Артефакт
Шрифт:
— Если бы инженеры Братства не строили таких совершенных кораблей, — хриплым голосом произнес он, — то капитанам было бы легче примириться с потерей. — Соломон стиснул зубы и поднял глаза, в которых уже начиналось болезненное жжение. — Поймите меня, Боз. Гейдж была моим другом… очень близким. Мы с ней… мне очень ее не хватает. И еще… сегодня один человек там, в доках, спас мою жизнь. Погиб вместо меня. Я не хочу, чтобы из-за меня происходили несчастья. Я устал от смертей.
Он умолк, чувствуя, как в его душе возникает пустота.
Прошло не меньше минуты, прежде чем Боз прервала молчание:
— Капитан, вы
Соломон кивнул:
— Да, корабль. Если захотите.
— Спикер Архон просит разрешения войти.
Сол выпрямился и глубоко вздохнул, собираясь с силами:
— Впустите его.
Люк скользнул в сторону, и в его проеме возникла массивная фигура. Когда-то это был крепкий, подтянутый мужчина, но теперь его мышцы обратились в жир — не тот, что оттягивает кожу дряблыми складками, а мощный слой, придающий телу тучность, характерную для людей, миновавших пору зрелости. Блеск в серых глазах выдавал недюжинный ум гостя, а глубокие морщины у рта свидетельствовали о нелегкой жизни и привычке повелевать.
— Спикер, я — капитан Соломон Карраско. К вашим услугам. — После крепкого рукопожатия Сол указал на кресло. — Садитесь. Скажите… мы встречались раньше? Ваше лицо мне как будто знакомо.
— Спасибо, капитан. Да, мы встречались, но лишь мимоходом. Неужели у вас не было времени изучить мое досье?
Сол покачал головой:
— Я встал на ноги лишь месяц назад. До тех пор я был прикован к медицинскому комплексу. Меня буквально собирали по кусочкам. Потом я занялся изучением конструкции корабля и личных дел членов экипажа. У меня не нашлось времени ни на что иное — главным для меня было знакомство с судном.
— Экипаж и корабль всегда были и остаются главной заботой капитана. Надеюсь, когда-нибудь у нас найдется свободная минутка поговорить об этом. — Серые глаза Архона пристально всматривались в лицо Карраско. Он протянул капитану бутылку виски, которую до сих пор прятал за спиной. — Это вам. Видите, я успел изучить ваши привычки. «Звездный туман» — один из излюбленных ваших напитков.
Соломон с улыбкой принял бутылку изысканного арктурианского виски:
— Вот уж не думал, что мое личное дело содержит сведения о моих вкусах.
— Там об этом ни слова. — Архон пожал плечами. — Я навел справки у главного инженера Андерсона.
— Придется надрать ему уши. «Звездный туман» дороже жидкого торона. — Сол оторвал взгляд от бутылки и вопросительно посмотрел на Спикера. — Не желаете попробовать?
Архон кивнул:
— С удовольствием.
Соломон наполнил бокалы, устроился в кресле и внимательно пригляделся к гостю. Его не оставляло ощущение, что он знаком с Архоном.
— Итак, какова цель экспедиции? — заговорил он. — Мой главнокомандующий, Великий Галактический Мастер Крааль, распорядился выполнять любые ваши просьбы и пожелания. Ситуация по меньшей мере необычная. Зачем понадобилось отзывать меня из отставки? Когда я поднимался на борт, в доке погиб человек. Из-за этого мы были вынуждены собрать дипломатов в кучу и как можно быстрее и скрытнее погрузить их на корабль. Как правило, суда Братства не вмешиваются во внутренние конфликты Конфедерации. Мы принципиально придерживаемся нейтралитета.
Архон откинулся на спинку кресла. В его глазах отразилась напряженная работа мысли.
— По соображениям
Сол вертел в пальцах бокал, вспоминая клочья окровавленной плоти на палубе причала. Почувствовав на себе пронизывающий взгляд Архона, он всмотрелся в его лицо. «Откуда я вас знаю? Где мы встречались?»
Облик Архона непостижимым образом связывался в мозгу Сола с каким-то страшным событием в его жизни. Но сколько их произошло за последние десять лет! Эти серые глаза были так знакомы ему, что, казалось, он вот-вот вспомнит, где видел их.
— Я готов принять ваши условия… но лишь до тех пор, пока кораблю и экипажу ничто не угрожает. — Соломон вскинул голову, его взгляд стал жестким. — И тем не менее я хотел бы как можно подробнее уяснить суть наших взаимоотношений.
Архон развел руками.
— Капитан, я могу лишь сообщить, что мы ведем очень тонкую политическую игру. В ней участвуют весьма опытные и компетентные люди. Межпланетные интриги не терпят и никогда не терпели слабых и малодушных. — В голосе Спикера зазвучал металл. — Ваши пассажиры не относятся ни к тем ни к другим. Когда-нибудь вы поймете — если мы добьемся успеха. А если нет, это уже не будет иметь никакого значения. Мы все погибнем.
Сердце Сола замерло, к горлу подступил комок:
— Я не стану рисковать своим кораблем!
Архон чуть заметно кивнул, в его глазах отразилось понимание.
— Надеюсь, до этого не дойдет. А пока предлагаю вам обеспечить охрану запретных объектов корабля — двигательных и оружейных отсеков, мостика и прочих помещений, которые могут подвергнуться диверсии.
— Диверсии? — Сол едва усидел в кресле. Его пальцы с такой силой стиснули бокал, что побелели костяшки. — Я уже отдал соответствующие приказы, Спикер. Но у меня нет опыта в борьбе с диверсиями. Я специалист по дальнему космосу.
Архон безрадостно улыбнулся:
— Предоставьте это мне, капитан, и вам не о чем будет беспокоиться. С другой стороны, наша миссия требует присутствия официальных лиц, представляющих миры Конфедерации. Отправившись в полет без них, мы бы ввергли человечество в открытое военное противостояние.
— Война? Мне трудно поверить в это, Спикер, — отозвался Соломон, но тут же вспомнил, что Крааль был готов лично принять командование кораблем.
Архон покачал головой и нахмурился.
— Я вижу, вы настроены скептически. Иначе вы не стали бы грызть большой палец с таким угрюмым видом. На вашем месте я сам счел бы себя безумцем. Однако поверьте мне на слово — Сириус рвется к мировому господству, тем же озабочены Нью-Мейн, Терра и Зион. И, словно варвары, подступившие к вратам Рима, арпеджианцы уже рыщут в космосе, повсюду сея хаос и раздоры. От них не отстают и анархисты сектора Гулаг — они всегда готовы половить рыбку в мутной воде.