Арторикс
Шрифт:
Как оказалось, рельсы впереди были взорваны в четырех местах. (Для надежности, что ли?) Враг установил сильнейший заградительный огонь и стал охватывать войско шерифа с флангов.
Но тут подоспели Люлю Шоколадка, Юллиус Тальберг и с ними десять танков, увешанные пехотой. Люлю, которого г. шериф не взял с собой в Арторикс, обиделся, но поступил по велению своего большого и горячего сердца – явился к генералу Льяно, одолжил у него два танковых взвода под командой капитана Дж. Скотта ст. и устремился вперед. Заслышав стрельбу, Люлю зашел, по возможности, с тыла, опрокинул не ожидавшего этого маневра врага, рассеял его и подавил гусеницами.
Именно
Стоило Люлю с Дройтом соединиться, как со стороны Арторикса примчались два вертолета и произвели сильный и на удивление скоординированный огневой удар. При этом в паузах между взрывами с одного вертолета совершенно отчетливо доносилась веселая музычка.
Удивительная осведомленность врага укрепила подозрения г. шерифа, и он попросил Люлю взять с собой для страховки Джилли в кожаных перчатках, а также волновой щуп и подойти со всем этим оборудованием сзади к Шатлу и пронаблюдать эффект. Эксперимент показал, что в Шатле таится очень много всякого электричества и явно лишних в человеческом организме деталей.
Дройт сумел сделать надлежащие выводы, услал Шатла в арьергард, а сам устремился вперед.
Арторикс встретил их сравнительно тихо. Посреди перрона было усмотрено кресло, в каковом восседал некто в боевом доспехе «оерой», а рядом стояло десять молодцов с мечами и прочим оружием.
Из ажурного здания вокзала торчала морда легонького танка, на лбу коего древним почерком «чжуань» был выведен изящно иероглиф «чжун» («верность государю») и рядом с коим штабелем лежало несколько связанных господ. Сверху на них, поджав ноги, сидел джентльмен в кимоно и с мечом наголо. Готовность рубить головы была написана на его благородном татуированном лице.
Подъехав ближе, г. шериф спрыгнул с танка и без труда узнал в восседающем в кресле г. Тамура.
Как уже говорилось, в голове господина князя помещаются исключительно государственные мысли и соображения, потому ему и приспичило прогуляться в здешних местах, но – вот досада! – он никого не удосужился предупредить о своем прибытии, остался крайне недоволен оказанной встречей и всех виновных в небрежении велел примерно наказать. Теперь сиятельный князь сидел в кресле, курил трубку и размышлял о судьбах схваченных.
Обрадовавшись князю, Дройт велел принести еще одно кресло, сел рядом и завел приличествующий случаю разговор о государственных делах.
Поднесли чай.
Приехал еще один самурайский танк. Из него к ногам Тамура выбросили раздавленного робота в военной форме. «Мило…» – произнес князь, пнул робота и вернулся к трубке.
Пришел Шатл, и Дройт, указуя перстом, спросил, что тот думает вот об этой металлической гадости. Шатл признал, что видит перед собой механизм. Затем (и ведь глазом не моргнул!) Шатл порылся в своем танке и вернулся с каким-то ящичком на ремешке и с длинным щупом. Он объявил, что с помощью этой машинки можно доподлинно узнать, кто робот, а кто – нет.
Господин шериф изобразил восторг, а Тамура внимательно посмотрел на Шатла. Японский князь всегда славился редкой проницательностью и умением видеть суть людей и предметов.
Через час спустились сумерки, и вместе с ними неожиданно нагрянули чужие солдаты при поддержке танков; они сделали отчаянную попытку стереть с лица земли
В самый разгар боя с юга примчался бронированный грузовик, из кабины коего вырывались клубы сигарного дыма и громоподобные ругательства, а из кузова метко стрелял пулемет; грузовик протаранил вражеский танк и произвел фурор. Шатл выстрелил по грузовику (он потом объяснял, что недопонял, во что стрелял), но промазал. В ответ на выстрел дверца кабины распахнулась, и до Дройта донесся трубный глас: «Вперед, за метрополию!» – после чего грузовик встал, а из кабины, в дополнение к пулемету, стал палить какой-то чудовищный образец оружия. Так появился г. Леклер, сопровождаемый г. Бакстоном (пулемет).
В результате разыгравшегося сражения были снесены с лица земли вокзал (полностью), три гектара прилегающей земли и часть улиц. Враг был отбит, и г. Тамура любезно согласился остаться на вокзале, чтобы руководить отправкой обратно в Тумпстаун патриотически настроенных туристов, принявших самое активное участие в сражении.
Преследуя врага, г. Дройт со товарищи победоносно промчался во тьме через город и в результате наткнулся на нас с Дорой. Здесь на сцену с иезуитской миссией снова вступил Шатл. Чаша терпения Дройта переполнилась и он выпустил на Шатла Джилли. Джилли хотел было расплющить Шатлу голову, но столкнулся с сопротивлением материалов. Разоблаченный Шатл молча рванул к г. шерифу, но Бакстон подставил Шатлу ножку, а Джилли нанес сокрушительный удар ребром ладони в область шеи. Конструкция не выдержала грубой силы, и Шатл, к общему облегчению, сломался.
Дройт посожалел, что я убежал, и объяснил, что стрелял не в меня, а мимо, что и так было очевидно, иначе не быть мне живу.
Обложив врага на пепелище, Дройт распорядился осветить местность прожекторами и патрулировать самым активным образом. Тут явилась Дора Митчелл, на одном каблуке (второй по пути сломался). Трясясь как сто кроликов перед убоем, она подошла к собравшимся у танков. Люлю, войдя в ее положение, молча наклонился, снял у нее с ноги туфлю с оставшимся каблуком, обломал его и снова надел. «С-с-пасибо…» – пролепетала Митчелл, пораженная заботой Люлю, и подала Дройту записочку. «А! Героиня артобстрела!» – заметил Дройт (сейчас она спит в танке).
Получив таким образом сведения обо мне, г. Дройт с присущей ему рассудительностью велел Люлю и Джилли обойти весь наличный состав и проверить его на предмет обнаружения роботов. Были раскрыты и обезврежены еще три оборотня, замаскированные под солдат и полицейских. То, что роботы оказались и среди только что прибывших из Тумпстауна, очень огорчило г. шерифа, и в раздражении он сломал ногой пальму.
Тут подоспело сообщение, что какой-то тип, нагло игнорируя патрульных, пробился в бар «Паноптикум» и там как сквозь землю провалился. «Я знаю этого нахала», – сказал г. шериф и велел более не препятствовать. А то ведь сломали бы такой славный туалет.
С наступлением утра враг под пепелищем стал проявлять активность, и Дройту пришлось отразить три (три!) его поползновения, в результате чего со стороны врага было уничтожено пять боевых машин на гусеничном ходу, класса «земля-воздух». Мы тоже понесли потери.
Джилли во главе передового отряда проник под землю. К сожалению, в пылу сражения главный враг, видимо, ускользнул: из пепелища стартовал некий летательный аппарат, причем стартовал столь стремительно, что сбить его, увы, не успели, хотя и старались.