Артефакт
Шрифт:
— Мне бы такой корабль…
Конни подтолкнула отца локтем:
— Все еще тоскуешь о былом? Хочешь вновь стать наемником и бороздить пространство, то и дело меняя хозяев?
Архон оторвал взгляд от огромного корабля и внимательно присмотрелся к дочери. Золотистые волосы волнами ниспадали ей на спину, в глазах плясали веселые чертики. Она была точной копией своей матери — безупречные черты лица, твердый подбородок, темно-синие глаза. Ее стройное сильное тело буквально излучало жизненную энергию.
— Я уже говорил тебе —
Девушка рассеянно пожала плечами, ее волосы разметались по спине.
— Пока вы с Мастером Краалем играли в политику, я свела знакомство с главным инженером Андерсоном. Думаю, он понравится тебе. Невзирая на принадлежность к Братству, в душе он — настоящий космический бродяга. Мы можем не доверять Мастеру Краалю, но мне кажется, что он отнесся к нам всерьез.
— Похоже, ты испытываешь к нему симпатию.
Конни пожала плечами:
— Да. Мы подолгу разговаривали — и не только об артефакте. Мы беседовали о человечестве… о том, куда оно движется. Мы разговаривали о философии, морали и этике, о нынешнем состоянии дел Конфедерации. Крааль считает, что она развалится в течение ближайших пятидесяти лет. Потом уже не будет пути назад, и только самыми крайними мерами можно будет вернуть человечество к общественному устройству, которое Крааль называет искусственно навязанной тиранией.
— Что он имеет в виду?
— Атавистическое стремление людей к подчинению государству.
Архон вскинул бровь:
— Государство — необходимый элемент…
— Крааль полагает иначе. — Конни задумчиво приложила палец к уголку губ. — Он сопоставляет нынешнюю космическую экспансию человечества с первобытным строем охотников и собирателей. Функция государства — перераспределение ресурсов, оно возникает только тогда, когда налаженное сельское хозяйство начинает производить излишки. Овладение металлургией и возникновение промышленности еще укрепляет позиции государства. Крааль считает, что планеты и Вольные станции, будучи замкнутыми системами, не станут поддерживать централизованное управление. С другой стороны, разведанные запасы природных богатств открытого космоса непрерывно увеличиваются, и удержать их под контролем можно только искусственным путем — ограничивая распространение знаний и развитие средств связи. Иными словами, увековечивая миф о необходимости государства.
— Вроде того, как Сириус монополизировал производство аппаратуры подпространственной коммуникации.
— Совершенно верно. Но Крааль считает, что через пятьдесят лет даже это не поможет удержать человечество в узде. К этому времени многие миры пойдут по стопам сектора Гулаг с его «железным занавесом».
— Интересный человек этот Крааль. Возникает ощущение, что ты доверяешь ему. — Архон усмехнулся. — Но, полагаю, Пальмир — совсем другое дело.
— Не ты ли объявлял себя знатоком
Архон рассмеялся:
— Что ж, это правда. И я готов спорить, что, будь у него такая возможность, Пальмир перерезал бы нам глотки быстрее, чем лазерный луч рассекает кусок масла. Я невзлюбил его с первого взгляда.
— Пальмир знает о нашей находке. — Конни закрыла глаза и покачала головой. — Мы совершили ошибку, рассказав ему об артефакте.
— Он узнал о нашем деле, и мы никак не могли обойти его. Он — президент Конфедерации, избранный людьми для защиты интересов человечества. Я думаю… надеюсь, что Крааль знает, что делает. — Архон крепко сжал губы.
— Не забывай, он пытался отговорить тебя от того, чтобы поручить командование кораблем Карраско.
— Мы не знаем, удалось ли ему уговорить Соломона.
— Уже передумал?
— Нет. Я действительно хорошо разбираюсь в людях. В тот день… Впрочем, ты сама там была.
Конни скрестила руки на груди и скептически приподняла бровь.
— Была. И что же?
Едва заметная улыбка коснулась губ Архона.
— По крайней мере, Крааль отнесся к нам серьезно. Там, на Новой Земле, мы даже не надеялись, что он зайдет так далеко.
— Только до тех пор, пока я не предложила тебе взять с собой мумию. — Конни невольно поежилась. — Терпеть не могу трупы. А уж тем более этот. Мне все время казалось, будто мумия следит за мной, словно предостерегая отчего-то.
Архон неловко переступил с ноги на ногу.
— Мне все время чудились призраки, когда это тело… Впрочем, теперь с этим покончено. Я нашел Мастера. Я рассказал ему.
— Что?
Архон промолчал, рассеянно взирая на величественный белый корабль, неторопливо приближавшийся к причалу.
— Если бы только Крааль сумел… — пробормотал он, запустив мозолистые пальцы в густую шевелюру седых волос.
— Прошу прощения, — перебил его негромкий голос. Архон повернулся и отступил, держась поодаль от вошедшего. Темные глаза непрошеного гостя впились в его лицо. Этот человек словно состоял из пружин. Каждое движение его мускулистого тела выдавало в нем хорошо подготовленного профессионала. На нем был невзрачный бурый комбинезон с арктурианской эмблемой — изображение станции на звездном фоне.
— Как вы попали сюда? — Архон напрягся всем телом. Конни отступила в сторону, ее лицо угрожающе побледнело. — Посторонним запрещен доступ в это помещение. У вас нет жетона Патруля. Будьте добры немедленно покинуть…
Мужчина поднял руку.
— Прошу вас… — он вкрадчиво улыбнулся. — Я отниму у вас буквально минуту. Не согласитесь ли вы обсудить одно предложение? — Он вздернул брови, отчего его круглое лицо приняло комическое выражение.
Архон побагровел.
— Я не стану обсуждать никаких предложений. Вы находитесь в запретной зоне. Уходите сейчас же, иначе — клянусь Всевышним! — я вызову Патруль.