Арзюри. Книга 2. Данк
Шрифт:
— Ни о чем не думаешь… с ночи песок холодный… простудишься… давай, подложу плед, — бормотала, действительно подсовывая под него небольшую пушистую тряпку, даже не плед, а, скорее, шаль.
— Я в порядке, — сообщил он. — Спасибо за заботу… И вправду замерз…
Работы шли на восточном берегу, прикрытом от поднимающегося солнца горами, так что до дневной жары было еще далеко. Покряхтывая Вадим добрался до служебной палатки и напился горячего чая из термоса. То, что он не ощутил воздействия марева, почему-то напугало его больше, чем что-либо еще на Арзюри.
На следующий день
Завершение строительства ознаменовалось большим праздником, на который собралось большинство жителей Ущелья и их гости с морской и предгорной визитниц. Больше всего порадовало всех, что марево не действовало на людей, находящихся в куполе, так что теперь многие работы, возможные в закрытом помещении, можно было вести в любое время суток и в комфортных условиях. Да и отдыхалось здесь почему-то даже лучше, чем в хогане, что уж говорить о палатках.
Но утром третьего дня марево не появилось.
— Может быть оно чувствовало людей, а когда мы все попрятались, оно притихло?
— Но теперь-то мы вышли, а оно не просыпается…
— Если это был какой-нибудь метеор, то у него просто кончился весь запал…
Все страстно надеялись, что оно больше и не появится, но выходили на рассвете и закате все равно без конца оглядываясь на вершины гор.
Через три дня Вадим и Телиг вместе тремя новыми приятелями из числа ущельцев отправился на небольшом плоте вниз по течению — ему хотелось оценить возможности построения морского купола и оценить масштабы работ.
Прибыв на место в разгар дня, всего пять дней спустя, Вадим поразился открывшейся картине.
Море до горизонта, синее, с чуть сиреневым отливом, вероятно из-за водорослей было освещено ярким белым солнцем. Визитница раскинулась на самом берегу. Только теперь он понял, почему оохол, погибший здесь и доставленный Ваади на Землю, сразу же полез купаться — спокойные волны так и манили к себе.
С двух сторон визитницы теперь высились два чудовищных размеров щита, поднятых на высоту метров пять-шесть.
«Добро пожаловать на Арзюри! Внимание! Ни в коем случае не выходи из хогана до захода солнца! Не лезь в воду! Дождись встречающих!» — гласили надписи на галактическом, китайском и испанском языках.
Вадим удивился вначале, зачем столько языков, если все переселенцы усваивают галактический при перемещении через хоган, но потом вспомнил свое прибытие. Да, сразу после выхода из хогана о новом для себя языке вряд ли кто вспомнит. «Надо бы добавить надпись по-русски», — подумал он.
Здешняя визитница была вдвое меньше тех, что он уже видел в Предгорье и Ущелье. Это было довольно странно — ему казалось, что все визитницы на планетах всегда примерно одного размера. Это на Земле размеры могли колебаться от пары хоганов до нескольких тысяч — в зависимости от размеров ближайшего населенного пункта.
Территория визитницы была тщательно очищена от растительности. Он знал, что здесь сейчас живет четыре десятка человек, а остальные семьдесят переехали в Ущелье. Многие возвращались
Лавина дел в Ущелье закрутила Вадима, и он так и не поинтересовался, почему жители морского побережья так стремились уехать отсюда? Теперь это стало понятно. Берег был очень красив, но крайне скуден. Ближайший лес начинался почти в километре от визитницы и добраться до него было не просто — путь преграждал невысокий, но колючий кустарник. Добывать пропитание, древесину и смолы было совсем непросто. Удивительно, что на этой визитнице уцелели хоть какие-то хоганы — в этих условиях выживали только настоящие герои.
Плот с пещерцами встретили очень радушно. Разве что чуть огорчились, что это был плот, а не лодки, которые обещал соорудить Боцман. Недоумение Вадима «а какая разница?» рассеялось уже на второй день, когда ему предложили прогуляться за косу — там раскинулось… что-то... С первого взгляда он даже не понял, что это может быть. Гигантская шахматная доска?
— Соль. Местные жители нашли способ добывать соль! — вдруг завопил Телиг.
Ну конечно! Это вызвало у Вадима не менее бурный восторг — соль на Арзюри была в дефиците, доставлялась они только с Земли. А здесь — своя, местная!
— Лодками легче доставлять грузы по реке, — объяснили им местные жители. — Мы будем обменивать соль на продовольствие. Кстати, для жителей Ущелья и Предгорья здесь можно будет построить настоящий курорт! Вы же уже почувствовали прелесть ночных купаний?
Первые дни Вадим исследовал побережье, уходя за ночь более чем на пять километров в обе стороны от визитницы. Но дальше нужно было исследовать дно.
— Насколько сильны здесь приливы? Сейчас их почти нет, а в другие дни? Во время противостояний, зимой, летом? — расспрашивал он местных жителей.
Оказалось, что сильных приливов здесь никто не припомнит. Значит, понял Вадим, это замкнутое море, вроде Черного или Каспия. Это существенно облегчало строительство купола. Но все же нужно исследовать дно — и его качество, и глубины. Техники для измерений, даже простого эхолота, здесь не было. Для начала придется промерить глубины хотя бы простым лотом. А для этого нужно будет выйти в море, хотя бы на сотню метров от берега.
Плот был малопригоден для морских прогулок. Разве что привязать его на длинном канате, чтобы до рассвета успевать втягивать на берег.
— Может, проще подождать, когда Боцман приведет сюда свой бот? С него забрасывать твои грузики будет гораздо легче, — уговаривали его аборигены.
— А мне нравится. Вадим на плотике, а мы его туда-сюда таскаем на веревке! — хохотал над ними Телиг.
Первые ночные вылазки с лотом они успели совершить, не удаляясь от берега больше чем на тридцать метров — более длинного каната не нашлось. Увы, удобного дна они рядом с визитницей не нашли — нужно было исследовать дальше. Но тут прибыла, наконец, целая флотилия — громадный плот, две маленьких и две больших лодки, довольно солидный бот и уже знакомый им швертбот. А на них — почти пятьдесят человек, среди которых Вадим с Телигом с радостью приветствовали Магду, Алони, Сорова, Назима… и…