Шрифт:
2262 год. Крупномасштабная провокация, затеянная жаждущими мести Дракхами, полностью удалась: объединенный флот Межзвездного Альянса наносит удар по Приме Центавра. Планета лежит в развалинах. Однако это лишь прелюдия к началу осуществления коварного плана Дракхов, рассчитанного на десятилетия. Выполнение намеченного плана приведет к гибели всех миров, оказавших сопротивление Теням в ходе последней галактической войны и вынудивших старшие расы уйти за Предел. Дракхи должны занять их место и получить полное господство в Галактике.
Ключевую роль в осуществлении
По распоряжению Дракхов Лондо назначает на ключевые посты в Правительстве Центавра угодных им людей во главе с Министром Внутренней Безопасности Дурлой, одержимым жаждой реванша в отношении Альянса. Однако мятежный дух Лондо не может смириться с ролью безвольного раба Дракхов. Он пытается найти способы помешать осуществлению их планов, и с помощью своего верного сподвижника, посла Центавра на Вавилоне 5 Вира Котто предотвращает организованное Дракхами покушение на жизнь Президента Межзвездного Альянса Джона Шеридана. При этом самому Виру Котто приходят на помощь представители таинственной и могущественной расы - техномаги.
Однако подобное неповиновение Дракхам со стороны Лондо Моллари не может остаться безнаказанным. Платой оказывается изгнание с Примы Центавра и Вира Котто, и еще одного, самого близкого к Лондо человека - его жены Тимов. Единственным утешением Лондо остается его воспитанница - осиротевшая дочь лорда Рефы Сенна…
ЧАСТЬ III
2267 - 2268
Выдержки из «Хроник Лондо Моллари - дипломата, императора, мученика и глупца, собственноручно написанных им самим». Опубликованы посмертно. Под редакцией императора Котто.
Издано на Земле. (с) Перевод, 2280
Фрагмент, датированный 14 декабря 2267 года (по земному летоисчислению)
Сегодня мои «хозяева» довольны мною.
В ретроспективе, в это очень трудно поверить. Сегодня я выказал открытое неповиновение Дракху, который называет себя Шив’кала. Он приказал мне убить Вира Котто, моего бывшего помощника и, согласно предсказанию Леди Мореллы, будущего императора Республики Центавра. Он - один из немногих в этой галактике, чье присутствие в списке живых позволяет мне хоть изредка ощутить что-то похожее на радость. Шив’кала желал смерти Вира, поскольку в разговоре со мной Вир упомянул его имя, то есть продемонстрировал знание того, что знать не следовало.
Такой трус, этот Шив’кала. Такой подлый трус. Хотя, что с него взять, таковы все твари, имеющие обыкновение прятаться в тени, это может подтвердить любой, кому хоть раз в жизни доводилось выковыривать из земли валун и наблюдать, как в панике разбегаются прятавшиеся под ним букашки.
Конечно, сам Шив’кала никогда
Один раз - ну хотя бы один только раз! Я бы все отдал, чтобы только увидеть, как страх, который Шив’кала носит внутри себя, отразится на его ужасном, морщинистом, синевато-сером лице.
Представления не имею, где и как Вир мог узнать это имя. Точно так же не представляю, что могло навести его на мысль явиться сюда, в великий дворец Примы Центавра, и спросить меня о Шив’кале. Очевидно, у Вира есть какие-то тайные союзники, хотя мне и неизвестно, были ли они столь же прилежными учениками Теней, как и мои хозяева. Как бы то ни было, они втянули его в эту историю, подговорили произнести передо мной пресловутое имя, и таким образом, воспользовались Виром в своих целях. Это было крайне безрассудно, и я лишь надеюсь, что Вир сумеет найти способ жестоко отомстить им за попытку выставить его на заклание.
Когда Шив’кала потребовал убить Вира, я осмелился выказать открытое неповиновение. Да, именно так. Я махал мечом и изрыгал угрозы. У меня не было ни малейшего представления, действительно ли у меня есть хоть какие-нибудь шансы претворить эти угрозы в жизнь, но я очень старался, чтобы они прозвучали искренне. И Шив’кала - к некоторому моему удивлению, должен сознаться - не стал настаивать. По правде говоря, сам не знаю, что бы я стал делать дальше. Осмелился бы и в самом деле атаковать Шив’калу? Попробовал бы искромсать его, зная, что смерть Дракха не только мне принесет боль и мучения, но вполне вероятно, окажется фатальной для всей моей возлюбленной Примы Центавра? Ведь, в конце концов, заложенные Дракхами термоядерные фугасы никуда не исчезли. Простым нажатием кнопки могут быть уничтожены миллионы моих подданных.
В руках у Дракхов козырный туз.
Впрочем, мне кажется, они не станут торопиться. У меня такое впечатление, что я представляю собой для Шив’калы некий экспериментальный проект. Ему, похоже, интересно, сможет ли он найти какой-нибудь способ сломить меня. Сломить мой дух, разрушить мою душу - конечно, при предположении, что душа у меня до сих пор осталась. Впрочем, даже если во меня и сохранились еще остатки души, то настолько почерневшие и прогнившие, что с трудом различимы невооруженным взглядом.
Я не понимаю до конца, почему это так важно для него. Возможно, будучи сломленным, я смогу оказаться более полезным для Дракхов. С другой стороны, насколько мне известно, у Шив’калы что-то вроде пари с его приятелями-Дракхами насчет того, можно ли вообще сломить меня. Эти Дракхи так любят играть в свои маленькие игры, и в этой игре я не более чем пешка, которую они передвигают с клетки на клетку.
Даже не король. Всего лишь пешка.
Вир, как и Тимов, приехал сюда помочь мне. Это просто удивительно, как может со временем перевернуться наше восприятие окружающего. Когда я был молод, я так много мечтал о том, чтобы стать императором, и так мало думал о Тимов. Когда я впервые прибыл на Вавилон 5, то встретил там Вира, но совершенно не обращал на него внимания. О! Даже о себе самом я думал очень мало, и потому все время топил свои горести в выпивке.