Асмодей
Шрифт:
— Но как ему удалось сорвать с врат печать?
— Это сделал один из архангелов — Михаил!
— А вот это неожиданный поворот, не думал, что Творец поддержит нас в этой войне.
— Он и не поддержал, — отозвалась Аврора, стараясь обойти щекотливую тему ангельского непослушания стороной, впрочем, Абаддон и не расспрашивал. Любопытство не было ему присуще, да вдаваться в земные дела Люцифера он не хотел, сделав для себя определенные выводы.
— Что ж, выходит, все было не напрасно.
— Мы не можем здесь оставаться! Такая магия не может остаться незамеченной, они явятся за нами.
— В правильном направлении мыслишь, девочка, — усмехнулся Абаддон, поглядывая на ледяной
— Как я могу Вам помочь?
— Помочь, мне… — презрительно фыркнул он, — сделай одолжение, избавь меня от своего милосердия, такие как ты, могут сгодиться лишь для одного, — с молниеносной скоростью он ухватил ее за запястье, притянув к себе так близко, что их губы практически соприкасались, Аврора даже чувствовала его ледяное дыхание на своей коже. Открыв рот, демон сделал глубокий вдох, и уже знакомое ей чувство духовной пустоты поселилось в сознании, а из груди начали вырываться тонкие петельки серебристого света.
— Нет, — едва слышно прошептала она, делая обреченную попытку вырваться, но демон лишь сильнее притянул ее к себе. В очередной раз Аврора испытала нечто сродни панической атаки. С годами она научилась противостоять Асмодею, в груди которого, несмотря на крутой нрав, горел огонь истинных страстей. Но Абаддон был совсем другим, признавая ценность человеческой души лишь в качестве источника пищи, он не давал возможности для диалога, а холодный разум превращал его в охотника, с которым лучше было не сталкиваться. Треклятая удача в очередной раз повернулась к Авроре не той стороной, заманив ее в капкан собственных чувств, но в тот момент, когда она уже была готова сдаться на милость демона, ее душа наполнилась новой силой. — Я сказала: нет! — вскричала девушка. Изумрудный свет в мгновение вырвался из кольца, встав непреодолимым щитом между Абаддон и его жертвой. Но вопреки ожиданиям Авроры, реакцией владыки гнева была не ярость на произошедшее, а приступ дикого, по истине дьявольского хохота.
— Забавно, говоришь ты, а я слышу голос Асмодея!
— Я не понимаю…
— Тебе и не нужно, — вспыхнувшая подле ледяного частокола стена огня заставила Абаддон, прикусить язык, сделав очередную попытку высвободиться из каменного плена. — Беги! Это за мной! — Что было сил Аврора рванула к остову моста, надеясь найти укрытие в стенах Сумеречного храма, но дорогу ей преградила огромная птица Рух.
— Далеко ли путь держишь, красавица? Мы уже с ног сбились, разыскивая тебя, но ты видимо решила разделить судьбу своего господина, — насмешливо произнес Мамон, опутав Аврору древними чарами, развеять которые не могла даже магия кольца, а может, она просто не могла правильно направить его силу. — Что ж, прекрасный улов, — метнув в сторону рыцаря триумфальный взор, произнес он. За спиной послышался звук разрушаемого частокола, и несколько хорошо вооруженных отрядов, окружили того, кто итак уже не мог сопротивляться.
— Не спеши праздновать победу, — прорычал Абаддон, бросившись на демонов, которые сдвинули статую, пытаясь высвободить ценного пленника. Ухватив одного из них, он буквально разорвал его пополам, обагрив кровью снег, двоих поразил магией, а четвертого мечом, отобранным у одного из нападавших.
