Арса
Шрифт:
– …вот весь город сейчас переполошили, дочку князеву разыскивают! Соседка вчера забегала, жалела беглянку, а по мне так зря! Попалась бы она мне в руки, враз выдала бы ее страже!
– вдруг женщина перестала говорить и подозрительно посмотрела на Владу, - что это с вашей рабыней?! Дрожит вся, аж покрывало ходуном ходит!
– Замерзла наверно, - небрежно бросил дед, - она же из теплых стран, а у нас уже осень, холодно ей!
– А, тогда ладно!
– успокоилась женщина, - а то думаю, вдруг заболела, возись тут с ней! Ох, а о чем я говорила то? Совсем
– О князевой дочери и о том, что… - попытался напомнить дед, но Вендрогаста тут же его перебила
– Да, да, точно, об этом я и говорила! Так вот, точно кликнула бы стражу и сдала бы им ее с рук на руки!
– Ох, ну и чем же заслужила эта девочка вашу лютую ненависть?
– осторожно спросил Добрит, - аль знаете вы ее?
– Не знаю и знать не хочу, - сердито отрезала женщина, - а только думаю я, что негоже, когда дочь убегает из отцовского дома!
– А может, не очень-то сладко было княжне в отчем доме?
– Не может этого быть, - снова отрезала Вендрогаста, - как же мог быть князь лютым отцом для дочери, если для Роси такое благо сделал. Родной отец так не заботится о детях, как позаботился он о Росах! Как же родной дочери могло быть с ним плохо, если для каждого распоследнего жителя этой земли он ближе отца родного! Просто неблагодарная она девчонка, высечь ее надо!
– Но, - попытался перебить женщину дед, - послушайте!
– И слушать ничего не желаю, - взвизгнула Вендрогаста, - знаю я уже наперед все, что вы скажите! А только ответьте мне, где бы я сейчас была, после смерти мужа, при старой то вере? Молчите? То-то же! Хорошо, что приняла крещение и Андрогаста заставила сделать тоже! Как чувствовала! А что было бы, останься мы в старой вере?
– Что?
– переспросил дед
– Не знаете или говорить не хотите?
– хитро прищурилась хозяйка, - хорошо, я скажу вам! Уже и косточек моих бы не было! Сожгли бы меня вместе с Андрогастом на погребальном костре, а все добро, что вы сейчас в доме видите, досталось бы родственникам Андрогаста! Пришла тут свекровь, начала разговоры говорить про жертву, да про тризну, а сама глазами по добру моему шарит! Она мне про костер жертвенный, а я ей, крещеные мы, а новый бог не разрешает жертвоприношения!
И на тризну я тоже тратится не стала! Вот поэтому Прогост из Мери и не знал, что Андрогост умер. Не собирала я по старому обычаю всех ближних и дальних родичей. Тихо похоронила я мужа. Теперь родичи и знаться со мной не хотят! Ну и не надо! Подумаешь! Это они из зависти, что от нашего добра им ничего не досталось. Слушай дед, а ну-ка идите вы со двора подобру-поздорову, - вдруг ни с того ни с сего поменяла тему разговора Вендрогаста, - что-то ты темнишь со своей рабыней! Точно она хворая у тебя! Ишь, как ее трясет! Идите, идите, а то я еще замуж хочу, а кто меня хворую возьмет, если заразу какую от твоей рабыни подхвачу?!
Пораженные резкой сменой настроения женщины, Добрит с Владиной и не заметили, как оказались на улице и за ними захлопнулись тяжелые ворота. Некоторое время они шли молча, наконец дед прервал затянувшееся
– Ну и чего ты испугалась? Ты, которая прошла через столько испытаний? Испугалась какой-то злой бабы!
– Дедушка, - все еще дрожа, ответила Влада, - я ничего не смогла с собой сделать! Никогда еще не встречала я таких злых женщин, даже Пущевика я так не боялась! Он был зол на меня, потому что не оставила я ему надежды, а этой женщине, что я сделала такого? Она же княжну Владину в глаза не видела, за что же такая ненависть?!!!
– Ну, все, успокойся! Мы уже довольно далеко ушли от этого дома, вот-вот подойдем к торговой площади! Помни обо всем, что я тебе говорил! Чтобы не случилось молчи, язык жестов можешь применять лишь в крайнем случае, когда обратятся непосредственно к тебе!
Но на этой площади, так же, как и в Мери, грецкого ореха не оказалось. Уже схлынула основная волна покупателей, начали собирать свои товары продавцы, а странная парочка все так же брела по рынку, изредка останавливаясь у лотков заморских купцов. Наконец убедившись, что ореха здесь нет, отправились они к городским воротам, чтобы поскорее уйти из города. Но не успели они сделать и несколько шагов, как услышали крик глашатая:
– Всем жителям Царского городища разойтись по домам. Чужеземные купца должны собраться на Разговорном валу.
Испуганные торговцы стали еще быстрее собирать свои товары. От лавки к лавке, от торговца к торговцу пополз шепоток:
– Старика ищут с рабыней!
Ошеломленный дед прислонился к стене какой-то лавчонки. Отдышавшись, прошептал
– Ну, вот и все! Попались мы с тобой. Жители сейчас разойдутся по домам, чужеземцы отправятся на Разговорный вал, а мы останемся торчать как два прыща. Маленькая моя, ты столько боролась! Столько усилий и борьбы, и все напрасно!
– Ой, дедушка, больно!
– вдруг вскрикнула княжна, показывая палец с капелькой крови, - что-то острое вылезло из калиты и укололо меня!
– Ну, о чем ты говоришь?
– устало удивился Добрит,-мы головы можем лишиться в любой момент, а ты мне про палец…А, впрочем, а ну-ка, давай посмотрим, что тебя укололо!
– Вот, -пошарив в калите и уколовшись еще раз, протянула то, что достала, Влада, -еловая ветка! Подарок лешего! Помнишь, я тебе рассказывала про него?!
– Что-то припоминаю, - оживился дед, - ты еще мне рассказывала, что из-за своей черной руки не смогла воспользоваться подарком.
– Да, - улыбнулась девочка, - так все и было. Ведь чтобы воспользоваться подарком нужно, чтобы обе руки были нормальные. А моя рука… - Влада обреченно опустила голову
– Ну-ка, ну-ка, дай мне эту веточку!
– обдумывая какую-то мысль, проговорил дед, - я думаю не зря, именно сейчас, Леший напомнил о себе! А если сделать так…
– Дедушка, ну говори скорее, что ты придумал!
– Сейчас, сейчас! – Добрит потер виски, - мысль мелькнула и ушла! Сейчас…Все, придумал! Веточка в моих руках, я думаю, Леший не осердится на меня за это, сейчас я поднесу ее к твоим губам и…