Ашерон
Шрифт:
— Ты ненормально высокий, правда?
Он приподнял черную бровь из-за оправы своих очков, которые казались навсегда были приделаны к его голове.
— Для женщины, которой нужна моя помощь, ты слишком настойчиво пытаешься меня подколоть. Может мне стоит сделать все это безболезненным и уйти до того, как ерунда, вроде «Эй ты засранец умри страшной смертью», начнется снова?
Тори закрыла дверь.
— Я могла бы извиниться за это, но и ты должен признать, что действительно был засранцем. Чтобы
Эш не ответил. Все зависело бы от того, когда это случилось, до или после того, как его божественность раскрылась. До — он бы все проглотил. А вот после…они бы жалели об этом вечность. Он просканировал маленький домик, который был переполнен древними артефактами из Греции и Рима, наравне с тоннами фотографий различных руинов. А потом Ашерон увидел небольшую мусорную корзину, в которую она и врезалась. Содержимое все еще лежало на полу. Она была просто ходячим несчастьем, и это он нашел странно очаровательным.
— Интересное местечко у тебя здесь.
— Да, обожаю старые вещи.
Волна изумления прокатилась по нему, когда он вдруг вспомнил о своем возрасте.
— Насколько старые?
— О, чем старше, тем лучше. Ты никогда не будешь настолько старым, чтобы заинтересовать меня.
Тогда она должна молиться на ту землю, где ступала его нога.
— Тебе принести, что-нибудь выпить? — спросила она, натягивая свои очки чуть выше на нос.
— У тебя есть пиво?
Она ухмыльнулась.
— А не слишком ли рано еще для пива?
— Вино?
Она закатила глаза с явным отвращением.
— Ты такой чудной парень. Тебе хоть можно уже пить?
Оскорбление просто поразило его.
— Да. Поверь мне, я намного старше, чем выгляжу.
— Я уже это слышала. Я бы попросила твои водительские права, но думаю, что они подделка.
Вообще-то, так оно и было, но лишь потому, что никто бы не поверил в его настоящую дату рождения, а если бы и поверили, то попытались бы запереть его в клетке для изучения такого долгожительства.
— А ты не хочешь ничего другого? Ну, например, чая? Кофе?
Эш покачал головой.
— Я в порядке, правда. Но с меня хватит твоих оскорблений. Я хочу побыть в спокойствии в твоем присутствии хотя бы три минуты… и кстати, нужно убедиться, все ли инструменты заперты?
Он отодвинул рукав пиджака и посмотрел на часы.
— Давай засечем время…
Она уже было открыла рот, чтобы ответить, но, он поднял руку.
— Подожди. Осталось еще две минуты пятьдесят пять секунд.
— Я не такая плохая.
— Да уж…и ты не стоишь у меня на туфлях.
Она взглянула на его огромные ноги, которые были размера сорок восьмого или сорок девятого, если такие вообще производят.
— И судя по их неимоверному размеру, я думаю, что я не одна такая, кто стоял
Он цыкнул.
— Мы продержались без оскорблений почти тридцать секунд. Кажется, мы идем на новый рекорд.
Тори ненавидела тот факт, что он был очаровательным. И что еще хуже, он успел уже очаровать ее.
— Хорошо, я буду паинькой. Если ты не возражаешь, то пошли за мной. Кухня там.
Эш поправил рюкзак на плече прежде, чем последовал за ней через весь дом. Когда они уже подошли к кухне, он остановился у одной из фотографий на стене. Это был семейный портрет с Тори, которая стояла в центре, но там были еще трое людей, которых он очень близко знал. Гири, Арикос и Теодорус Кафиери. Не удивительно теперь, что он не может увидеть ее мысли и будущее.
— Это твоя семья?
Она обернулась.
— Да, мой папа тот, что рядом со мной.
Тео. Эш улыбнулся своему старому другу. Тео было всего лишь семь, когда он ослеп во время атаки на его деревню во Вторую Мировую Войну, в это же время была убита вся его семья. Именно Эш привез его в Америку, где он был в безопасности и смог начать новую жизнь. Он наблюдал за Тео с того самого времени. Значит, у Тори не должно было быть ничего с Ашероном, просто она была связана с Тео и Ариком, который был женат на Гири. Арик когда-то давным-давно был греческим богом сна. Эти связи с Тори объясняли многое. Эш тут же расслабился.
— У тебя просто потрясающая семья.
Она улыбнулась.
— Типично греческая. Куча родственников. Я думаю, ты прекрасно знаешь, каково это, раз у тебя такое им — Ашерон.
Тори вздернула голову, как будто какая-то мысль пришла ей на ум.
— Знаешь, у моего дедушки был дорогой друг по имени Ашерон.
— Правда?
— Да, они встретились в Греции и вместе приехали в Америку. Но это было очень давно.
Сотерия вернулась назад на кухню, где открыла коробку с коричневыми пакетиками с кофе и чаем. Выбрав один, она заварила его в своей кофейной чашке и жестом указала Ашерону на кухонный стол, который был завален стопками книг, картами и какими-то записями. Эш кое-как пробрался к нему, при этом, будучи чрезмерно поражен. А она оказывается была очень занятой женщиной.
— Присядь! — сказала она, поставив чашку, прежде чем открыть свой холодильник. У Эша расширились глаза, когда он увидел ее невероятно организованный холодильник. Полки были заставлены в ряд пластиковыми контейнерами с белыми наклейками, на которых было подробно описано их содержимое, словно в каталоге.
— Твоя служанка, просто железная леди?
— У меня небольшие проблемы с обсессивно-компульсивным синдромом. Не обращай внимания.
Она схватила контейнер из секции Б.
— Да это напоминает ОКС. У тебя важная проблема, не так ли?