшен".
Есть!!! Она дрогнула.
– Что вам нужно?
– В смысле?
– переспросил я.
– Спрей или таблетки?
– А что быстрее подействует.
Девушка посмотрела на меня с лёгким подозрением.
– Давайте спрей, - поспешно сказал я, чувствуя, как моя легенда стремительно ломается от банального незнания теории.
– Сейчас.
Девушка отошла от прилавка и скрылась в подсобке. И в душе появилась было лёгкая тревога, что никакого спрея она мне не принесет. Вызовет копов, которые скрутят меня и отправят на нары за покушение на смертоубийство. И придет мой затее финиш. Интересно, сработает ли манипулятор, когда я буду нагло врать в лицо следователю?
Я украдкой посмотрел на дверь. Но штурмовая группа в двери ломиться не спешила.
– Держите.
На прилавок легла картонная коробка, в которой звякнул металл флакончика, а следом и пара пластинок с полупрозрачными красноватыми драже.
– А это чего?
– непонимающе уставился на второй товар я.
– Новая форма. Быстрорастворимые оболочки, а внутри жидкое лекарство, - пояснила девушка с готовностью и заговорщически продолжила, - Берите. Брату пригодится.
– Все?
Дико захотелось продолжить спектакль, в результате которого копеечное вещество досталось бы мне ещё и бесплатно. Лишь великим усилием воли я подавил в себе эту тягу к лицедейству.
– Да, девушка, - я положил на прилавок купюру чуть большего достоинства, чем стоил препарат.
– Огромное спасибо. Вы жизнь человеку спасли!
Торопливо схватив препарат с прилавка, я бросился к двери. Не стоило забыть, что где - то в квартире одного из окрестных домов, умирал от сердечного приступа мой несуществующий брат.
Звякнула дверь аптеки, выпуская меня из прохладного зала в жаркий, по - настоящему летний день. Горячий воздух, обжигая, ворвался в лёгкие, а тело покрывала испарина. На коже выступили крупные мурашкки. Тревога, что фармацевты вызовут полицию, постепенно отступал, уступая место более сильному, всепоглощающему чувству. Лёгкости. Будто вес тела разом попал, и я парю над тротуаром как бесплотный призрак. Самоуверенности, такой, что мне казалось, я смогу свернуть сейчас горы. Сердце сильно билось в груди, разгоняя насыщенную эндорфинами кровь. У меня получилось! Первая часть операции позади, пора приступать ко второй. Я вытащил из кармана телефон и набрал знакомый уже номер:
– Эй, Бес. Как насчёт того, чтобы устроить сегодня небольшую вечеринку?
***
"Навык "Химик" разблокирован"
"Навык "Химик" улучшен".
Я выдохнул, снял с лица малярный респиратор и стянул прилипшие к рукам хирургические перчатки. Глубоко вздохнул. Открыл заскрипевшую не смазанными петлями
По договоренности, вечеринка должна была пройти за городом, в одном из частных домов, принадлежавших исполнителю. Подальше от любопытных глаз.
В кармане зазвонил телефон. Я вытащил трубку и принял вызов:
– Ты где, брачо?
– Возле твоего старого гаража на Северо - Западе, - ответил я Чуме, вытаскивая сигарету из мятой пачки. Повертел ее в руках, разминая, и только потом закурил.
– Скоро буду. Не скучай, - коротко обронил Чума и отключился.
Где - то за длинными рядами гаражей вразнобой залаяли собаки. Сперва одна, а за ней и остальная свора. Вечные спутники этих мест и верные сторожа чужих машин. Бесплатные сторожа.
Вдалеке блеснул свет фар, а затем раздался тихий звук автомобильного двигателя.
– Быстро, - оценил я.
Шурша протектором по твердой, успевшей выгореть земле, к гаражу подкатил черный седан Чумы.
Я уселся на пассажирское сиденье, выкидывая недокуренную тлеющую сигарету.
– Поехали.
Чума кивнул, разворачиваясь в узком проезде.
– Как сам, брат?
– спросил он, обернувшись ко мне.
– Все попадаешь где - то.
– Дела, - односложно ответил я, нажав кнопку стеклоподьемника. Зажужжал моторчик, приводя в действие механизм, и стекло медленно поползло вниз. В салон ворвался прохладный воздух, ерошивший волосы.
– Хорошо, что вы нашли с Бесом общий язык. Несмотря на его заносчивость, он правильный пацан. И знается с нужными людьми.
Да уж. Таких нужных, что они посылают за тобой ищеек, бесследно сгинувших в промзоне на Чаадаева.
– Типа Бориса?
– не удержавшись, ехидно спросил я.
– Ну…
Чума замялся, не зная, что ответить:
– Красиво прикинулся, кстати. Стильно, - продолжил он, пытаясь сменить тему разговора.
Я лишь кивнул. Памятуя о недавней прогулке, я решил, что встречают все - таки по одежде. Поэтому, решил заскочить в пару магазинов. То шмотье, что презентовал мне Шустрый, я решил не возвращать, и выбросил в ближайший мусорный бак. Очень вряд ли, что подручный Билли станет требовать назад эту рванину. Новый прикид нравился мне куда больше. Неброская черная толстовка с капюшоном, джинсы и темного цвета кроссовки. В таком прикиде можно легко раствориться в ночи городской подворотни, скрываясь с места преступления. Хотя, о чем это я?
– Ты решил остаться в городе?
– спросил я.
Чума недолго помолчал, потом кивнул:
– Один черт бежать теперь некуда.
Я лишь пожал плечами:
– Дело твое.
– Чума, а давай ка заедем к товарищам? Ненадолго.
Чума обернулся, глядя на меня с непониманием:
– Бес же ждет.
– Он уже привык, что я - крайне непунктуальная личность.
– Ну, поехали.
Чума просто пожал плечами, разворачивая машину в указанном мною направлении.
****