Арт
Шрифт:
— Сделаю. С тобой, эр капитан, мы эту крепость точно возьмем.
— Олд, это же было твое предложение, — рассмеялся Арт.
— Предложений много, — возразил ветеран. — Какие из них принять, а какие отвергнуть, вот в чем вопрос.
— Тоже верно. Вот что, тогда немного скорректируем наши планы. Вместе с требушетом выкатывайте и все штурмовые башни ближе к стенам. Пусть стоят шагах в пятидесяти от крепости.
— Опасно, — засомневался Олд.
— Опасно, но в противном случае, башни не смогут быстро подключиться к штурму.
— Как бы их не пожгли?
— Есть такой момент. Пусть люди перед тем, как катить башни, как следуют польют их водой и собой запас надо взять. И пехотинцев в башни побольше отряди. В случае вылазки неприятеля основной удар придется
Три дня подготовки пролетели как один, назначенный для штурма момент наступил.
Первым вступил в дело требушет. В утренних сумерках его выкатили на прямую наводку к воротам. Машина получилась тяжелая, но в людях недостатка не было. Египтяне при постройке пирамид умудрялись перемещать куда большие тяжести.
Лучники из крепости пытались обстреливать приближающуюся машину и заслон из трех сотен легионеров, укрывающихся за щитами. Летели стрелы и в сторожевые башни.
— Эр командир, давай мы поможем нашим, — предложил сотник Свилт. — Выдвинем вперед пару сотен лучников и засыплем стены стрелами.
— Подожди, Свилт, — придержал сотника Арт. — У лучников противника преимущество — они на стенах и надежно укрыты. Как только пехота пойдет на штурм, вступят в дело и наши лучники. Пока же они будут слишком хорошими мишенями.
Обстрел из крепости, впрочем, не помешал установить требушет на выбранную позицию. Несколько человек потянули за веревку, взводя метательную машину. Через минуту рычаг со свистом рассек воздух и первый булыжник отправился в полет. С булыжниками было не так просто — пришлось обшарить всю округу в их поиске, но чего не сделаешь ради такого дела, как приведение артиллерии в готовность!
Двухпудовый камень ударился в ворота со страшным грохотом. Еще бы — энергию летящему камню придавал падающий с полутораметровой высоты груз в полтонны весом. Снаряд был легче, но его энергия заключалась не только в массе, но и в скорости. Минус затраты на трение, минус потеря части энергии в полете. В результате его воздействие на ворота было равноценно паданию плиты килограммов этак в триста. Причем воздействие это приходилось на участок ворот размером в один квадратный дециметр. Легко себе представить последствия. Удар получился внушительным. Ворота загудели, но устояли, но это было только начало. Вслед за первым снарядом в полет отправился второй, а за ним и третий. Минута на то, чтобы взвести машину, и новый выстрел. Булыжники били в ворота с завидной регулярностью. После пятого удара ворота треснули. Над порядками легионеров раздались восторженные крики. Защитники крепости ответили на это новой лавиной стрел, но прочные щиты укрывали обслугу камнемета и пехотное прикрытие.
— Решатся на вылазку или нет?! — взволнованно спросил Олд.
— Увидим. Выбор у них непростой. Наша кавалерия хорошо видна со стен. Она ринется в атаку сразу же, как только ворота будут открыты. В то же время ворота рано или поздно будут разбиты и тогда кавалеристов Фонтена вообще ничто не удержит.
Требушет произвел еще десяток выстрелов, проделав в воротах внушительную дыру, когда противник все-таки решился на контратаку.
Ворота крепости распахнулись, и в поле потекла кавалерия врага.
— Неплохо. Командир керберийцев умен, — прокомментировал Арт такой ход противника
Звук рога предупредил обслугу камнемета об атаке. Люди бросили веревки и схватилась за глефы. Укрывающиеся за щитами пехотинцы тоже приготовились к отражению атаки.
— Нашим придется туго! — взволновался Олд.
— Должны справиться. Щиты не позволят вражеской кавалерии атаковать нашу пехоту сходу, длинные глефы будут хороши против всадников. Им бы продержаться пару минут.
Первая кавалерийская тысяча Фонтена с гиканьем и свистом полетела к воротам.
— Всем готовность к штурму! — скомандовал Арт. Если кавалеристам удастся зацепиться за ворота, сразу выступаем по всему фронту.
