Артуа
Шрифт:
Сетриус пошел в атаку безо всякой разведки. Наверное, потому что я не производил в его глазах хоть сколько-нибудь стоящего бойца или он слишком надеялся на свое умение. Первых его несколько выпадов мне удалось отразить достаточно успешно, всего лишь ценой утерянной даги.
Вероятно, он специально дал зацепить свой клинок и, когда я попытался вырвать его, попросту атаковал дагой мою руку. Конечно, это было бы не смертельно, но получить на первых секундах схватки ранение, это никуда не годиться. Пришлось попросту разжать руку, выпуская кинжал, рывком разрывая дистанцию.
Да
Поначалу, без даги, я даже почувствовал себя свободнее.
Его выпад, мое парирование, не слишком удачная попытка атаковать самому. Снова те же действия, но теперь уже без моей атаки. Да, серьезен Сетриус и свою славу носит заслужено. Это не Горднер, далеко не Гордер, но и я сомневаюсь, что лучший ученик Эриха. Хотя сколько времени он смог уделить, смешно даже. Вот только совсем некогда смеяться, даже не знаю, какое чудо спасло мою печень от даги Сетриуса. Но как же звенит мой клинок! Толейская сталь и этим все сказано.
Наверное, у противника клинок не хуже, только на такую же крепость уходит больше его толщины, что в свою очередь влияет на вес. Часа через два разница в весе, несомненно, скажется. Очень смешно, Артуа, очень. Ты что, надеешься прожить так долго?
Сетриус в очередной раз поменял клинки местами, и в очередной раз получилось у него это очень эффектно. И ради кого старается, ни одной дамы поблизости. Неужели и на мужчин такие понты корявые действуют?
Ну а мы тем временем закрутим восьмерку, тоже ничего фигура. И усилий никаких не требует, и заодно руку разгрузим, ей такое полезно будет.
Дистанцию, Артуа, держи дистанцию, дистанция – это твое. И вот еще что, слегка касаемся своей шпагой его клинка, тогда начало его атаки несложно будет уловить. Нет ничего позорного в том, что пока ты просто стараешься держаться на той дистанции, которая тебя устраивает, абсолютно нет.
Стоп, это не промашка Сетриуса, это его уловка. Домашняя заготовка, не иначе. Что-то нервничать начинаешь, уважаемый. Давай, я тебе в этом помогу. Вот так вот, взгляд свой буду держать у тебя над плечом. Над левым, поскольку ты сейчас в правосторонней стойке. Да не вопрос, поменял стойку, и мы тоже поменяем. Очень такое нервирует, согласен, еще больше, чем если бы смотреть между глаз.
Нет, все-таки лучше было бы выспаться. Любая другая женщина и я именно так бы и поступил, но только не Сьеола.
Больно. Не так чтобы совсем уж, но больно. Как же так, ведь понял, что очередная уловка, в последний момент, но понял. Теперь все, затягивать нельзя. У меня есть пара минут, не больше. Дальше будет только хуже.
У меня получилось. Получилось войти в то состояние, что показал мне Годим. Позавчера такого не было и я даже не догадываюсь, что стало тому причиной. А вот сейчас да.
Снова хмель не хмель, огонь не огонь бушевал в крови. Странно даже, что у человека, что умер еще вчера, такое возможно. Не так уж он
Шаг назад, еще шаг, пора.
Закрутив его клинок, я ударом сверху сумел чуть опустить его вниз и, выгнув кисть, вонзил острие в правое плечо Сетриуса. Но этим моя атака не закончилась. Продолжив движение оборотом вокруг своей оси, я продолжил рубящим ударом по его левому плечу. Все.
Больше рук у него не осталось, если он конечно, не мутант.
С этим мне повезло. Сетриус выронил оба клинка, схватившись левой рукой за правое плечо, рука которой повисла плетью. Надолго его не хватило, и он со стоном уронил и вторую руку.
Горднер, когда мы встретимся, и если мы встретимся, я буду поить тебя лучшим вином, захочешь ты этого или нет. Долго буду поить, очень долго. А после каждого тоста за твое здоровье буду кланяться в ноги. Если захочешь, даже лбом в пол стучать стану.
Так, все это потом, а сейчас мне хочется одного.
Вынув новенькую блестящую серебряную полукрону, я бросил ее Сетриусу под ноги:
– Наймите слугу. Ближайшее время вы сами это делать не сможете.
Судя по бешеному выражению его глаз, он понял, о чем идет речь. Вот и отлично. Понимаю, недостойно дворянину издеваться над таким же благородным, не способным ответить на оскорбление. Вот только где было твое благородство, когда ты делал мне вызов? Ты что, не видел, что я собой представляю? И еще. Я ведь в самый последний момент подал руку чуть ниже, иначе удар пришелся бы тебе под подбородок, и нетрудно понять, чем бы все это закончилось. Мне очень хотелось, чтобы дело закончилось именно так, но все же смог себя удержать. Живи, лучший фехтовальщик провинции Дрондер.
Боль стала сильнее. Так, что там у нас? Колотая рана, прошедшая через грудную мышцу и вошедшая в переднюю дельтовидную плеча. На груди она небольшая, входное отверстие совсем рядом с выходным. А вот с плечом серьезнее, но не смертельно.
Подошел Фред. Сейчас он начнет мне выговаривать за брошенную под ноги Сетриусу монету. Нет, от него я услышал совсем другие слова:
– Впечатляюще, Артуа. Поздравляю. Единственное, что я не могу взять в толк, зачем ты все так затянул. А с монетой просто блестяще. Теперь он жалеет только о том, что ты оставил его в живых.
Я с изумлением посмотрел на него, уж не шутит ли он? Какое там затянул, неужели со стороны было незаметно, что пару раз я был на самой грани?
Нет, Фред смотрел на меня вполне серьезно, с такими глазами шутить невозможно.
К Сьеоле в тот вечер я так и не попал. Рана оказалась более серьезной, чем мне показалось.
Разболелась голова, поднялась температура, и стало совсем не до визитов. Я лежал, глядя в потолок и размышляя о том, что мне обязательно будет нужно найти в себе силы, чтобы прибыть завтра на место дуэли Фреда с Неором Комблисом. Когда скрипнула дверь, я было подумал что вернулся Крижон, посланный за ужином, часть которого все же надеялся в себя затолкать. Ужин действительно прибыл, вот только принесла его Сьеола.