Арзюри. Книга 2. Данк

Вереск Юнта

— Спасибо. У тебя все?

— Э… Ну да… В общем, все.

— Отлично. Тогда беги, вон тебя Соров уже заждался.

Слегка озадаченный и обескураженный Вадим постоял пару секунд, глядя как она торопливо догоняет Аюша Варму, а затем медленно побрел в сторону столовой, пытаясь понять, чем он опять умудрился обидеть Магду. Или не обидеть? Почему она так равнодушно с ним разговаривала? Но путь оказался слишком коротким и за двадцать минут он так и не пришел к ответу. Пришлось переключаться на дела — это было проще, чем найти объяснение

поведению малознакомой, в сущности, женщины.

Рассказав Сорову о настройках синхронизатора и расположении датчиков, Вадим заглянул в палатку Говарда и Лауди, которые как обычно играли в рыбалку — за полгода у этой парочки не изменилось совершенно ничего. Те же рыбки, те же фотографии, те же цветные листочки, заменяющие жетоны. Как ни странно, но ему удалось отправить их на «учебу» к Вениамину Сорову. Что стало тут главной причиной — новый статус Вадима, авторитет Сорова, или любопытство этой парочки — неизвестно, но в любом случае, не его красноречие.

После этого Вадим чуть не бегом кинулся в пещеры, в свою келью. Хотелось спокойно, в тишине, подумать и решить, как можно было бы защитить Аквадом. Когда через пару часов он вышел, то изумился переменам. Справа в большом зале пещеры уже разместились работницы швейной мастерской вместе со всеми своими столами, машинками и материалами. Слева громоздились вещи, перенесенные со склада в Аквадоме. И эта гора непрерывно увеличивалась.

Он направился в механические мастерские, но вдруг с изумлением увидел Лауди, который, обливаясь потом, тащил в руках патефон. За спиной у него была закреплена сетка, в которой стопками лежали грампластинки.

— Ты куда это?

— В пещеры, куда еще, — ответствовал Лауди. — Соров сказал, самое ценное спасать…

— А почему не остался дежурить у синхронизатора?

— Там Соров с Говардом разбираются. А я людям помогу в кои-то веки…

Вадим посторонился, пропустил Лауди, но дойти до мастерских так и не смог — навстречу вылетела какая-то женщина. Он снова шагнул в сторону, уступая ей дорогу, но она подлетела, вцепилась в отвороты его халата и начала отчаянно трясти, невнятно что-то бормоча. Еле устояв на ногах, Вадим попытался успокоить даму, или хотя бы оторвать ее от себя.

— Пленники сбежали… сбежали-и-и, — разобрал, наконец, Вадим.

— Какие пленники?

— Арестанты… Хурот… Ноэль… Хито…

— Откуда сбежали?

— Где сидели, оттуда и сбежали… Из погребов… в одном ты там сам сидел… и из других…

— Ох…

Истеричная дамочка, наконец, выпустила его из рук.

— Иди в пещеры, там люди, расскажешь им… А я побегу скажу Сорову, — сказал Вадим и побежал в сторону столовой.

— Там охранники еще… мертвые! — крикнула ему вдогонку женщина и потрусила в пещеры.

Навстречу Вадиму шли два тяжело груженых парня. Даже не притормозив, на бегу он крикнул им, чтобы нашли лекаря Игната и послали его к погребам с арестантами.

Добежав до пляжа за столовой,

он увидел мирную картину — Соров что-то объясняет двум юнцам, тыча пальцем то в синхронизатор, то в лежащую рядом тетрадку. Известие о беглецах встревожило всех. Вадим, Соров и Говард поспешили в Пещеры. Увидев гуляющую с младенцем на руках Лиз, Соров на бегу попросил ее пойти к синхронизатору и присмотреть за мальчишками — чтобы никуда не уходили и записывали все показания.

Ругающийся на чем свет стоит Игнат разместил двух раненных охранников в лазарете, перенесенном из Аквадома в пещеры. У одного была разбита голова, но он был в сознании, второй тоже получил удар по голове, а третий, стороживший Хурота, был мертв.

К вечеру стало известно, что беглецы угнали большой плот, на котором прибыли из Ущелья Алони, Магда и остальные. По-видимому, их было пятеро — Хурот, Хито, Гало и еще двое, дожидавшихся суда. Но, возможно, к ним присоединились еще несколько человек — кто-то же напал на охрану и освободил узников, но пока пересчитать всех жителей не представлялось возможным.

Глава 20. Сель

На завтрак в столовой собралось почти все население лагеря. Подтянулись даже лентяи. Все были взбудоражены. Где-то вспыхивали горячие обсуждения, где-то люди собирались в небольшие группы и негромко переговаривались. На поляне зажгли большой костер.

Соров, вооружившись механическим рупором, попытался рассказать всем о том, что происходит.

— Друзья, граждане Предгорной колонии землян! Большинство уже слышали сегодняшние новости. Событий произошло много, но фактов у нас пока мало. Расскажу только то, о чем знаю сам.

Быстро, не останавливаясь на деталях, Соров перечислил происшествия, связанные с побегом пленников, а затем перешел к объяснениям того, что лагерь нужно перенести в другое место. Если во время рассказа о преступниках его внимательно слушали, то тут посыпались вопросы и скептические замечания.

Светлое от звездного света небо Арзюри равнодушно нависло над бурлящей кучкой людей у костра. Насколько можно доверять Данку? Когда предполагается прорыв озера? Чем конкретно это может грозить лагерю и действительно ли эта угроза реальна? Зачем вообще переносить лагерь? Что делать с мастерскими? Куда и как можно перенести Аквадом? Чем плохи пещеры? Споры, вопросы, непонимание…

Вдруг, перекрывая гомон двухсот голосов, раздался громкий женский крик, полный ужаса:

— Марево!

Алони сидела рядом с Вадимом, и ее крик оглушил его. Взглянув на ущелье, куда она указывала рукой, он заметил слабое зеленоватое свечение над горами. Цвет сияющего облака в форме приплюснутого шара все время изменялся, от пронзительно белого и голубого до мрачно красного и желтого. Свет пульсировал, иногда напоминая молнии, а иногда переливающиеся радуги. Это было очень красиво и одновременно очень страшно.