Кавалерия керберийцев навалилась на передовой отряд пехотинцев. Кавалеристы пытались достать пехоту пиками, пехотинцы искусно отбивались глефами. В состав пехотного заслона входили только опытные воины.
Через минуту на кавалерию противника обрушилась кавалерия Фонтена. Битвы не получилось — керберийцы не смогли дать достойный отпор набравшей скорость кавалерийской тысяче. Остатки их трехсотенного отряда поспешили укрыться в крепости. Вскоре рубка завязалась в воротах.
— Зацепились! Эр командир, кавалеристы взяли ворота! — воскликнул Олд.
— Вижу. Всем вперед! Сигнал «атака»!
Протрубил рог, и легионеры ринулись к стенам. Штурмовые башни двинулись к крепости.
— Лучникам держать стены! Приближаться перебежками по частям! Главное — не давайте врагу опрокинуть башни!
У ворот шла жестокая рубка. Керберийцы бросили на помощь своей кавалерии пехоту, та попыталась поставить временные заграждения, использую для этой цели телеги, пустые бочки и все, что было под руками. Возможно, им удалось бы задержать кавалерию на входе в крепость, но легионеры подоспели вовремя. Они рубили глефами, как топором, нагроможденные жерди, отталкивали в стороны телеги и бочки. Баррикады удалось разобрать, и кавалерия потекла в крепость, рассыпаясь по площадям и проходам вдоль зданий, находящихся внутри. Удачно развивался и штурм стен. На этот раз врагу удалось опрокинуть лишь одну башню — лучники легиона не зевали, засыпая стрелами пространство стены рядом с башнями. Бонкр ворвался на стену одним из первых. Размахивая увесистой глефой, как мельница машет крыльями, он прыгнул вперед, сталкивая врагов со стены. Следом за ним спешил его десяток. Напротив большинства остальных башен тоже завязался бой на стене. Труднее всего первому атакующему — ему приходится отбивать копья керберийцев в стороны, теснить их в сторону. Как только первый пехотинец ворвался на стену, по переходному мостику бегут следующие. Им легче — мостик свободен, в бой им предстоит вступить уже на стене. Поэтому в первых рядах атакующих идут лучшие из лучших. Но и керберийцы это понимают. Там, где штурмовые башни пристали к стенам, они сопротивлялись ожесточеннее всего. Напротив двух башен им удалось обрушить переходные мостики и сбросить вниз атакующих.
— Лучших лучников на башни! — крикнул Свил.
Четыре человека побежали к стене. Пехотинцы втаскивали наверх запасные переходные трапы. Когда новые трапы были переброшены, обороняющих стену ждал сюрприз — открылась дверь верхней площадки, и в них почти в упор полетели стрелы. Лучники бегло сделали по пять выстрелов (причем ушло у них на это не более пары секунд) и отпрыгнули в сторону, освобождая путь пехоте.
Вскоре бой кипел на всем протяжении стены. Когда на стены крепости вслед за пехотой поднялись стрелки, бой можно было считать выигранным. Кавалерия внутри и стрелки на стенах — что еще надо, чтобы взять крепость? Разве что пехота для штурма строений, расположенных в черте крепостных стен. Керьерийцы упорно обороняли все здания, но серьезных укреплений внутри крепости не было.
Полсотни вражеских лучников забаррикадировался в прочном амбаре. Увидев, что сходу его взять не получится, Ринт приказал остановить штурм. Его пехотинцы вернулись на поле и втащили в крепость требушет. Правда, для этого пришлось снять с него щит, ограждающий от стрел. Несколькими выстрелами легинеры разбили ворота амбара в щепу, последний крупный очаг обороны был подавлен. Через два часа после начала штурма крепость была взята.
Генерал Фонтен гордо въехал в возвращенную королевству крепость. Это была победа. Теперь бы еще отбить Джант, и граница вернется к своим прежним рубежам. А там, глядишь, удастся отбросить керберийцев до самого моря. Городок Джант некогда находился на самом юго-востоке королевства. Генерал постарался умерить свои планы. Отвоеванной крепости был необходим гарнизон. Вскоре должны прийти пополнения, но в крепости не оставишь одних новичков. В преддверии нового похода Фонтен объявил недельный отдых для всего корпуса, но через пять дней известие, полученное от примчавшегося на взмыленном коне курьера, заставило его резко поменять планы.