Аромат скунса
Шрифт:
– Спасибо, – прошептала она, принимая сувенир, и украдкой взглянула на Геру. – Я проколю себе ухо и вставлю его вместо серьги.
– Молодой человек! – позвал хозяин лимузина Клима и полез в нагрудный карман.
Клим немедленно подскочил к мужчине и, проводив взглядом стодолларовую купюру, плавно опустившуюся на дно шлема, издал восторженный вопль:
– Браво! Браво нашему дорогому меценату! Вы Циолковский наших дней и крестный отец гуманоидов! Следующая открытая звезда будет названа вашим именем! Граждане! Бурные аплодисменты!
Мужчина, сдержанно
– А вам было страшно на орбите? – спросила девушка Геру.
– Не столько страшно, сколько неприятно, – ответил Гера. – Когда начинаешь входить в плотные слои атмосферы…
– А я видела, как вы входили в плотные слои атмосферы на прошлой неделе, – перебила она. – Траектория вашего полета проходила как раз мимо нашего дома.
– Правда? Сколько раз говорил себе: остановись, Гера! Хватит летать! Забудь о космосе, потому что на Земле столько прекрасных девушек! А где же ваш дом?
– На Горке. Рядом с фуникулером.
– Это какой? Такой серенький под соломенной крышей?
– Нет, такой голубенький с белыми колоннами и амурчиками…
– Лисица! – не слишком ласково сказал мужчина, заталкивая портмоне в карман пиджака. – Иди в машину!
Девушка моментально опустила глаза и юркнула в салон лимузина. Гера уже не мог ее видеть за тонированными стеклами.
«Что за странное имя! – подумал он. – Никогда не слышал ничего подобного!»
Клим схватил его под руку и потащил к «шестерке».
– Сваливаем! – крикнул он. – Милиция едет!
Едва Гера успел упасть на заднее сиденье, как Клим рванул с места. Он свернул с Гоголевской в Полунин переулок и дал полный газ. Машина у него была не старая и не молодая. У нее вообще не было возраста. Клим работал слесарем в автосервисе, и за несколько лет нашпиговал гнилой кузов «шестерки» отслужившими свой срок чужеродными деталями, назвав это инженерное чудо за небывало обильный выхлоп Скунсом. Для всех оставалось секретом, как Клим сумел приладить коробку передач от древнего «Мерседеса» к битому двигателю от «Сузуки», пришпандорить к этому тянитолкаю сцепление от «Крайслера», воткнуть туда рулевую от «Хонды», да еще нацепить на этого мутанта колеса с литыми дисками от «Нексии». Как бы то ни было, машина могла самостоятельно передвигаться и иногда даже развивала приличную скорость.
На очередном перекрестке их обогнал уже знакомый черный лимузин. Опустилось тонированное стекло, и из проема показалась нежная ручка. Девушка помахала парням и пошевелила в воздухе пальчиками.
– Несчастные! – произнес Клим таким тоном, словно кто-то настойчиво уговаривал его купить лимузин. – Это ж сколько топлива этот танкер жрет! А какой для него гараж нужен! А сколько бабок надо угробить на техобслуживание и детали! Ни за что! Ни за что не куплю такую машину!
– А она ничего, – сказал Гера, глядя, как лимузин быстро удаляется от них.
– Ничего! – передразнил Клим. – Единственный плюс – это то, что ее скоро угонят.
– Да нет, я о девушке, – уточнил Гера.
В ответ на это Клим дернул головой. У него были длинные темные волосы,
– О де-е-ву-ушке? – протянул Клим. – Об этой сытой кошке?
Он презрительно скривил губы.
– На сытую кошку она как раз меньше всего похожа, – возразил Гера. – Очень даже скромная девочка.
– Конечно, конечно, – фыркнул Клим. – Хвали ее и восторгайся ею. Ведь она снизошла до того, чтобы изобразить свое вялое восхищение твоим прыжком.
– Между прочим, – непонятно к чему сказал Гера, – она живет на Горке. А там только элитные дома.
– Тебе это льстит, Алкалоид? – огрызнулся Клим. – Для ее пресыщенной души ты оказался всего лишь забавной игрушкой, какую она еще не видела. У нее в жизни уже было все: и пятизвездочные отели, и яхты, и Багамы, и рестораны, и бутики. А вот прыгающего с телевышки Алкалоида она еще не видела. Отсюда и сиюминутный интерес к тебе. Так что не тешь себя надеждой растопить ее ледяное сердце.
Глава 4
На ступенях «миража»
Обернувшись, Лисица смотрела через заднее стекло на нелепый красный автомобиль, окутанный, словно паровоз, густыми клубами черного дыма.
– Шею не сверни, – сказал Пилот, мельком взглянув на часы, и прибавил газу.
– Отчаянный парень, – произнесла Лисица неправдоподобно равнодушно.
– По-моему, он тебе понравился.
– Тебе показалось.
– Тем не менее ты еще с ним встретишься, – уверенно сказал Пилот. – Голова этого молодого человека заполнена сквозняком и невесомостью, возникшими в результате свободного падения. В его черепной коробке нет места ни для страха, ни для благоразумия, и такой экстремал не остановится ни перед чем. Тем более если красивая девушка оставила ему домашний адрес.
– Я не оставляла ему домашнего адреса, – возразила Лисица, но Пилот, словно не расслышав последних слов дочери, продолжал:
– Он может приземлиться к тебе на подоконник, как Карлсон. Или, как Волк из сказки, забраться в камин через дымоход. Ты даже можешь получить его по почте в посылке…
– Папа! – с мягким укором произнесла Лисица. – Мы не о том говорим!
– Ты права, – согласился Пилот и ненадолго замолчал, сосредоточенно управляя машиной.
Спустя минут десять лимузин свернул на узкую, круто опускающуюся к морю Святочную улицу и остановился у ювелирного магазина «Мираж». Пилот заглушил мотор.
Некоторое время отец и дочь молча смотрели по сторонам. На знойной улице, прогретой полуденным солнцем, как доменная печь, прохожих не было. Несколько машин припарковались на тротуаре, но тень давно ушла оттуда, и машины жарились, как курортники на пляже, отбрасывая на стены домов солнечные зайчики. «Боры» среди них не было.
– Иди, – сказал Пилот.
Лисица взяла полиэтиленовый пакет, наполненный разнокалиберными пластмассовыми коробочками, и открыла дверь.
– Как я? – спросила она, поставив тонкий каблучок на порожек, и подняла лицо.