— Довольно, — Мамон выставив перед собой ладонь, которую медленно зажал в кулак, Абаддон вскрикнул, упав на одно колено, вспыхнувшая огнем рукоять меча обожгла его руку, и клинок с шумом упал на лед. — Ты потратил слишком много сил на то, чтобы заморозить Ад, брат, вот на защиту ничего и не осталось. Признаюсь, не думал, что ты решишься на подобный маскарад, готов отдать должное вашей находчивости. Не такую рыбу мы
— Повелитель, а что делать с ней? — проговорили за спиной Абаддон два демона, подтащившие к ним все еще находящую в беспамятстве Астарту.
— Она отступница, такая же предательница, как и все они, а значит, и участь ее предрешена.
— Но она супруга Владыки Астарота…
— Что делает ее грех куда более тяжким, — с раздражением вспыхнул Мамон. — Закуйте пленников, я заберу их с собой.
— Недолго вам еще верховодить, — усмехнулся Абаддон, пытаясь вырваться из цепких магических оков, пока на него надевали серебряные браслеты. — Люцифер разметает ваши души по пустоши, скормив тела адским гончим.
— Для того чтобы сделать это, ему нужно вернуться, — фыркнул Мамон.
— О, на этот счет не сомневайся, ни один король не оставит свое королевство в разгар смуты.
— О чем ты говоришь?
— К Дьяволу все, — сплюнув под ноги Мамону, прошипел Абаддон. — Если вам суждено победить, клянусь, вы будете королями руин, потому что мы сравняем с землей и отправим на пустошь каждую душонку, лишь бы вам ничего не досталось.
— Всегда поражался побежденным, даже находясь в оковах, они продолжают сыпать угрозами и проклинать победителей, потому что ни на что большее уже не способны.
— Что ж, тогда возьми меч и докажи свое превосходство в битве один на один.
— Я бы с радостью, но пленники нужны нам живыми… пока! Ведите их сюда! Владыка Вельзевул примет их в Черном замке.
Без особых церемоний женщин, будто тюки с провиантом, погрузили на спину огромной птицы, а Абаддон, в насмешку над утраченным статусом и вовсе был заключен в тюрьму когтистой лапы. Распахнув стальные крылья, которые при свете огня отливали золотом, как и доспех ее повелителя, птица поднялась ввысь.
Не имея возможности держаться за упряжь или седло, Аврора, чтобы не упасть, вцепилась в стальные и тонкие, будто лезвия бритвы, перья чудовища, которые распарывали руки, впрыскивая в кровь яд, лишавший рассудка и способности сопротивляться.
— Ну как тебе полет, брат? — прокричал Мамон, искоса поглядывая на Абаддон.
— Да будь ты проклят, трус!
Одним едва уловимым жестом Мамон дал знак своей питомице, и та разжала стальную лапу, отпустив пленника в свободное падение. Помедлив где-то секунду, демон заставил ее, сложив крылья, броситься вдогонку, ловя свою жертву в нескольких метрах от земли, и вновь поднимаясь ввысь, и снова предав своего врага позорной участи. К тому времени, когда они достигли стен Черного замка, и Абаддон, и Аврора были похожи на истерзанные мясные тушки, с которых заживо содрали кожу. Стальной доспех демона сейчас больше напоминал консервную банку, по которой прошелся острый нож, а руки и тело девушки на кровавое месиво, за которым невозможно было разглядеть кожу.
— Предатели! Убить их! Казнить! — взревела толпа мелких демонов — сторонников Вельзевула, пришедших на невольничью площадь, чтобы понаблюдать за казнями пленников, захваченных у берегов Ахерона, но кто бы мог подумать, что Владыка Вельзевул порадует зрителей такими именитыми узниками, как Абаддон и Астарта.
— Казнить предателей!
— Во славу Вельзевула! Слава новому Владыке.
Пленников волоком протащили через всю площадь под дикие крики толпы, вселяющие в сердце Авроры истинное безумие, но когда двери замка за ними закрылись, девушка и вовсе впала в какое-то оцепенение. Страх наполнял все ее существо, лишая способности мыслить; глаза застилала кровавая пелена, превращающая все вокруг в алый туман, а потом наступило беспамятство, все краски смешались перед ее взором, и воцарилась темнота.