Артефаки
Шрифт:
Так как нужные цифры уже были внесены в программу, он не отправил нас по другому адресу.
– - Ты в порядке?
– - настороженно уточнила я, делая шаг в мужчине.
– - Да. Что-то я...
Двери закрылись, оставив нас наедине. Мы почувствовали лёгкий подъём, означающий, что кабинка поехала вверх.
Внезапно ноги Карима подкосились. В одно мгновение он потерял сознание, и обмякшим мешком брякнулся вниз. Его голова с размаху ударилась о железный пол.
– - Карим!
– - испуганно воскликнула я, но не успела сделать
Мужчину трясло, словно в него пускали электрические заряды. Его руки дрожали, пальцы неестественно выгнулись, глаза закатились, голова билась о пол, а изо рта потекла пена.
Всё длилось буквально несколько секунд. Я чувствовала, как от страха не могу даже выговорить его имя. Мне понадобилось два-три мгновения, чтобы собраться с силами и сесть рядом с ним. Я видела в фильмах, как людей держали при судорогах. Пена капала на пол. Удержать трясущегося мужчину за плечи у меня не хватало сил. Он дёргался так резко, что чуть не свернул мне руки.
Рядом с его головой расползалась бордовая лужа крови.
Внезапно он затих. Обмяк. Пена продолжила стекать по его щеке. Двери лифта разъехались в стороны. Мы прибыли на семнадцатый этаж.
– - Эрин?!
– - ошарашено воскликнул Эван Дэппер. В час у него была назначена встреча. Он собирался ехать на тридцатый этаж.
– - Кажется, Карим умер, -- мёртвым голосом выдавила я, глядя на бледное, неживое лицо, которое ещё минуту назад дарило миру ослепительную улыбку.
Мои колени утопали в луже крови. Она расползалась дальше.
ЭТАП 3. ПОЙТИ НА ВСЁ РАДИ СТАЖИРОВКИ?
Глава 1
Не знаю, верю ли я в Бога, но даже если это сделал и не он, а мироздание, или провидение, или судьба, или природа, или несчастное стечение обстоятельств -- при любом раскладе это было жестоко.
Кариму отвели всего несколько секунд: сперва чтобы почувствовать недомогание, затем осознать, что боль слишком сильна. Он успел сделать несколько вздохов и умер. Его тело ещё билось в конвульсиях, но разум отключился почти мгновенно с потерей сознания.
Раз -- и всё.
Вспоминать об этих двух этажах было тяжело, особенно спустя некоторое время. Поначалу я даже казалась самой себе очень стойкой. У меня не было ощущения, словно это сон или всё произошло не со мной. Нет. Я знала, что такое страх, шок, смерть. Вид крови не вызывал у меня нервную трясучку, даже если её было так много, что она заполнила собой весь пол в лифте, словно какой-то сосуд.
Таких, как я, школьные психологи обычно называют "выходец из неблагополучной семьи". Я никогда не произносила самого словосочетания "мои родители алкоголики". Его приятнее было заменять на "мои родители любят
Бил ли отчим маму? Бывало. Я видела скандалы, неадекватное поведение, мне не раз приходилось успокаивать двух взбешённых людей, которые совершенно не понимают, что творят. Я видела, как можно беспорядочно размахивать ножом; я знаю, что такое кровавые синяки -- они иногда бывали у мамы. Знаю многое о серьёзных ранах -- с ними иногда возвращался Рэм после очередной склоки среди якобы друзей. Знаю, как вызывать скорую, знаю, чем отличается артериальное кровотечение от венозного, знаю, как накладывать жгут.
Знаю, что значит плакать в подушку по ночам и изо всех сил сдерживать всхлипы.
Мне, конечно, в страшном сне не могло привидеться, что однажды я стану свидетелем чужой смерти прямо в лифте. Мне было жутко. Смерть идеально вписалась в секундные рамки. Карим упал ровно в тот момент, когда двери закрылись, и умер, когда двери открылись.
– - Эрин Шэдли, всё верно?
– - спросил у меня следователь.
Он был очень грузным мужчиной, с широкими плечами, на которых форма смотрелась довольно нелепо. У него выглядывал животик, а ноги были короткими. Он оказался ниже меня, но взгляд профессионала сразу давал понять, что низким ростом обманываться не стоит. Этот человек мог выжать что угодно из кого угодно, не заботясь о методах проведения допроса.
– - Вы проживаете на синей ветке?
– - Да, всё верно, -- хрипло подтвердила я.
– - Простите, не дадите мне воды, пожалуйста?
– - Я неловко поёрзала на стуле.
Не отрываясь от заполнения бумаг, мужчина обратился к ассистенту.
– - Принеси воды! Так. Эрин, как хорошо вы знали покойного?
"Покойного".
– - Мы разговаривали всего два раза, -- тихо ответила я.
– - Один сегодня утром, а другой прямо в момент... ну...
– - То есть вы не были друзьями?
– - Нет, -- покачала головой.
– - Я его почти не знала. Он меня тоже. Но...
– - Я внезапно хмыкнула и покрутила головой.
– - Что?
– - тут же насторожился следователь.
Я нервно рассмеялась.
– - Знаете, так забавно! Мы с ним общались всего два раза. Ну, кто он мне? По сути никто. А он... он... понимаете, он единственный из всей фирмы в меня поверил. В меня отец не верит, и мама тоже не верит, и даже руководитель не верит, а Карим сказал, что всё обязательно получится.
В этот момент принесли воды. Следователь хмуро наблюдал, как я пью. Сглотнув слюну, по-прежнему сиплым голосом спросила:
– - Скажите, вы думаете, что это я его убила, да?
Мужчина удивлённо поднял брови.
– - Почему вы спрашиваете? Вас это волнует?
– - Просто обычно...
Мне не дали закончить фразу. Широким жестом дверь в кабинет распахнулась, быстрым шагом к нам влетел Руперт Берлингер и с порога хмуро осведомился:
– - По какому праву вы задержали мою дочь?!