Артефакт
Шрифт:
— Он снизил торможение до двадцати пяти «g». Наверное, его люди начали терять сознание. — Арт усмехнулся. — Остальные вот-вот поравняются с ним!
— Нам от них не уйти, — сказал Сол. Он лихорадочно маневрировал в надежде обогнуть противника стороной. «Боз» угодил в то самое осиное гнездо, о котором говорил Арт. У Селлерса было пятикратное преимущество. Его корабли окружили «Боз» со всех сторон, и теперь никакое ускорение не помогло бы Солу прорваться сквозь заслон.
— Они заперли нас в кольце и могут стрелять все разом, не мешая друг другу, — заметила
Соломон бросал корабль из стороны в сторону, ускорение вжимало его в кресло то левым боком, то правым. Он пытался уклониться от острых лиловых лучей, которые ударяли в защитные экраны «Боз» и, полыхнув многоцветной радугой, рассеивались в ледяной пустыне пространства.
На мониторе Арта замигал огонек. Корабль получил еще одну пробоину. Соломон убавил скорость, и сила инерции швырнула его вперед. Он едва не потерял сознание, из носа потекла кровь — должно быть, лопнули сосуды.
— Аварийная! — крикнула Конни. — Доложите обстановку на причальной палубе!
— Взрывная декомпрессия повредила два челнока, — напряженным голосом отозвался Гайтано. — Ничего серьезного. Защитные экраны уже восстановились.
Вокруг корабля метались лиловые всполохи. Брайана умело отстреливалась, но Соломон понимал, что их уже ничто не спасет. Еще несколько минут — и противник, нащупав слабое место, нанесет им смертельный удар.
Он глубоко вздохнул и ввел корабль в крутой вираж с ускорением в тридцать три «g». Огромный кулак обрушился на него сбоку, скафандр заскрипел, пытаясь скомпенсировать перегрузку. На мгновение окружающий мир стал серым, и Соломон напряг все силы, борясь с тошнотой. Вырвав корабль из окружения, он направил его в сторону «Охотника». На этот раз они с Селлерсом сведут между собой счеты — каков бы ни был исход!
Глаза Никиты, оглушенного ударом Лиетова, застилала туманная пелена, голову пронизывала пульсирующая боль.
— Немедленно прекратите подачу энергии в защитные экраны, — потребовал Лиетов.
Хэппи покачал головой:
— Вы с ума сошли. Нас превратят в головешку! Ваши сирианские друзья в компании арпеджианцев и без того рвут нашу защиту в клочья!
— Тогда дайте мне связаться с ними! — Лиетов навел бластер на пульт управления реактором. — Вы понимаете, что произойдет, если я выстрелю? Знаете, какие беды может натворить бластерный разряд в замкнутом объеме?
Андерсон кивнул:
— Знаю.
— Тогда включайте внешнюю связь! Я передам ваш корабль Сириусу — величайшей державе Конфедерации!
Никита шевельнулся и расстегнул скафандр. Лиетов бросил на него короткий взгляд.
— Не вздумайте корчить из себя героя. Прежде чем вы успеете что-либо предпринять, я взорву корабль вместе с нами.
— Жарко… — пробормотал Малаков. — Кажется, меня сейчас вырвет. — Он заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Очень жаль, что пришлось так сильно ударить вас. Слишком многое поставлено на карту.
Никита согнулся пополам, извергая на палубу содержимое желудка.
— Если
Андерсон натужно сглотнул:
— Включаю.
Никита откашлялся, и его желудок вновь свело судорогой.
— Марк… — прошептал он, сунув ладонь внутрь скафандра. — Мне плохо, Марк. Помогите…
— Поздно, Никита. Я…
Чудовищный кулак гравитации размазал всех троих по палубе.
Лицевой щиток был забрызган красными каплями. Соломон выплюнул сгусток крови и огляделся. Артуриан и Брайана беспомощно обмякли в креслах.
— Проклятие! Арт! Брайана! Очнитесь!
Конни дрожала всем телом, медленно поводя головой. Она протянула руку, слабо толкнула Брайану и невнятно пробормотала:
— Без сознания… шлем в крови…
Корабль приближался к «Охотнику».
— Боз! — в отчаянии крикнул Сол. В ответ ни звука. — Конни, возьми управление! — Подключившись к коммуникатору через виртуальный шлем, он оценил угол и скорость сближения. — Огонь! — Луч прошел за кормой «Охотника». Стиснув зубы, Соломон довернул бластеры на пять градусов и дал еще один выстрел. Экраны Селлерса подались и вспухли, разрываемые потоками газа и пламенем взрыва, хлынувшими из пробоин.
Брайана шевельнула губами, к ней начали возвращаться чувства. Соломон не выпускал «Охотник» из перекрестья прицела, заметив, что его экраны мало-помалу восстанавливаются. Селлерс на максимальном ускорении бросил корабль вперед, и следующий выстрел прошел мимо.
Заметив, что Брайана положила руки на оружейную панель, Соломон вновь взял управление на себя и развернул «Боз» навстречу четырем оставшимся кораблям противника.
— Сорок градусов в горизонтальной плоскости и двадцать два в вертикальной! Огонь! — скомандовал он, опасаясь, что Брайана еще не полностью пришла в себя.
Вот когда ей пригодились навыки, доведенные до автоматизма упорными тренировками, — услышав приказ, Брайана молниеносно сосредоточила огонь на втором арпеджианце. Его экраны не выдержали, и корабль взорвался, словно перегретый котел, превращаясь в яркую вспышку аннигиляции.
— Еще одна, — выдохнул Соломон, следя за экраном, на котором загорались огоньки, сигнализирующие о новых пробоинах в корпусе «Боз». Он покачал головой, бормоча проклятия. Они погибнут прежде, чем перебьют корабли противника. Оставалось слишком мало времени, а Селлерс уже сел ему на хвост, расстреливая кормовые экраны.
Соломон затормозил, и острое копье бластерного луча прошло вплотную к «Боз». Он с шумом выдохнул через нос, пытаясь избавиться от застрявшего там сгустка запекшейся крови. Красные потеки на лицевом щитке темнели, смотреть сквозь них было все труднее.
Брайана ударила по следующему кораблю, и тот, ломая боевой строй, заспешил прочь, стремясь выйти из-под убийственного огня мощных орудий «Боз».
Загорелись еще несколько предупреждающих огоньков, защитные экраны полыхнули лиловым светом. Брайана выругалась.